http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/16663.css
http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/48935.css

Любовники Смерти: Эра Возрожения

Объявление

Погода и время:

10 сентября - 5 октября 2007 год. + 15 * днем и + 18* ночью. Утром ветрено без осадков. Днем кратковременные дожди, к вечеру небо вновь прояснится.
Календарь по дням

Обновлена афиша событий (03.06.19)

Новый упрощенный прием "Мальчишки с нашего двора" (02.06.19)!

День осеннего равноденствия закончился кровавой бойней в городе Валенштайне. Читайте подробности в Вестнике (18.05.19)!

Мы большие! Нам уже исполнилось 8 лет!(21.01.19).

Не знаешь с кем поиграть? Жми на список персонажей (27.05.18)!

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Активисты

Админо-модераторский состав

Авалон - Мать Создательница
Дагон - администратор
Бенджамин Лоуренс - модератор
Гай Октавиан Джованни - модератор
Феликс Нэйтмэр- мастер игры

Hogwarts and the Game with the Death= Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Green Woods Дом ЗабвенияВ шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия Gates of FATE Zentrum Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Подвал

Сообщений 1 страница 20 из 36

1

[NIC]Строитель[/NIC][STA]Человек[/STA][AVA]http://gifok.net/images/2016/12/14/3121966.png[/AVA][SGN]Что нам стоит дом построить![/SGN]

[float=left]http://virtus.rolka.su/uploads/000e/9c/74/1027-5.png[/float]овольно просторное помещение с кучей всякого хлама: коробки со старой утварью, какие-то тряпки, ветхая мебель (похоже оставшаяся от прежних хозяев). Помимо прочего были еще и полки с соленьями, потрепанные игрушки. Здесь довольно прохладно; из-за повышенной влажности воздуха здесь пахнет сыростью.

0

2

http://savepic.su/754451.png Холл

Закрыв дверь в подвал, Морган на всякий случай проверил прочность замка, толкнув дверь плечом. Если бы этого было достаточно, чтобы она поддалась, демонолог посоветовал бы Николь повесить снаружи табличку “Оставь надежду всяк сюда входящий”. А потом, вероятно, они бы все умерли. Но такой исход событий и теперь не стоило списывать со счетов. Холодное дыхание смерти всё ещё ощущалось затылком Дауда, заставляя волосы у него на загривке стоять дыбом. И удивительным было то, что только их.

– Не беспокойся за Айзу. Она большая девочка, у неё огонь в крови... придумает что-нибудь. А если не придумает, мы посмотрим, что можно сделать. Но отдаваться из-за этого демону, как простушка на первом свидании, не резон, сама понимаешь, – парень посветил телефоном Айзы вокруг, оглядывая помещение, пытаясь понять, где они оказались.
“Меня больше беспокоит её братец. Если у Айзы огонь в крови, то у этого точно ветер в голове. Это ещё мягко выражаясь. И угораздило же меня доверить вашей компании книгу! Это как оставить на сбережение честь в борделе,” – Морган мысленно вздохнул. – “Ну да что тут уже говорить. Если составлять список вещей, с которыми я облажался в последнее время, мы тут рассвет встретим.”

– Эй-эй, дамочка, не сходить с ума! – Морган присел возле Николь на одно колено и отнял ладони от её лица. – Невменяемые нам сейчас не нужны. Я смотрел достаточно ужастиков, чтобы знать, чем заканчиваются истерики в подобных обстоятельствах. Возьми себя в руки, в конце концов! И заодно напомни мне, а кто вообще такой этот Генри?

Отредактировано Морган Дауд (29.12.2014 09:06)

+2

3

http://savepic.su/754451.png Холл

Николь уже устала бороться с голосами в голове. Они были столь настойчивы в своих просьбах, что гасили все остальные звуки. Прикосновение демонолога заставило её дрогнуть. Она посмотрела на него пустыми, полными отсутствия глазами, а потом встала и начала осматриваться по сторонам, точно блаженная, которая не узнает места, в котором очутилась. Впрочем, отчасти так оно и было. Правда, подвал был все тот же, но выглядел он совершенно иначе: светлый, просторный и что примечательно почти чистый. Откуда-то из-за угла послышался стук молотка и басистый мужской голос, которому вторил другой, менее грубый. 

Николь впервые увидела видение не так как во сне, а как бы наяву. Оставаясь в сознании, она могла ходить по комнате, словно сомнамбула и лицезреть картины прошлого. Заглянув туда, откуда шел звук, девушка увидела двух мужчин, которые работали молотками. Оба были ей незнакомы.

-Сюда, - кто-то дернул её за рукав, и Николь резко вздрогнула, очнувшись. Перед ней стоял высокий стеллаж с соленьями.

-Здесь что-то есть, - сказала банши и попыталась отодвинуть его.  К сожалению, вместе с банками он оказался непреподъемным. Начав убирать их, она обратилась к фамильяру и Дауду, - помогите мне...
Вопрос про Генри, разумеется, остался без ответа. Впрочем, на него вполне мог ответить и Гидеон.
-Я не уверена, но мне кажется, что за ним что-то должно быть. Кажется заколоченная дверь... Кстати, где Нэйтон? - вдруг спохватилась она, - где книга?

Отредактировано Николь Ричи (30.12.2014 00:37)

+2

4

“Заколоченная дверь – это лучше, чем сплошная кирпичная стена,” – мысленно признал Морган. – “Будем торчать здесь, нас точно не ждёт ничего хорошего.”
Он спрятал телефон в карман, попросил Николь отойти, упёрся в стеллаж плечом и с усилием отодвинул его в сторону. Парень оглядел заколоченную дверь и попытался вообразить, куда может вести дверь, расположенная на такой глубине. Канализация? Катакомбы? Подземный мир гномов? Хотя при текущих обстоятельствах любая альтернатива была лучше той участи, которая ждала их в доме.
“И как только этот дом прошёл пожарную инспекцию?” – иронически посетовал Дауд.
– Толково придумано, – похвалил он Николь уже вслух. – А вот заколачивать запасной выход – не очень. Как мы смогли только что убедиться, порой запасной выход приходится весьма кстати. Например, когда попадаешь в осаду злобных адских тварей, выкапывающихся из-под земли. Где тут можно найти инструменты? Молоток с гвоздодёром пришёлся бы сейчас весьма кстати.

+1

5

Гидеон тем временем пристроил тело доктора у стены недалеко от дверей и огляделся.
Состояние хозяйки его беспокоило всё больше, но что-то подсказывало, что в этот момент отвлекать ее нельзя.
И действительно: она обнаружила (или вспомнила) потайной ход.
«Интересно только куда он ведет. И не знает ли о нем демон? Будет совсем не весело открыть дверь и увидеть его, радостно ухмыляющегося за ней» - подумал он и тут же усмехнулся. – «Параноик. Вот если увидим – тогда и подумаем что делать. Лучше бы побеспокоился о том, не отдаст ли маг демону книгу»
- Нэйтон с книгой поднялся куда-то наверх. Его сестра, кажется, отправилась следом, - ответил фамилар хозяйке и коснулся ее плеча, а затем на секунду обнял ее. – Извини что…
Гидеон покосился на доктора.
- Так резко отреагировал. Но он мог тебе всерьез навредить. А я… просто беспокоюсь за тебя. К тому же он вот-вот должен очнуться.
В конце концов, его удар был куда аккуратнее, чем, в свое время, удар Николь.
К сожалению, времени на подробный разбор причин и мотивов не было.
Он огляделся, пытаясь отыскать какие-нибудь инструменты. Подвал – место такое. Сюда могли стаскивать ненужные вещи, что-то оставить после ремонта, что-то просто потерять. Всё же в этом у него было преимущество - даже в человеческом облике в темноте он видел лучше.
На минуту мелькнула мысль превратится в кота, но он отбросил ее. В последнее время человеческий облик казался ему практичнее, хотя ранее, напротив, он считал более удобным звериный.
Вскоре фамилиар отыскал металлический прут, ржавый нож, зубило и, наконец, настоящий молоток-гвоздодер. Последний был тоже ржавый, со слегка погнутой рукоятью и испачканный в грязи. Инструмент явно пролежал здесь много времени, но для работы вполне годился.
- Годится? – риторический вопрос.
Прут, впрочем, Гидеон тоже решил не выкидывать.

+2

6

Морган вовсю занимался поисками инструментов для расчистки пути, когда фамильяр вдруг решил устроить Николь пятиминутку ванили. Больше всего ему это напомнило сцену из какого-нибудь боевика с романтическим уклоном, где главные герои милуются под градом вражеских пуль или делятся страстным поцелуем вместо того, чтобы спешно делать ноги. Только если в кино это выглядело мило и патетично, то в реальности, когда им всем троим грозила не иллюзорная возможность стать закуской для демона, трата времени на неуместные эмоции сильно раздражала.
– Это безумно мило, что вы находите время для того, чтобы поделиться друг с другом теплом и заботой, но для этого будет предостаточно времени после того, как мы выберемся отсюда живыми, – раздражённо заметил Дауд, не прекращая поисков, – и шансы того, что нам удастся сделать это убывают с каждой минутой бездействия...
Когда же фамильяр всё-таки вернулся к делу, но вместо того, чтобы начать отдирать доски, чтобы дать и м возможность смотаться оттуда, протянул инструмент Моргану, парень совсем разочаровался в своих спутниках. Они явно не были настроены на выживание и отдавали этому нелёгкому делу чуть больше сил, чем разве что доктор. Но у того хотя бы была веская причина – он был без сознания.
– Серьёзно? А, что я с тобой разговариваю... – Морган выхватил инструмент и принялся отдирать доски. – Можешь начать с другой стороны. Просто используй этот прут, как лом.

+1

7

Когда шкаф был избавлен от лишней утвари, демонолог сдвинул его и они увидели заколоченную дверь. Николь почувствовала, как по спине прошелся холодок. Она не расслышала последующего вопроса, поскольку задумалась о том, откуда берутся эти видения. Прикосновение фамильяра заставило её вздрогнуть и вернуться в реальность. Девушка не перестала злиться на него, но решив, что сейчас не время устраивать сцены придержала язык. Хотя у нее возникало довольно сильное желание высказать, что тот поступок с его стороны был очень глупым. Вместо того, чтобы сплотиться, они сыграли на руку демону или кем бы там ни был этот Вернон. Теперь, если доктор в скором времени не придется в себя, это значительно замедлит передвижение всей компании. 

-Поговорим позже, - сказала Николь. В этот момент к ним обратился Морган. – Помоги ему, - сухо добавила девушка, стараясь не показывать своё негодование. Пока мужчины занимались дверью, она решила попробовать привести в чувства лежавшего без сознания Маршала.
Подойдя к нему, банши опустилась на корточки и для начала нащупала пульс на шее – слава небесам он был жив.
-Мы оставили машину недалеко от дома. Ключи должны быть у дока, - предположила она. Доктор не приходил в себя, потому Ричи обратилась к демонологу: - он не приходит в себя, кинь мне фонарик, я попробую найти их, - когда тот оказался у нее в руках, Николь начала ощупывать лежавшего. - Давай, Макс. Куда же ты убрал их... - ощупывая сначала рубашку, а затем брюки, приговаривала девушка, чувствуя себя не в своей тарелке. Хотя доку наверняка бы понравилось то, что по его телу блуждают женский руки.
-Нашла, - наконец сказала она, достав какую-то связку, - надеюсь, что они... доберемся до машины и узнаем. Как вы там?

+2

8

Когда они расправились с досками, Морган загнал острие гвоздодёра между дверью и косяком, навалился на рукоять и выломал замок. Положив молоток себе на плечо, словно заправский дровосек или строитель с кувалдой, он повернулся к Николь и шутливым жестом предложил ей проследовать на выход.
– Путь чист! – Дауд усмехнулся, откровенно довольный тем, что у них появился шанс вырваться на свободу, и протянул руку. – Телефон, пожалуйста, я пойду вперёд, и мне понадобится фонарик...
Девушка поднялась и подойдя передала мобильное устройство демонологу, попутно обратившись к Гидеону:
-Помоги доктору, мне так и не удалось привести его в чувства, - разумеется будучи ослабленной после видений, да и не обладая физическими данными, она вряд ли могла поднять того в одиночку. - А что дальше? – обратившись теперь уже к Моргану, спросила Николь, - когда мы найдем выход, если он там есть, как предупредить об этом остальных? У тебя есть идеи?
– У Айзы в телефоне наверняка есть номер брата, – он включил фонарик и отправился по тёмному коридору, периодически смахивая с лица паутину. –  Ему и позвоним. Делов-то. Ну, и вообще, если у нас появится время на размышления, остановимся, подумаем, возможно, даже выпьем кофе. А пока что я предлагаю сосредоточиться на непосредственной задаче выбраться из дома живыми. Снаружи нас ещё поджидают орды кровожадных монстров, так что расслабляться ещё рано.
Дауд держал молоток наготове чисто на всякий случай. Вдруг тут тоже водятся какие-то твари? Некрофаги, к примеру, или огромные пауки… Доктора он решил оставить на попечении фамильяра. В конце концов, он не настолько нравился демонологу, чтобы носиться с ним, как дурень со ступой.
-Хорошо, - ответила Николь и высмотрев в плохо освещаемом месте молоток, прихватила его с собой. Вряд ли тот мог помочь в борьбе с нежитью, наверняка ожидающей снаружи, но иных альтернатив она не видела. Коридор был достаточно узким - в проходе убиралось всего два человека; они с Морганом шли впереди. Проходя мимо паутины, девушка почувствовала, как по спине предательски пробежали мурашки. По иронии судьбы ей приходится иметь дело с теми вещами, которых она боялась с самого детства: кровью, мертвыми и всякими ползучими тварями.
-Будет очень неприятно, если этот коридор закончится глухой стеной, - размышляя вслух, говорила банши, замахнувшись молотком, чтобы смахнуть паутину (не рукой же её убирать!).

Дауду не хотелось случайно получить по голове тяжёлым тупым предметом – смерть в затхлом коридоре от рук Николь совсем не вписывалась в планы на ближайшие пару недель. Поэтому он выронил своё оружие и схватил девушку за запястье прежде, чем она успела применить молоток на практике.
– Эй-эй, полегче! Это всего лишь паутина, а не кирпичная стена, побереги лучше силы, – он поднял свой гвоздодёр и начал наматывать на него паутину, разрывая тонкие нити. – Нежнее, Николь. Ещё нежнее.
-Вот именно сейчас мне сложно думать о том, как бы по нежнее порвать паутину, - заметила она, а спустя пару секунд осторожно спросила: - скажи... а чем тебя соблазнял демон, когда предлагал сделку?
– А... – нехотя протянул Морган, не сбавляя шаг, – он сказал, что может вернуть Сьюзан к жизни. Мол, всё, что мне нужно сделать, это принести ему книгу... ну, и тебя. Он серьёзно решил, что я идиот, похоже.
– Ты думаешь, что он соврал? Ну, о том, что может вернуть её, - поинтересовалась Николь, - а что будет, если я попаду к нему? Зачем ему это всё...
– Я попытался выведать у него как можно больше, - признался Дауд, - о том, зачем ему понадобилась ты да и книга тоже, но он не раскололся. Законченный эгоист, что с него взять. И нет, я не верю, что он вернул бы Сьюзан к жизни, даже если бы мог это сделать. В конце концов, это же демон.
– Возможно, – задумчиво произнесла Николь. Впереди показалась еще одна дверь с проржавевшим засовом. – Как только выберемся, набери номер Генри, я боюсь, что с ними могло уже что-то случиться.

Морган согласно кивнул, размышляя о том что с ними и самими ещё может много чего случиться. Но если Николь успокоит его обещание, то почему бы его не дать? Не то, чтобы демонолог не собирался этого делать, просто он не отрицал вероятности того, что телефонные звонки отойдут по важности на второй план, когда они выберутся наружу. Он брезгливо оглядел ржавый замок, решил, что переживёт без столбняка, и нанёс несколько ударов молотком, чтобы привести засов в нужное положение и открыть дверь.
Собственно ему это удалось.
– Нежнее, Морган, – не выдержав напряжения, сказала девушка как бы передразнивая его, – еще нежнее...
– С тобой, дорогая, я буду нежен, как никогда в жизни, – хмыкнул в ответ Дауд, уловивший шутку, упёрся двумя руками в крышку люка и попытался откинуть её в сторону, надеясь, что сверху на нём не лежит полуметровый слой земли.
Дверь отворилась и в лицо им посыпались капли дождя.
– Не забудь преберечь "нежности" для демона, – парировала Николь, высунув голову наружу. Вокруг было уже достаточно темно, потому разглядеть что-то толком оказалось сложно. Разве что  вдали виднелся громоский силуэт сарая.
– Ну, что там? – ладони Моргана оказались на её талии, и парень нетерпеливо добавил. – Может, тебя подсадить?
– Если не сложно, – ответила девушка, – потому что сейчас разобрать что-то крайне сложно. Одно могу сказать пока, демонических тварей тоже не видно.
– Это как раз то, что я хотел услышать, – Дауд без особого труда поднял девушку за талию и помог ей выбраться наружу, после чего, в очередной раз вооружившись надёжным молотком, полез на поверхность сам.

http://savepic.su/754451.png Задний двор

Отредактировано Морган Дауд (07.01.2015 08:53)

+1

9

http://savepic.su/754451.png Холл

Спустившись в подвал, Вернон осмотрелся по сторонам и уверенно зашагал в сторону подземного хода, через который вылезли маги. По дороге он напевал какую-то очень веселую песенку, затем остановился, достал из кармана зажигалку, чиркнул ее и поджег бумажку, которую кинул в кучу вещей, лежавшую возле горючих материалов: банок с краской, отбеливателя и еще каких-то химических смесей. Огонек начал потихоньку разгораться, впрочем, покинуть подвал он сможет только минут через пятнадцать, а пока едкий дым будет медленно просачиваться сквозь щели, заполняя собой все вокруг.

Довольный собой, осквернитель продолжил путь наверх. В проходе было достаточно грязно, много паутины и ее обитателей, но его это нисколько не заботило. Когда-то очень давно он видел места и похуже.
Достигнув двери, ведущей на поверхность, мужчина поднял голову и прищурился, почувствовав, как холодные капли дождя коснулись его бледной кожи.

Вернон вылез из подземного лабиринта и направился прямиком в сарай; однако он не торопился, а шел не спеша, будто не особо волнуясь за успех мероприятия. Мысль о том, что книга теперь в его руках несомненно грела проклятое сердце. А все благодаря магу воздуха...

http://savepic.su/754451.png Старый сарай

0

10

http://sg.uploads.ru/t/hbPGI.pngКухня
11.06.2006 г., 21:38
Ответ Доминика по поводу состояния Кэндис не внушил надежду, так что, разошлись все не на очень-то и приятной ноте. Куда же все катиться?! Чертов карантин, смертельная болезнь, поджидающая за каждым углом, да ещё и сбежавшие преступники, из-за которых теперь даже притворства по поводу того, что ничего не изменилось стали совсем уж фальшивыми.
Шанель утешало лишь то, что кому-то сейчас хорошо. Её родители были далеки от этого места, да и, по словам парней, Николь тоже посчастливилось избежать принудительного заточения в месте, который только за несколько минут стал в три раза опаснее прежнего. В общем, хоть что-то утешало. Но, в виду своего характера, она и в таком обычном деле, как готовка, находила раздражающий фактор. В то время, как мир катится ко всем гребанным чертям, она помешивает деревянной ложечкой лук в сотейнике.
Как ни странно, но в обыденном занятии она не могла отвлечься от скверных мыслей. Девушка стояла, поджав губы и сведя брови к переносице. Все это было просто невыносимо, к тому же Доминик купил помидоры черри, а они не дадут нужного сока и мякоть у них не так быстро разваривается, как у обычных томатов. Убрав сотейник с конфорки, она открыла холодильник, но там ничего не изменилось после последнего посещения. Покусывая нижнюю губу, рыжая внимательно осмотрела кухоньку и лишь спустя пару секунд, она вспомнила, что у Ричи был подвал, а там они хранили дивные помидоры в собственном соку. Нет, конечно на полках было много всякого добра, а в углах складировалась мебель, сундуки со старой одеждой и различное барахло, но сейчас-то ей были нужны банки с овощами.
Решив не дожидаться парней, - мало ли, что они подумают, не застав её хлопочущей у плиты, - она быстро направилась в сторону двери, ведущей в подвал. Хоть дом снаружи и выглядел весьма жутко, особенно, если небо серое от туч и по газону стелется туман, внутри семейство все обустроило весьма уютно, так что и вниз идти было не страшно, хотя какое-то странное чувство присутствовало.
Кое-как нашарив рукой выключатель, Шанель чуть поморщилась от резко вспыхнувшего света, на секунду дезориентировавшего её. Сладив с этой проблемой, рыжая быстро пошла к полке у дальней стены. Она как-то не смотрела по сторонам, поэтому и не обратила внимание на старую, красивую софу в стиле рококо, - когда-то она стояла в комнате Николь, но, видимо, была вынесена после смерти дедушки или раньше, - целенаправленно шагая к уставленной банками полке.
Пришлось привстать на цыпочки, чтобы дотянуться до помидор. Довольная своей находкой, Лефевр развернулась и тут-то её взгляд и упал софу, слегка отодвинутую от стены. Она вздрогнула, не веря своим глазам, а затем истошно завизжала. «Такого быть не может!» - Либо перед ней действительно лежала Николь, бледная и какая-то нереальная, словно манекен, или же друзья решили над ней пошутить и весь этот фарс. От потрясения и испуга девушка выронила банку, которая тут же разлетелась на мелкие кусочки, а помидоры превратились в кашу, и вся эта жижа окатила Шанель аж до колен.
- Ники, - выдохнула рыжеволосая, порывисто дернувшись вперед, но тут же раскатилась на пролитом и плашмя упала на холодный пол, едва успев вскинуть головы, чтобы не встретится с острым осколком лицом.
Быстро поднявшись, она подбежала к подруге и, не думая о возможных последствиях, коснулась её лица испачканной в томатах и крови, - при приземлении Лефевр рассадила о мелкую стеклянную крошку ладонь правой кисти, -рукой, оставляя на бледной, фарфоровой коже яркие отпечатки. Пальцы дрожали, она уже поняла, что девушка мертва, но отказывалась признавать это. Задыхаясь от нахлынувших чувств, рыжая аккуратно касается шеи и пытается нащупать пульс, но все без толку. Бессилие накрывает, ноги подкосились и Шанель упала на Ричи, пытаясь обнять её и встряхнуть.
- Это не смешно, Ники, - едва сумела выдавить из себя девушка. – Не может этого быть!

Отредактировано Шанель Лефевр (16.02.2017 15:26)

+4

11

Возможно Доминик и поделился бы о том, чем занимался в больнице, потому что хранить такое в себе было тяжело, но не при впечатлительной девушке, которой уж точно не следует знать подробностей. Именно об этом говорило выражение его лица, когда медиум обратился к нему с вопросом.  Немного освежившись, мужчина выпрямился, схватив с крючка полотенце, которое повесил вчера. Вытерев им лицо, он вернул его на место и вновь включился в разговор.
-В зоне карантина несколько жилых кварталов, – сказал чародей, – поэтому не могу сказать наверняка, где и что всплывет, но объявили об усилении, а значит меня почти не будет дома, – он потер висок двумя пальцами, чтобы унять нахлынувшую головную боль, - шестьдесят человек на две тысячи. Сама понимаешь, численность не нашей стороне, поэтому остается надеяться на то, что большая часть людей в кордоне проявит благоразумие.
Судя по всему, ему не удалось создать видимость того, что все в порядке, а лживая улыбка, которая появилась на лице, не могла обмануть Шанель, знавшую его с детства. Прошло много времени и все они изменились, но ужимки, ставшие их частью тогда, никуда не делись и теперь.
-Да, пожалуй, последую твоему совету, – ответил Мортель, – заодно найду что-нибудь, чтобы переодеться.
Мортель кивнул своему новому знакомому и направился в коридор. Поднявшись на второй этаж, он дошел до комнаты, в которой остановился и на несколько секунд задержал руку на ручке, задумавшись о том, что за его спиной находится дверь, ведущая в спальню, где ночевала Кэндис. Отогнав мысли в сторону, чародей прошел внутрь и подошел к шкафу, где лежали все вещи. Достав оттуда джинсы и рубашку, он бросил их на кровать. Запах пота от грязной одежды въелся в кожу, поэтому Доминик решил, что будет лучше еще раз принять душ, прежде чем надевать чистое. Прихватив с собой полотенце, мужчина направился в ванную комнату. Сняв с себя одежду и включив воду, чародей вылил немного шампуня на ладонь и начал намыливать голову, когда услышал крик внизу. Видимо Шанель забыла прикрыть дверь, когда спустилась в подвал, иначе бы он не услышал ее. Мортель схватил полотенце и повязав его на бедра и выбежал в коридор, как ошпаренный. Он испугался, что могло случиться что-то непредвиденное, например, взлом, поэтому прихватил с собой пистолет, который положил на стиральную машинку, когда разделся.
Увидев приоткрытую створку, ведущую в подвал, мужчина сразу понял, что звук доносился оттуда, поэтому спрятал оружие в ящичек. Он сбежал по ступенькам вниз чуть было не поскользнувшись на последней и оказался перед перепуганной Лефевр, пытающейся разбудить подругу. Чародей замешкался. Мыльная вода, которую он не успел смыть, стекала по лицу и покрывала часть грудной клетки. Доминик вытер лицо ладонью, смахнув жидкость на пол и набрав в лёгкие воздух обратился к девушке.
-Шанель, успокойся, – он не видел, что у нее поранена рука, но заметил, что на полу разлит рассол от помидоров. Видимо Шанель спустилась сюда, чтобы достать заготовки на зиму и сделала для себя еще одно открытие. – Послушай, это будет сложно объяснить, но я постараюсь. Николь не мертва, она просто глубоко спит. Как раз сейчас мы ищем способ, чтобы разбудить её.
Доминик не знал, что можно сказать в таких обстоятельствах, потому что прежде ему не приходилось рассказывать никому об изнанке мира. Энигма обязывала хранить молчание, но четких предписаний о том, что говорить в подобных ситуациях, ему никто не давал. Задуматься над тем, почему дверь была открыта, и девушка смогла сюда попасть, чародей был не в состоянии. Его голова была занята совсем другим. Нужно было объяснить Шанель, что все не так страшно, иначе она начнет паниковать. Доминик применил свои способности и начал выкачивать из нее смятение, чтобы сгладить удар от увиденного.

Отредактировано Доминик Мортель (20.02.2017 20:26)

+5

12

Девушка медленно двигалась к самой натуральной истерике. Шок и испуг, вкупе с разрывающей на части тоске, просто накрыли с головой. Двойственность ощущений лишь мешало нормальному мировосприятию: она была так уверена, что Ричи в безопасности, что разум до сих пор отказывался воспринимать эту действительность. 
Она не слышала, как по лестнице спустился Доминик, зато его слова заставили вздрогнуть и вскинуть лицо. По щекам лились слезы, она даже не понимала, что плачет, лишь повторяла, одни и те же слова: «Вставай!». В последствии этот момент будет вспоминаться крайне редко и Лефевр не раз удивиться, как она могла столь эмоционально отреагировать на «смерть» подруги.
- Не подходи ко мне! – Сквозь зубы выдавила девушка полузадушенным голосом. Она зло смотрела на молодого человека, не понимая, как он мог так поступить с Николь и с ней, они ведь были лучшими друзьями. – Убирайся отсюда, ублюдок!
Шанель даже не думала о том, по какой причине тело вынесли сюда, почему Мортель говорит такие странные вещи, но одно она знала точно – её смятение медленно уходило, освобождая место злости, что разрасталась в настоящую ярость. Карие глаза пробежались по близлежащим предметам, в поисках того, чем можно было как следует приложить старого приятеля по голове.
Горе подождет, сейчас девушка винила двоих мужчин, что так неумело пытались скрыть правду и даже не удосужились перепроверить замок на двери, ведущей в подвал.
- Не мертва?! – Она резко встала, отстранившись от тела Ричи и, не спуская глаз с полицейскому, медленно начала двигаться к углу у стены справа, откуда, из вороха тряпья, торчала старинная швабра, давно уже не использующаяся по назначению – зачем здесь хранилось это барахло, оставалось лишь гадать, но, видимо, кто-то из хозяев оставил такие вот вещи на случай подобных ситуаций. – Она холодная, не дышит и твердая, как труп. Как ты мог? Как. Ты. Мог. Доминик? И ты продолжаешь вешать мне лапшу на уши! Она не дышит!
Последнее рыжая просто выкрикивает, хватается за древко швабры и смело, как солдат, бросаясь в сторону Мортеля. Не те чувства он выкачивал, стоило проанализировать ситуацию, прежде чем применить силу, теперь же, пока Шанель не выпустит пар, смысла не было что-то ей объяснять. Может потом, когда бессилие и горе захлестнет с новой силой, до неё смогут достучаться, но сейчас перед ней был потенциальный убийца.

Отредактировано Шанель Лефевр (16.02.2017 16:10)

+5

13

Избавив девушку от смятения, чародей обнаружил, что на его место пришел гнев. Он понимал почему она злиться и осознавал, что сам прореагировал бы не менее эмоционально, окажись в похожей ситуации. Однако сейчас для всех будет лучше, если Шанель возьмет себя в руки и успокоиться раньше, чем дело примет другой оборот.
Мортель всегда хорошо относился к девушке и просто хотел, чтобы она выслушала его прежде, чем перейдет к действиям, но события развивались слишком стремительно.
-Тебе нужно успокоиться, – настаивал Доминик, держа руки перед собой, чтобы успеть перехватить ее, если вдруг ей взбредет в голову выбежать из подвала до того, как он сможет все объяснить. – Я ничего не делал, Никки! Сама посуди, разве я мог причинить ей вред? – ткнув пальцами себе в грудь, спросил чародей. Оскорбления, брошенные Шанель в горечах, нисколько не задели его. Он прекрасно знал, что под эмоциями люди частенько говорят не подумав.
Но в какой-то момент у Доминика всё же возникло острое желание накричать на девушку и рассказать ей кто на самом деле виноват в случившемся, раз и навсегда очистившись от несправедливых обвинений, однако торжество разума взяло верх над ничтожеством абсурдных обид. Хотя даже тень сомнения, возникшая у нее в голове, сильно ударяла по его болезненному чувству справедливости, ведь ей было известно с каким трепетом он всегда относился к Николь.
Даже тогда, когда стало известно, что она оказалась права и Салливан действительно был одержим, чародей не смог усмирить свой гнев и просто запихал его глубоко внутрь, чтобы не наделать глупостей. Он был не в состоянии делать вид, будто готов простить пироманта, даже когда видел сожаление в его глазах. Доминик не обманывался – простить такое нельзя. Ему всегда казалось, что и самому виновнику это не нужно. Каждый раз, когда их дороги пересекались, Мортель заставлял себя вспомнить, что волшебница рассказала ему перед тем, как их разлучили. Она верила, что Дэниэл ее брат, и это единственное, что заставляло чародея мириться с его присутствием. Родственников не выбирают, он знал это по себе. Когда вскрылась правда об их с Мелизандрой отце, Доминик долго переживал и отказывался принимать её, но именно Николь подтолкнула его к переосмыслению. Да, все верно, родственников не выбирают, однако это не меняет того факта, что они оказались в таком положении именно из-за Салливана.
-Ты же знаешь меня с детства, Шанель, – начал было Доминик, но договорить ему так и не дали. Девушка извлекла откуда-то старую швабру и понеслась на него, как гладиатор на противника. К тому времени чародей уже начал выкачивать из нее гнев, и испробовав его на вкус, пробудил в себе не самые приятные воспоминания. Он отпрял в сторону, уходя от удара и подтянул полотенце, получше засунув его край так, чтобы оно не спало в процессе этих "плясок". Рассказывать в такие обстоятельства, что существует магия и Николь на данный момент технически находится во временной петле, мужчина не мог. Ему оставалось только уворачиваться и взывать к благоразумию Шанель. Пока она тщетно пыталась его ударить, он выкачивал из нее те эмоции, которые мешали ей включить голову и задуматься над абсурдностью происходящего. Если бы он правда был злодеем, то уже скрутил бы ее в три погибели, поскольку его габариты и подготовка позволяли сделать это без особого труда. На курсах в полицейской академии, да и во время учений на Форлаке, он произвел впечатление у рекрутов своей физической выносливостью.

Отредактировано Доминик Мортель (17.02.2017 01:56)

+3

14

Со стороны все это выглядело настолько убого, что, приведись кому наблюдать за потасовкой (хотя это очень громкое слово, драться полезла Шанель, а Доминику оставалось только держать себя в руках, стараться уворачиваться и надеяться, что полотенце все-таки не свалиться), он бы подумал, будто перед ним воспроизведенная сцена из немой комедии тридцатых годов. В общем, картина, как говориться, и смех, и грех.
Горя изнутри, Лефевр не желала останавливаться, не желала слушать и следовать доводам рассудка. Последнее время она часто скрывала истинные эмоции, придерживаясь созданного образа бессердечной стервы и жестокого в некоторых отношениях, человек. Сейчас же заслон словно прорвало. Наверное, Доминик избрал лучшую стратегию, но попытки достучаться до объятой чувствами девушки, было сложно, что уж говорить, она даже не слышала сигналы тела, а рука горела и, возможно, в весьма немаленькой ране на ладони застряли мелкие кусочки стекла, что от резких движений и соприкосновения с твердой поверхностью лишь усугубляли ситуация.
Постепенно гнев и отчаянье тоже стали улетучиваться. Движения Шанель стали более вялыми, остывая она начала чувствовать саднящую боль и постепенно пропало желание как-либо проявлять изначальную агрессию. Она не задумывалась, что мог чувствовать Мортель, не думала и о том, почему её до сих пор не скрутили и не уволокли под белые рученьки в одну из комнат для остывания. Перед глазами стояло бледное лицо Николь и холодная кожа, говорившая о том, что перед ней уже не человек, которого она любила.
Последний взмах злосчастной шваброй, и она спотыкается, падая на колени. Едва успевает отбросить от себя свое оружие, чтобы не встретиться с шершавым бетонным полом подвала, так сказать, лицом к лицу. На смену горевшим эмоциям медленно приходит какая-то тупая пустота и, если честно, Лефевр это вообще не нравится. С каким-то вздохом безнадежности, рыжая отталкивается руками и садится на колени, тупо разглядывая свои окровавленные руки, а потом переведя взгляд на испачканную, белую кожу щек и шеи подруги.
Только сейчас, словно пробившись через пелену сна, до неё доходят слова Доминика. Она слышит и голос своего разума, который противненько нашептывает, что Мортель не при чем, да и надежда на это подбавляет уверенности. Карие глаза впиваются в лицо друга детства.
- Ты прав, - хрипло говорит девушка. – Я знаю тебя со школы, но сколько мы не общались? Сколько я не общалась с Николь? Мало ли что произошло. К тому же, помимо тебя, здесь есть ещё один человек и его я вижу впервые. Ты говоришь, что она не мертва, но ведь не дышит, пульса нет и холодная, как ледышка. Какого черты тут происходит? Что вы натворили?
Какая-то ясность ума, проступившая после опустошения. Но человек такое создание, что в принципе не может долго ничего не чувствовать, исключения составляют конченные психопаты. Так что, в конечном счете, Шанель судорожно вздохнула, практически всхлипнула и вытерла выступившие слезы тыльной, чистой стороной ладони.
Только сейчас она поняла, как сильно устала, как много на неё навалилось за день: болезнь Кэндис, встреча с Домиником, опасная поездка в больницу, целый час эмоционального стресса, когда она ждала результата анализов и теперь ещё и это.
- Я постараюсь держать себя в руках, Дом, - начала она, сверля его взглядом, - но ты мне все расскажешь. А если я почувствую ложь, то ты дашь мне себя избить. – Она повела плечами, словно стряхивая свое оцепенение и начала подниматься. – А ещё мне надо выпить. Это точно!

+3

15

Даже с наступлением вечера летняя жара не желала оставлять измученный духотой город. Закрывая за собой дверь, выходящую на внутренний двор особняка Ричи, Рейнер подумал, что мечтает о грозе, о таком замечательном во всех отношениях летнем ливне с яркими вспышками молний и хлещущими по оконным стеклам струями дождя. Да, подобная передышка жителям Валенштайна совершенно не помешала бы, и это даже если не задумываться о том, что большинство эпидемий «черной смерти» приходилось как раз на похожую засушливую погоду.
Войц устало потер отчаянно ноющий висок и достал из кармана мобильный телефон. Ирэн вряд ли сможет понять мотивы его сегодняшних поступков, но предупредить младшую сестру о собственном местонахождении и разгуливающих по зоне кордона беглых преступниках медиуму было необходимо. Правда с первого раза дозвониться до девушки Рейнеру не удалось: после прослушивания около двух десятков гудков оператор сотовой связи осчастливил мужчину сообщением, что вызываемый абонент не может сейчас подойти к телефону. Пытаясь загнать куда-нибудь поглубже холодок волнения, маг уже открыл рот, чтобы оставить Ирэне голосовое сообщение, но внезапно осекся.
Как мы обычно воспринимаем появление рядом с нами другого человека? К примеру, мы слышим звук шагов  или ощущаем колебания воздуха от быстрых движений, быть может, чувствуем аромат духов. А как быть с теми, кто уже давно перешел порог загробного мира? Обычная реакция на появление призраков – это ощущение абсолютно беспричинного на первый взгляд холода. Хотя беспричинного ли?
- Бедный мальчик, - прошелестел у медиума над ухом тихий женский голос.
Войцу пришлось подавить в себе желание глупо пошутить на тему того, до чего же он должен плохо выглядеть, раз уж вызывает жалость даже у призрака. Ему периодически приходилось сталкиваться с духами, отличающимися крайней степенью болтливости, и медиум давно зарекся провоцировать извечных спутников магов его школы на личные беседы. Нет уж, пусть скажет, что хочет, а дальше…
- Мой бедный мальчик!
Наверное, до ее смерти подобный трюк бы не удался, но что такое для духа разница в росте? Медиум ощутил легкое онемение, различающееся от груди, в которую упирались ладони девушки-призрака, к плечам. Энергия духа особого вреда Рейнеру причинить не могла, но сказать, чтобы маг был рад подобному вторжению в свое личное пространство, тоже было нельзя.
- Ты должен вспомнить…
Какие необычные глаза! Войц ощутил странное головокружение, глядя в синие глаза девушки-призрака. В душе его на мгновение поднял голову подсознательный страх, что дух в наглую тянет его энергию. Поднял, но практически сразу умолк под напором магнетического взгляда призрака. Где же твоя всегдашняя предусмотрительность, которая порой приобретает черты мнительности?
- Ты помнишь?..
Какого черта ей от меня нужно?
Дурацкий писк. В глаза как будто песок насыпали, но он упрямо пытается разомкнуть веки. И почему так трудно дышать? Оторвать голову от подушки Рейнеру удается далеко не с первой попытки. Не открывая глаза, он нащупывает тонкие пластиковые трубочки, по которым подавался кислород. Больница? Я в больнице?

Воспоминание из уже такого далекого детства. В том году Войц умудрился подхватить страшное воспаление легких, которое едва не стоило ему жизни. И что из этого может быть интересно этому странному духу?
Раз-два-три-четыре-пять… Он неуверенно открывает глаза. Стандартная больничная палата, судя по приглушенному свету сейчас ночь. В кресле рядом с его койкой спит Ангелика: по тому, насколько она бледна и как осунулись черты ее лица, можно сделать вывод, что мать провела здесь не один день. Все еще не понимая, что такого призрака могло заинтересовать именно в этом эпизоде его жизни, Рейнер начинает неуверенно оглядываться. За стеклянной перегородкой кто-то спорит, по всей видимости, тщательно сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. Зрение у него все еще нечеткое, но, кажется, одна из фигур принадлежит отцу.
- Брат, я прошу тебя, успокойся, - этот голос Рейнеру знаком, но очень смутно. – Он должен просто перебороть это в себе.
- Ты не понимаешь? – свистящий шепот отца. – Я могу потерять единственного сына. И из-за чего? Из-за какой-то там клятвы, которую наш предок дал этой чертовой семейке. Пережиток прошлого…
Ледяные нотки в голосе его собеседника заставили Вальтера осечься.
- Я предпочту сделать вид, что не слышал этих слов. Как у многих представителей нашей семьи до него, у Рейнера имеется долг, который, я уверен, он сможет выполнить.

«Да, как много нового можно о себе узнать, пообщавшись со странными привидениями!» - подумал медиум, выныривая из волн собственной памяти. Собеседником отца был его старший брат, погибший в 1983 году. Даже медиумы, достигшие ранга Наставника, не могут избежать некоторых ошибок.
- И что же из этого следует? – однако, вопрос был задан в пустоту: дух исчез, не прощаясь.
Размышляя о собственной «кредитной» истории, Рейнер вынул из багажника автомобиля сумку с вещами Шанель и направился к дому. В кухне медиум никого не обнаружил, что заставило его насторожиться. Оставалось только надеяться, что девушку не понесет в подвал.
Бросив сумку на ближайший стул, Войц поспешил вон из кухни. В качестве иллюстрации, насколько тщетными могут быть надежды, его взгляд практически сразу наткнулся на распахнутую дверь, ведущую в подвал, за которой слышались звуки какой-то странной возни.
«- Откуда в доме труп, сэр? – Это же элементарно, коллега: просто хозяева идиоты, и никогда не закрывают двери», - припомнился медиуму старинный и не слишком смешной анекдот. Стараясь ступать как можно тише, мужчина начал спускаться в подвал.
Как там звали даму, которая из-за любопытства умудрилась лишиться носа? Мисс Лефевр, видимо, решила так же пройти по этому пути и узнала нечто такое, что было для нее не предназначено.
Да, медиум, похоже, пропустил эпическое сражение: об этом по крайней мере свидетельствовал бетонный пол подвала, в равной мере покрытый осколками и ошметками каких-то консервов. Посреди поля битвы застыли друг напротив друга Шанель и Доминик, девушка угрожающе сжимала в руках ручку от швабры.
И что ей не сиделось не кухне? Рейнер устало поморщился, наблюдая за тем, как мисс Лефевр оседает на колени, будто под гнетом непосильной для нее тяжести. Бедная девочка! Если она так бросилась на защиту подружки… Что ж, это достойно огромного уважения.
- Конечно, мы постараемся все объяснить, - медленно произнес маг. – Но для начала здесь нужно привести все в порядок.
Рейнер подошел к Шанель и осторожно помог ей подняться.
- Я справлюсь сам, а тебе лучше вернуться в ванную и привести себя в порядок, - обратился медиум к Мортелю, ведя девушку прочь из подвала.
Когда они оказались на кухне, Войц, заметивший, что у мисс Лефевр кровоточит ладонь, принялся рыться в кухонных шкафах в надежде найти аптечку. На его счастье, искомое попалось мужчине на глаза практически сразу.
- Сильно поранилась? - быстро спросил он у Шанель. При беглом осмотре маг убедился, что осколков в ранке нет, но, верный главному принципу медицинской помощи, все-таки помог девушке обработать порезы смоченным в антисептическом растворе куском ваты.
Первым вернувшегося в подвал Войца встретил острый томатный дух. "И специй на консервы кто-то явно не пожалел," - подумал отчаянно старавшийся не расчихаться Рейнер.
- Вот, мисс Ричи, это ли не подтверждение того, что вы не предусмотрительно выбираете знакомства? - обратился медиум к спящей девушке, наклоняясь над ней со смоченным в воде платком. - Ваша подружка когда-нибудь слышала о том, что во многом знании многие печали?
Черт! Осколки от разбитой банки разлетелись не только по полу: Войц, стиравший с лица Николь пятна от томата и крови, обнаружил еще один осколок, запутавшийся в волосах девушки, когда ему посчастливилось "удачно" рассчечь об него палец. Моей крови тут только и недоставало...
Додумать эту мысль Рейнеру уже не удалось.

Отредактировано Рейнер Войц (19.02.2017 20:12)

+5

16

Знаю я — опять меня обманет
Этот сон при первом блеске дня,
Но пока печальный День настанет,
Улыбнись мне — обмани меня!
(с) И. Бунин

В доме царила мертвая тишина, словно природа и время, застыли на месте. Пока на той стороне кипела жизнь и сменялись времена года, здесь, словно в замкнутой петле, повторялся один и тот же день, будто у бога времени иссякла фантазия. Ни пения птиц, ни шороха, ни голосов живых (или даже мертвых), только лишь пустота, холодная и безразличная к человеческим чувствам.
Каждый раз открывая глаза и вдыхая в легкие воздух, Николь надеялась, что услышит хоть что-то, кроме биения собственного сердца, но ничего не происходило. Это были самые сложные минуты; мгновение от рождения до смерти маленькой надежды, каждый раз сгорающей, словно мотылек, подлетевший слишком близко к яркому огню. Вначале она чувствовала глубокую душевную боль, тисками сжимающие грудь, но спустя месяцы на её месте остались лишь пустота, чувство отчаяния и горький привкус смерти.
Тогда Николь поняла, что смерть – это не самое страшное, что может произойти; к ней пришло осознание того, что череда бесконечно одинаковых дней, одиночество и отсутствие возможности избавить себя от страданий – вот настоящий ад. Здесь нет столпов огня или дьявола, который держит в руках вилы, подталкивая ими грешников к обрыву с бурлящей внизу лавой, но всё же для неё это место стало подобно огненной геенне.
Порой волшебница спрашивала себя: «жива ли я?», но не могла ответить на этот вопрос. Философское изречение «Cogito ergo sum» едва ли могло дать объяснение, почему она потеряла способность ощущать вкус пищи или не испытывает боль, когда проводит по руке острозаточенным лезвием ножа. Николь не могла избавиться от чувства, что это не сон, а действительность, с которой ей придется мириться целую вечность, а может быть даже больше (сколько призрак может быть привязан к месту, где погибла его физическая оболочка?).
Но почему же здесь так тихо и холодно, словно в могиле.
У волшебницы было много времени, чтобы прочитать все книги, попавшейся на глаза, пересмотреть по несколько раз старые альбомы с фотокарточками, с которых ей улыбались до боли родные и знакомые лица, пролистать личный дневник (этот дом, вплоть до мельчайших деталей, был точной копией того, в котором она жила). Она выучила несколько пьес наизусть, с помощью словаря начала изучать лиаванский и наконец-то прочитала библию, будто надеялась найти там ответы. Николь пыталась всеми силами отвлечься от гнетущих мыслей. А когда фантазия иссякла, достала с чердака старый диктофон и попыталась записать на него свой голос, чтобы послушать хотя бы его. На утро девушка обнаружила, что запись исчезла. Когда петля перезапускалась, все возвращалось на привычные места: она могла выкинуть всю еду из холодильника в мусорное ведро или измельчить в умывальнике, но на утро вновь открыв его, находила её там.
Собственно, по той же причине Николь не могла точно сказать сколько дней уже провела здесь, ведь у нее не было возможности делать отметки на календаре или ставить засечки на стене. Сколько прошло дней? Месяц, два, полгода или может быть уже год? Она перестала считать, когда поняла, что это бесполезное занятие. Её смерть наступила 29 января – это волшебница помнила, как и ту адскую боль, что пожирала каждую клеточку тела.
-Я пытаюсь. Правда, пытаюсь, но… с каждым днем здесь, – пауза, – я чувствую, что моя душа тихо умирает, – девушка сидела на диване (в маленькой комнате со стеллажами книг) и диктовала это всё на диктофон. Слушая собственный голоса, она чувствовала себя не так одиноко. – Мне катастрофически не хватает звуков, человеческих разговоров, встреч с друзьями, смеха... еды! Я хочу вновь почувствовать её вкус, – ее голос звучал волнительно, словно она говорила о чем-то очень важном для неё, сокровенном. – Я почти забыла, что значит быть живой и это сводит меня с ума…  – выдохнув последние слова, Николь прикладывает пальцы к губам и массирует их так, словно раздумывает над тем, стоит ли говорить что-то еще. Она открывает рот, но звук позади заставляет ее вновь закрыть его.
Резко поднявшись с дивана, волшебница оборачивается и видит перед собой незнакомого молодого человека. В её глазах отчетливо читается удивление и испуг. Николь испугалась, что опасения верны и он - всего лишь плод воображения - первая ступень на пути к безумию, однако в глубине души она даже рада ему, если это принесет облегчение.
-Кто ты? – вопрос срывается с её губ так неожиданно, что она не успевает за ходом собственных мыслей. Девушка поправляет сползающую ткань нежно-голубой туники и обнимает себя, как будто замерзла, хотя в действительности это больше похоже на защитную реакцию. Она нервничает и это заметно не только по взгляду, но и по пальцам, обхватившим кусочек материи на рукаве и лихорадочно проминающим его. У нее длинные каштановые волосы, спускающиеся на плечи, карие глаза и живой взгляд. Рейнер может впервые видеть мимику на её лице.

Отредактировано Николь Ричи (20.02.2017 18:51)

+6

17

Какая-то сила неудержимо тянула медиума вниз. Рейнер инстинктивно попытался оказать сопротивление неизвестно откуда взявшемуся воздействию, но это было ему не по силам: падение закончилось вполне закономерно, и маг от души поприветствовал лбом бетонный пол. "Шикарная же меня ждет шишка", - раздраженно подумал Рейнер, однако то, что произошло дальше, окончательно выбило мужчину из колеи. В одно и то же время, когда тело Войца падало рядом с софой, на которой коротала свои дни Николь, какая-то часть медиума, впоследствии поименованная им как "ментальная проекция", оставалась стоять на ногах в том же самом подвале. Вот только в том ли? С интересом оглядевшись по сторонам, Рейнер понял, что окружающее его пространство не успело познакомиться с бурным темпераментом мисс Лефевр: пол не был усыпан осколками и ошметками консервированных томатов, в воздухе не чувствовалось острого запаха специй. Правда, еще одно существенное отличие: не было и софы с находящейся в забытьи девушкой на ней.
- Так вот ты какой, гроб хрустальный.
Наверное, подобные чувства могла испытывать бедная Алиса, любопытства ради сунувшая свой хорошенький носик в кроличью нору. Рейнер, слава богу, ни капельки не напоминал девочку в чинном платье с кружевным передником, да и белый кролик, счастливый обладатель жилета и золотых часов на цепочке, даже близко не думал пробегать рядом с магом. Однако Войц поймал себя на мысли, что сегодняшний день наконец-то достиг финальной точки абсурда, и дальше все будет только чудесатее.
Во время их беседы Доминик забыл, а, может быть, и не захотел поведать медиуму о том, каким образом происходило лечение Николь. Конечно, первыми, о ком вспоминаешь в подобной ситуации, были виталисты: пусть и с большими магическими затратами, но опытные пневматики Жизни способны вернуть покойника с того света. Медиум высокого уровня при определенных условиях мог бы помешать духу покинуть положенное ему от природы тело, тем самым давая человеку возможность не пересекать черту, из-за которой нет возврата. Однако, как оказалось, в этом мире существовали и такие умельцы, которые могли создавать для души пострадавшего человека отдельные миры.
Двойственность восприятия сбивала Войца с толку: маг был абсолютно убежден в том, что его многострадальная тушка в данный момент покоится на бетонном полу подвала, однако при этом та часть мужчины, которую неведомая сила затянула в мир, приютивший душу мисс Ричи, также была способна испытывать чувства. Рейнер  задумчиво провел кончиками пальцев по шероховатой поверхности стены, дотронулся до деревянной полки с каким-то хламом. Очень было бы интересно познакомиться с уникумом, создавшим подобное.
Войц поднялся по лестнице на первый этаж дома и прошелся по уже знакомым ему комнатам. Медиума терзали смутные сомнения, что в кухне его вполне могут ожидать участники Безумного чаепития, а где-нибудь в коридоре он рискует наткнуться на Червонную королеву, играющую в крокет. Однако литературные персонажи донимать Рейнера своим обществом не собирались, и маг отправился на поиски единственной живой души в этом доме.
Проходя мимо окна, Войц не удержался и выглянул на улицу. Маг, создавший этот мир, оказался далеко не всесилен: все, что можно было разглядеть за окном, - это волны непроницаемого тумана. «Ага, и где-то там бродят потерявшийся ежик и жаждущая общения лошадь», - язвительно отметил внутренний голос мужчины. Для острастки Рейнер подергал оконную раму, но та даже не думала поддаваться. Похожая ситуация была и с входной дверью: как бы медиум не дергал за ручку, ее это мало волновало.
Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать. По въевшейся с детства привычке совершая шаги с мыска на пятку, чтобы поменьше скрипели лестничные ступеньки, Войц поднялся на второй этаж дома. Где же вы, мисс Ричи? Медиум сосредоточился на собственных ощущениях: на слух он никогда не жаловался, поэтому спустя короткое время смог различить тихий женский голос за одной из дверей.
Стараясь производить как можно меньше шума, Войц легонько толкнул вперед дверное полотно. Девушка сидела к нему спиной. Первым, что привлекло внимание Рейнера, была копна густых волос каштанового оттенка, струящихся по ее плечам. Николь что-то тихо говорила, но внезапно вскочила на ноги и обернулась к мужчине. Да, в разведку тебя, братец, не возьмут.
- Пожалуйста, не нужно меня бояться, - голос медиума прозвучал несколько хрипло. – Я не собираюсь причинять вам вред.
Рейнер сделал несколько шагов в комнату, но остановился на безопасном расстоянии от девушки: в конце концов, она провела практически полгода в полном одиночестве и лишний раз ее лучше было не травмировать.
- Понимаю, что мое появление вас шокировало, если честно, я сам не знаю, как здесь оказался. Николь, вы меня не знаете, но я с вами знаком заочно. Мое имя Рейнер Войц и, как бы странно это не звучало, за последние несколько дней вы стали главным человеком в моей жизни.

Отредактировано Рейнер Войц (22.02.2017 14:00)

+4

18

Когда их глаза встретились, Николь растерялась. Она была взволнована, ведь он был первым человеком, которого она видела здесь за время своего пребывания. Ей захотела подойти и прикоснуться к нему, чтобы убедиться в том, что он настоящий, а не игра её больного воображения, однако страх был сильнее желания. На лице волшебницы отразилась внутренняя борьба (сомнение и вопрос), позволившая мужчине, стоявшему напротив, понять в каком она замешательстве. Ей никогда не удавалось скрыть истинные чувства; живая мимика отражала все.
Николь не могла разобраться в своих ощущениях; совсем недавно она была готова отдать многое, чтобы поговорить хотя бы с одной живой душой, но получив желаемое, как это зачастую бывает, не знала, что делать дальше. Полгода наедине с мыслями о смерти и своем новом (абсолютно непонятном ей) состоянии сильно сказались на мироощущении. Удивительно, что она еще не начала сходить с ума.
-Вы знаете Артура? – первое, что спросила девушка, когда её гость представился. Она безусловно могла обнаружить фамильное сходство, сквозившее в чертах его лица, общем облике и даже манере держаться, но всё же, по-прежнему терзаемая сомнениями, не могла принять их за чистую монету.
Её взгляд скользнул по лицу молодого мужчины, копне его темных волос, цветом напомнивших ей о горьком шоколаде, вкус которого она теперь не могла ощутить на своих губах, затем прошелся по фигуре. Заметив, что он смущен сложившейся ситуацией не меньше её самой, Николь почувствовала нечто сродни сопереживанию и постаралась взять себя в руки.
-Я вынуждена раз за разом проживать один и тот же день, – сказала она, и в её голосе Рейнер мог прочувствовать несколько оттенков: усталость, злость, отчаяние и лишь маленькая крупица надежды на то, что рано или поздно этот кошмар закончится. – Разве есть что-то еще? Что-то хуже? – вопрос был исключительно риторическим, поскольку только ей был известен ответ на него. – Сомневаюсь.
Волшебница перестала теребить край рукава своей туники и теперь держала пальцы на запястье. Ей хотелось спросить его о чем-то, что позволит пролить свет на происходящее, но в голове было так много мыслей, что сформировать хотя бы один вопрос было непросто.
-Какое сейчас число? – все же спросила Николь. Она хотела понять, сколько прошло времени с момента её «смерти», и что сейчас происходит в мире живых. Еще ей было интересно, что означают его слова: «за последние несколько дней вы стали главным человеком в моей жизни», однако она не стала торопить события, решив дать ему возможность самому все объяснить. Звук чужого голоса, даже если это лишь плод воображения, радовал слух. У неё по-прежнему было желание подойти и прикоснуться к своему гостю, чтобы развеять сомнения, но чувство такта и пресловутый страх, что он тут же исчезнет, не давали ей сдвинуться с места.
В комнате, где они находились, было тусклое освещение от стоявшего на столике торшера, который напоминал те, что частенько мелькали в фильмах 30-х годов. Здесь, как и в настоящем, часы показывали одно и тоже время – поздний вечер, а значит очень скоро петля будет перезапущена и все вернется на круги своя.
Если этот незнакомец, по счастливой случайности (а может быть и далеко не случайно) действительно всего лишь фантазия, мысленно рассуждала Николь, то почему подсознание выбрало для него фамилию Войц?
Сейчас она не хотела верить в то, что готова оставить всякую надежду и обратиться к медиуму (когда рядом никого нет, думать об этом гораздо проще), чтобы тот избавил её душу от вынужденного заключения. Нет, Николь определенно хотела вновь почувствовать вкус жизни. Воспоминания, которые по-прежнему не померкли в сознании, нарисовали перед взором яркие картины: Стоунливский парк летним утром, небольшое, но очень уютное кафе на углу Ройт Стрит в старом городе, университетский городок… ей хотелось вновь ощутить ласкающий ветерок на своем лице, выпить чашку чая и прочитать свежую газету.

Отредактировано Николь Ричи (22.02.2017 21:59)

+2

19

Рейнер с интересом наблюдал за живой мимикой мисс Ричи.  Медиуму, который сам был не склонен к яркому проявлению эмоций, чаще всего приходилось общаться с теми людьми, для кого привычка держать лицо давно и прочно стала второй натурой, а в таком обществе волей неволей учишься за каждым движением ресниц читать скрытый подтекст. Сейчас же, глядя на то, как на лице Николь попеременно сменяются страх, недоверие и скрытая надежда, Войц с улыбкой подумал о том, какое это удовольствие – находиться в обществе столь открытого человека.
- Артур?.. – удивленно переспросил мужчина, в задумчивости проводя ладонью по волосам. – Вы, наверное, имеете в виду моего кузена, Артура Войца. Интересно, где вам удалось с ним познакомиться?
Маг сделал несколько шагов в сторону дивана, с которого так поспешно вскочила мисс Ричи.
- Мне братец, к сожалению, о вас ничего не рассказывал, хотя это на него совершенно не похоже, - возможно, в далеком детстве Рейнер и завидовал словоохотливому и темпераментному старшему кузену, который умудрялся стать душой любой компании за какие-то пять минут, но он уже давно перерос в себе это глупое чувство. Suum cuique – каждому свое.
- Сегодня 11 июля. Как сказал мне ревностно охраняющий вас мистер Мортель, в теперешнем состоянии вы находитесь около полугода, - лицо медиума помрачнело, он буквально кожей ощутил ту горечь, с какой Николь говорила о том, что вынуждена раз за разом проживать один и тот же день. – Замкнутая петля, значит. А я-то еще гадал, каким образом вашей душе не позволили покинуть тело. Не буду врать, что могу понять те чувства, которые пришлось вам испытать, но у меня есть надежда на то, что скоро вы сможете вернуться в реальный мир.
Войц обошел диван с противоположной стороны от Николь и сел на краю, положив рядом с собой раскрытую правую ладонь на тот случай, если несчастная «Спящая Красавица» все-таки захочет убедиться в том, что странный человек, ворвавшийся в мирок, ставший для нее то ли убежищем, то ли тюрьмой, реален, а не является лишь плодом усталой фантазии. Хотя будь Рейнер на месте девушки, он вряд ли бы оценил появление «воображаемого» друга с подобной физиономией.
- Наверное, вам было бы интересно услышать мою историю? – медленно начал маг. – Может быть, я могу обращаться к тебе на «ты»? Просто сегодня я «тыкаю» буквально со всеми. Видишь ли, я, как и мой кузен, медиум, родом из Тезеи. Восьмого числа прилетел в Валенштайн, чтобы навестить младшую сестру: она проходит интернатуру в одной местной больнице. Сбежала из-под надзора родни, и я, в общем-то, ее понимаю: наши отец и мать временами бывают совершенно невыносимы.
На лице Рейнера мелькнула смущенная улыбка, когда он осознал, что на нервной почве начал нести откровенную околесицу.
- Насколько я знаю, семья Ричи принадлежит к Внешнему Кругу. Могу я предположить, что твоя магия сродни моей? К сожалению, чутье мое сегодня работает в неверном режиме, и я не смог сразу распознать в тебе медиума, поэтому делаю вывод по странному интересу, который к тебе проявил вызванный мною дух, - Войц коснулся пальцами ноющего виска. – С первой ночи после моего прилета в этот город меня начали мучить странные кошмары: я оказывался в охваченной пламенем комнате, а когда пытался найти выход, всякий раз сталкивался со странной девушкой, которая не реагировала на мое присутствие. После ночи с десятого на одиннадцатое, в третий раз просмотрев это «зажигательное» представление, я не выдержал, и решил отыскать бедняжку, которой могла грозить столь страшная участь. К сожалению, оказалось, что я опоздал со своими предостережениями. Думаю, не трудно догадаться, что девушкой из моего сна была ты.
Медиум устало перевел дух:
- Поговорив с Домиником, я узнал, что ты неудачно «пообщалась» с каким-то пиромантом, который устроит тебе эти полугодовые «каникулы».
Войц понял, что так и не упомянул в своей речи ни про эпидемию, ни про кордон. Глупо тревожить бедную девушку, к тому же, если умники-ученые смогут в скором будущем найти вакцину от вируса, мисс Ричи о происшествии в Валенштайне знать будет только из новостных хроник.
- Вот именно поэтому я и сказал, что в последнее время ты стала главным человеком в моей жизни.

Отредактировано Рейнер Войц (24.02.2017 23:34)

+3

20

Николь не могла сказать почему при упоминании фамилии Войц она тут же вспомнила Артура, с которым повстречалась совершенно случайно в доме его тетушки Изолды; их общение было непродолжительным, но молодой человек ей запомнился живостью ума и способностью разговорить даже мертвого, как бы иронично это не прозвучало. Вероятно, её мозг просто уцепился за самое яркое воспоминание, связанное с этой семьей.
Перед взором вспыхнула картина их беседы; молодой человек живо рассказывал об ордене, в котором состояла большая часть их благородного рода. Николь была знакома с еще одним человеком, который упоминал о нем. Он также принадлежал к Внешнему кругу. Собственно, именно с него и началось расследование волшебницы (она хотела понять, каким образом её настоящая семья была связана с орденом).
-Полгода? – девушка была явно поражена услышанным. Она с ужасом поняла, что пропустила целую главу своей жизни. Прижав ладонь к свои губам, Николь с изумлением слушала продолжение рассказа, все больше склоняясь к мысли, что мужчина напротив не плод её больного воображения, а живой человек из плоти и крови (во всяком случае, там, на той стороне). Здесь наверняка находилась лишь его астральная проекция, но, надо признать, даже этому волшебница была несказанно рада, поскольку ей безумно не хватало даже просто звука человеческого голоса. Незнакомец (а теперь уже новый знакомый) обладал приятным баритоном. Николь молча слушала его речь и только дважды кивнула головой в знак согласия: первый раз, когда Рейнер предложил перейти на «ты», второй, когда предположил, что она тоже медиум.
Когда он закончил свой рассказ, она все же решила пойти на встречу и робкими шагами приблизилась к дивану, а затем также неторопливо опустилась на мягкую обивку, не выпуская собеседника из поля зрения. В какой-то момент между ними завязался немой диалог. Опустив взгляд на раскрытую ладонь мужчины, волшебница тихо вздыхает и протягивает руку, чтобы прикоснуться к ней, но на мгновение та замирает в воздухе; пальцы сжимаются, будто она раздумывает стоит ли пересекать чужое личное пространство. Этот вопрос читается и во взгляде, когда Николь вновь поднимает на него глаза. Наконец её пальцы опускаются прямо в его ладонь и скользят по коже. Рейнер не исчезает, когда она прикасается к нему и тот восторг, который поднимается из груди, отражается в глубине её глаз.  Волшебница больше не спрашивала себя настоящий ли он.
-Господи, ты не представляешь, как я рада, – выдохнула она, испытывая облегчение от осознания того, что ещё не сошла с ума. – Я думала, что ты… – Николь не закончила свою мысль, но из контекста и так было понятно, о чем речь. – Когда полгода находишься в полном одиночестве, – на её губах появилась мягкая улыбка. – В голову лезут всякие мысли, – волшебница делает паузу и убирает свою руку, чтобы не доставить никому неудобства. Видно, что, не смотря на свою радость, она испытывает некоторые трудности, вызванные долгим пребыванием в вынужденном затворничестве. Непросто пойти на контакт с незнакомым человеком, когда ты людей-то видел в последний раз очень давно.
-Мы с Артуром знакомы недолго, – Николь решила, что теперь ей следует кое-что пояснить, – всего одна встреча в доме фрау Изолды, куда я приходила, чтобы узнать чуть больше о своей настоящей семье, – она взяла паузу, будто раздумывала говорить ли дальше. – Бернхард Ричи воспитывал меня, это правда, но, как оказалось, я была приемным ребенком. Мой биологический отец носил фамилию фон Клемен. В конце осени, кажется, я получила посмертное письмо от своей дальней родственницы. Её звали Валентина. В нём она поведала мне правду. Я приехала в Тезею, чтобы вступить в наследство и остановилась в фамильном особняке, понадеявшись, что там возможно почувствую себя частью этой семьи. Там же я обнаружила фотокарточку, на которой была изображена моя родственница в компании трех джентльменов. На обратной стороне я увидела их имена. Одного из них звали Герберт Войц. Так мы и познакомились с вашим кузеном, – она сложила руки на коленях, пытаясь найти им место. – Я медиум, но узнала об этом только в сентябре того года. Не знаю, что за сила заставила мою настоящую семью отказаться от меня, но Бернхард был хорошим отцом. Я попросила вашу тетушку и кузена не говорить никому о моём визите.
На миг Николь вспомнила тот день, когда оказалась здесь и зажмурила глаза, стараясь отогнать дурное видение. Было видно, что ей тяжело говорить об этом, но она все же начала.
-То, что было уже не важно, – на самом деле волшебница скорее убеждала в этом себя, нежели мужчину, сидевшего напротив. У нее было много времени, чтобы подумать обо всем. Она честно хотела простить пироманта за то, что он сделал, но каждый день проведенный здесь, заставлял её сердце сжиматься от глубокой и горькой обиды, отравляющей разум. Умом Николь понимала, что его вины здесь мало, но все же человек, который заставил её страдать был он, а не кто-то другой (тьма внутри него только усилила те чувства, что рвались на волю). Наверное, отчасти она тоже виновата во многом, но гораздо проще думать об этом в обществе друзей, а не сидя в ином измерении. – Дэниэл был одержим темной силой. Я уверена, что он бы не стал этого делать по собственной воле, – она облизнула губы, и убрав прядь волос за ухо, спросила: – ты сказал, что есть надежда… какая?
Николь не спрашивала про своих друзей, которые остались на той стороне и о судьбе самого пироманта, потому что боялась услышать что-то очень плохое. Переживать эти дни воображая счастливый конец для нее будет гораздо лучше, чем терзать себя виной (возможно даже беспочвенной).

Отредактировано Николь Ричи (25.02.2017 13:57)

+5



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC