Любовники Смерти: Эпоха Перемен

Объявление

Активисты

Вакансии: Превратности судьбы

Вакансии: Отголоски войны

Вакансии: Короли криминального мира

Администратор

Модераторы

Мастера игры

Hogwarts and the Game with the Death= Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Green Woods Zentrum Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



"Святая земля"

Сообщений 41 страница 56 из 56

41

Боль не унималась, но Николь начала уже привыкать к этому неприятному чувство. После того как паника отступила, она смогла трезво мыслить. Наверху по-прежнему был слышен шум и это настораживало девушку. Только сейчас ей пришла в голову мысль, что фантомная рана с боку дает о себе знать, когда дело касается нечистой силы. Быть может, это только совпадение, но волшебница почти перестала верить в них с тех пор, как узнала о своей силе.
Сейчас Николь больше беспокоилась не за себя, а за паладина, который вполне мог находится наверху. С другой стороны, фамильяр наверняка не стал бы стоять в стороне, если его хозяину грозила опасность. Однако она также отдавала себе отчет в том, что Хонорман может приказать тому не звать их. Геройство было у них в крови, не иначе. К тому же, пользы от двух молодых магов действительно немного, но в сложный момент даже их сила могла бы поспособствовать победе. К тому же, они так и не выяснили на что еще способны вместе.
-Хорошо, - отозвалась девушка, когда позади раздался голос младшего Линдберга, - сейчас найду, - и начала выискивать глазами что-то, чем можно было прикрыть портал. Увидев большое покрывало, которым были накрыты старые лавочки, девушка схватила его за край и потянула на себя. В этот момент ее взору открылась часть рисунка, начертанного на полу. Она наклонилась и отодвинула в сторону сундук, чтобы разглядеть его полностью.
-Твоя работа? – поинтересовалась девушка, обернувшись на юношу, однако тот вряд ли бы признал его. От символа исходила негативная энергия, будто кто-то здесь занимался темным колдовством, не иначе.

Отредактировано Николь Ричи (17.02.2016 16:32)

0

42

Отойдя за угол и убедившись, что его никто не видит, Хонорман на секунду опустил землю под своими ногами, оказываясь в только что сотворенном им тоннеле. Клочок сумеречного неба над головой тотчас же скрылся, поскольку всё встало на свои места, и там, где несколько секунд назад стоял воин, теперь была ровная пыльная дорога.
В кромешной темноте не было видно ровным счётом ничего, но магу земли не нужны были глаза, поскольку он ощущал каждую трещинку и каждый камень на полсотни метров вокруг. Прислушиваясь к шагам над головой, он двинулся к жреческой темнице. С каждым шагом тело его наполнялось силой земли, а живая плоть сменялась прочным камнем. Лицо закрыла каменная театральная маска - застывшая, невыразительная личина.
Дойдя до конца тоннеля и оказавшись у самых стен подземного уровня темницы, паладин вытянул руку, прикасаясь к каменной кладке, положенной не им, и прислушался к голосу дара, позволил камню говорить с ним. Попросту говоря, он пытался считать план здания, чтобы определить, куда двигаться дальше и есть ли неподалёку люди. Вламываться в первый попавшийся коридор не хотелось.
Дар рассказал Хонорману о том, что подвальная часть состоит из трех секторов, в каждом из которых как-будто были дополнительные коридоры, но заканчивались они глухими стенами, будто здание перестраивалось. Однако более углубленное изучение опровергнет эту теорию. Так называемые стены были со встроенными механизмами, которые в нужный момент (нужный для кого-то?) отодвигались, открывая путь. На них были начертаны разные символы, от которых ощутимо исходила магия.
В подземных камерах находилось всего шесть человек. Два из которых были недалеко от места, где находился маг Земли, а остальные в другом секторе. Охраны было по пальцами сосчитать. Всего четыре человека, из которых один клирик.
"Никогда нельзя верить рекламным буклетам," - хмыкнул про себя паладин, начав прокладку коридора дальше вдоль подвала тюрьмы к той камере, где находилось всего двое пленников. За час в мире, в котором магия находилась под строжайшим запретом он видел буйство некромантии, странную магию управляющую деревьями, святую магию жрецов и вот теперь какие-то то ли порталы, то ли обереги практически в самом сердце инквизиции. Возможно, местное святое воинство объединило под своим крылом владеющих даром, дабы использовать его для защиты, как делает это Мистицизм, но тогда почему Джона казнят? И вне запрета любая магия? Ответов не было.
В размышлениях приблизившись снаружи к камере, где своего часа дожидалось двое, Хонорман прижался к каменной кладке послушать, что происходит по ту сторону. Попутно он продолжал при помощи дара следить за любыми перемещениями охраны, чтобы не быть застигнутым врасплох.
Заключенные сидели в разных камерах, которые находились напротив друг друга. Один, стоя на коленях, шепотом читал молитву какому-то неизвестному Хонорману божеству, а второй, кажется, спал. Впрочем, у мага был не такой хороший слух, как у носферату, чтобы понять жив ли тот.
Один из стражников стоял на своем посту, перебирая четки в левой руке, словно боясь чего-то, что есть в темноте, не меньше, чем заключенный, который ударился в веру. По полу гулял легкий сквозняк, который просачивался в щели. В подземелье оказалось довольно холодно и сыро, как, впрочем, и в любом другом похожем на него месте.
Молящийся неизвестным богам не вызывал интереса, в отличие от его соседа напротив. Тот вполне мог быть Джоном, что Лекс и решил проверить. Остановившись у наружной стены камеры молчаливого заключенного, паладин осторожно потянул один из камней, составляющих кладку, на себя. Осторожно, чтобы особо не шуметь на фоне набожного бормотания первого узника. Как только камень покинул стену, паладин выглянул в образовавшуюся брешь, чтобы посмотреть, кого же тут держат: человека или мага?
Инквизиция работала на славу: заключенный и правда был магом, но каким-то другим. Что-то в нём походило на магов Деуса, но не давало однозначно определить его как своего. Лекс был уверен, что Джон ничем не будет отличаться от остальных пневматиков, даже за счет своего особенного дара. Ведь Николь и Александр выглядели как совершенно обычные для их мира маги.
Как бы ни хотелось Лексу освободить и этого заключённого, он счёл себя не вправе выдавать себя сейчас и тем самым ставить под удар всю операцию. Впрочем, был ещё один вариант. Циничный, но реализуемый. Перед тем, как вернуть камень из стены на место, паладин зачаровал оковы пленника и штыри в дверных петлях, желая сделать металл хрупким, как весенний лёд. Стоит магу как следует пошевелиться - он будет свободен, а если кто-то попытается открыть дверь, которая должна была делать вид что держится на засове, она рухнет и наверняка наделает немало шума.

К сожалению, а может и к счастью, магия здешней инквизиции оказалась куда сильнее, чем Хонорман мог предположить, потому, когда он попытался воспользоваться силой, та не смогла нанести никакого вреда оковам или же петлям. Пленник же, который все это время лежал лицом к полу, перевернулся и откашлявшись, тихо произнес:
-Я слышу тебя. Кто ты?
Несколько секунд паладин молчал, взвешивая возможные последствия подобной краткой беседы, потом всё же так же негромко ответил:
- Я ищу Джона, его сегодня казнят.
Он ни о чем не спрашивал, это не имело никакого значения. Если пленник поднимет шум, ему скорее всего просто достанется от стражи, поскольку камера пуста, а стены её крепки. Хотя, из этого вышел бы неплохой отвлекающий маневр.
В ответ послышался смешок, который заглушил голос из соседней камеры.
-Тише! – проворчал молящийся, - оно может услышать тебя и прийти!
-Оно никуда и не уходило, - прозвучал сухой ответ, после чего воцарилось короткое молчание, продлившееся недолго.
-Ты не похож на того, кого ждут в этих стенах. Ты слабее, - на губах появилась ухмылка, но в ней не было ни капли радости. – Одному тебе не справиться. Помоги мне, а я помогу тебе.
Предложение было вполне ожидаемое. Только вот паладину оно совершенно не понравилось, потому что не раз он уже слышал подобное из уст тех, кто не заслуживал никаких сделок. Сделки - удел не бедствующих, но ищущих свою выгоду.
"И как только ты такой отзывчивый, способный и зрящий сквозь тьму, камень, плоть и души угодил в оковы?" - с горькой иронией подумал про себя Лекс. Первый благородный порыв поутих, уступая место привычному расчету. Как человек закона, он прекрасно знал, что далеко не каждый томящийся в застенках - невинная овечка, попавшаяся под горячую руку правосудия или фанатиков. Что в данном случае было ближе к истине - было не так важно. Он действительно собирался дать незнакомому магу шанс на свободу, скорее использовав его как отвлекающий маневр, но вот подставлять спину первому встречному - на такой риск Хонорман пойти не мог, хотя информация о том, что тут могут ждать кого-то, приходящего из-под земли и сквозь стены, была занятной. Возможно, если бы маг просто попросил бы его вытащить, Лекс бы не колебался.
- Я не могу тебя освободить. И взять с собою тоже не могу, - абсолютно честно ответил паладин.
-Я угодил сюда случайно, - ответил мужчина, будто услышать то, о чем думал паладин. Он повернул голову в сторону, где тот стоял и добавил, - я от рождения слеп, но вижу и слышу куда больше, чем кто бы то ни было, - и с этими словами закашлялся.
Молящийся в соседней камере стих. Наступила тишина, которую разбавляло только тяжелое дыхание тех, кто находился за решеткой.
-А вот и оно, - только и прошептал колдун, чувствуя вибрацию под своей спиной. В камере напротив, где была слышна не так давно молитва раздался скрежет, точно стальные когти провезли по стене.
- Не мне судить, - тихо прошептал паладин, отступая от стены. Ему следовало спешить. Звук в другой камере пронзительно резанул тишину. Похоже было на то, что молец решил погреметь кандалами, но оба заключенных были уверены в присутствии тут некоего пятого лица. Проверять, чем являлось загадочное "оно" было совершенно некогда. Судя по словам узников, "оно" тут давно, но они всё ещё целы. Возможно, дух, потому что ничьих боле шагов паладин не слышал. Инквизиция в состоянии разобраться.
"Не вмешивайся, если не уверен в последствиях" - сам себе повторил Лекс. Впервые за много лет он столь явно ощутил чужое на себя влияние. Его годами формировавшиеся принципы позволяли ему оставить всё как есть и не лезть в чужой монастырь со своим уставом, дабы не навредить ещё больше, но Николь бы почти наверняка сломя голову бросилась бы спасать всех и вся, и правых, и виноватых, устроив переполох и заварив густую кашу. Эта странная мысль заставила паладина с грустью улыбнуться. Возможно, в двадцать лет он и сам был таким. Он уже не помнил. А теперь Лекс уходил от слепца и набожного пленника по раздвигающемуся перед ним в толще земли узкому коридору. Туда, где томилось ещё четверо. В этом мире он не в своём праве, и не он - закон. Но Джон не принадлежал этому миру, и Джона он отсюда заберёт.

Типа драка, но не драка, в которой пострадали паладинская совесть и инквизиторская гордость

Скрежет резал уши, и стоявший на страже инквизитор обернулся туда, откуда шел звук, покачав головой. Из темноты, на тусклый свет факела, который едва достигал решетки, появились черные когтистые лапы, обхватившие прутья. Затем, показались два маленьких огонька, наполненные ненавистью. Оно пришло, и было явно недовольно. Разорванные вещи валялись в углу, след узника простыл. Его место заняло Чудовище. Он и был этим Чудовищем.
Хонорман пошел дальше, но в какой-то момент его ноги подкосились. Создавалось ощущение, будто воздух стал плотнее, а вес тянул к земле. Виной тому были символы, нарисованные с другой стороны стены.
Накативший приступ дурноты был явно не естественного происхождения. Возможно будь на месте столетнего мага земли в полной броне кто другой, ему пришлось бы совсем туго, но обладатели этого дара всегда славились упорством, силой и выносливостью. Поморщившись, паладин выпрямился и двинулся дальше, словно продираясь сквозь паутину, стараясь как можно быстрее миновать опасный участок пути, не тронув инквизиторских печатей.
Вслед за кожей и мышцы обратились в камень, идти сразу стало легче.
Оставалось выяснить, каков радиус действия этой ловушки и молиться Эвелону, чтобы у следующих камер не было ничего подобного. Иначе вызволение Джона будет проходить чуть более шумно, чем планировалось.
Ловушка не только ослабила паладина, но и дала сигнал тому кто ее ставил. Клирик отвлекся от созерцания пола и устремил свой взор туда, откуда шел маг. Он нахмурился и сложив ладони, начал тереть их, будто готовясь. Вокруг него появился мерцающий свет. Инквизитор, наблюдающий за происходящим, тоже не стал стоять в стороне и достал какой-то предмет из своей одежды.
Служители церкви не двигались, а, к сожалению или к счастью, это с чьей стороны посмотреть, паладин не обладал способностью зреть сквозь стены и продолжил прокладывать свой путь к четырём узникам с упорством буровой установки.
Клирик применил заклинание покаяния, воззвав ко всем дурным деяниям, что когда-либо совершил паладин, и обрушив на него угрызения совести. Очень темные существа при таком ударе падали на землю и начинали слышать звон колоколов и хоралы.
Тёмным Лекс не был, но когда во тьме вокруг него засверкали вспышки, он понял, что дело плохо. Недавно к нему вернулись сны о войне, но сны - снами, а сейчас он видел всё как будто наяву. Крики и хруст ломающихся костей, остекленевшие глаза. Убей или умри и дай погибнуть другим. Зверь, живущий глубоко внутри, и которого потом он видел лишь в зрачках брата, худший из возможных кошмаров. Первый в череде не прощёных самому себе ошибок. Хонорман остановился, оперевшись на стену, широко распахнув глаза под каменной маской и хватая ртом воздух, которого внезапно стало не хватать. Не будь он в боевой форме, наверняка бы уже обливался холодным потом, но каменная плоть была равнодушна ко всему, возможно это его и спасло. Это и то, что в отличие от большинства тёмных ощущение удушающей вины было ему совершенно не в новинку. Много лет Хонорман просыпался от этих кошмаров, пока в конце концов не принял всё как есть, не научился с этим жить, и лишь тогда они ушли. Несколько мучительных, казавшихся бесконечными секунд ушло на то, чтобы тонкий звон в ушах, словно при контузии, растворился в тишине камня.
Медленно, словно не до конца доверяя собственным ощущениям, он снова выпрямился и повернул голову в сторону стоящих по ту сторону стен церковника и воина. Местная святая магия была очень похожа на магию света его родного мира, и теперь Лекс был только рад, что ему не доводилось ранее почувствовать на себе эту её сторону. Как правило рыцарей и паладинов лишь подбадривали, воодушевляли и благословляли.
Его явно заметили, но паладин понятия не имел, что предпримут эти двое поняв, что их атака не увенчалась успехом. Он осторожно сделал шаг в прежнем направлении, тем временем, как внимание его было обращено к каменному полу под ногами его незримых противников. Как во время дуэли, он предпочитал держать противника под ударом в ожидании отмашки к действию.
Священнослужитель не стал останавливаться на достигнутом. Он сделал еще один выпад, обрушив на мага еще одну волну покаяния, но с еще большей силой и рвением.
- Шанс я вам дал, - нет, Лекс не собирался никого убивать, ему вообще не так часто доводилось убивать, лишь когда это было по-настоящему необходимо. Зато прекрасно использовал свои способности боевого мага для того, чтобы контролировать противника. Участок камня под ногами инквизиторов был в его власти.
Собрав всю волю в кулак, чтобы не слышать голосов, кричащих, рыдающих, обвиняющих, клянущих, осуждающих, он сосредоточился на этом квадрате камня, чтобы в следующее мгновение он раскрыл свои крепкие объятия стоящим на нём людям, расступился и сомкнулся, утопил в себе, оставив лишь возможность дышать, не круша, как было в лесу при сражении с нежитью, но надёжно фиксируя и не давая шевельнуться обоим. Потом справный мастеровой наверняка сможет их освободить. Потом. А пока Лекс сконцентрировался на этом действии, преодолевая очередной всепожирающий приступ от того, что в хоре звучащих в голове голосов он вдруг отчетливо различил материнское "Почему ты так поступил?"
Хонорману удалось выстоять против покаяния, вероятно потому что на его совести не так уж и много пустых и трагичных смертей. Как правило он выполнял свой долг, а не убивал бесцельно или ради забавы.
Когда камень сковал священнослужителя, он начал читать молитву, призывая на помощь крылатое существо отдаленно напоминающее ангела. Оно было скорее похоже на призрака, чем на существо с плотью. Именно поэтому паладин не смог бы заковать его также, как и самого клирика. Тот, к слову, будто вошел в транс, опустив свою голову на грудь. Инквизитору же оставалось только сыпать проклятьями и пытаться высвободиться.
Упорство местного святого воинства было оценено весьма высоко, но увы, иногда подобное рвение бывает совершенно неуместным. Завершил "обезвреживание" охраны пара коротких, четких ударов округлого камня, возникшего прямо из воздуха позади инквизиторов, им по затылкам: сперва магу, потом воину - надежный и отработанный приём. Нет сознания - нет проблем. Лекс старался обойтись минимальными для них же потерями, в конце-концов этим ребятам ещё охотиться за тем, что оживляет мёртвых в лесу, а Хонорману нужно лишь забрать одного-единственного узника.

Перед тем, как клирик ушел в забытье, ангелоподобное существо успело ударить Хонормана светом.
Создание света непостижимым образом совершило то, что удавалось далеко не многим пожирателям силы - полностью выбило Хонормана из каменной формы. Руки и ноги, мгновенно преобразовавшись в живую плоть, ощутимо заныли, как после долгих тренировок, однако двигаться это не мешало. Едва призванное клириком существо сгинуло, паладин почувствовал, что силы постепенно возвращаются, но вместо широкой полноводной реки это был лишь тонкий ручеёк, с трудом пробивавший себе путь. Должно было пройти время, чтобы всё вернулось, а времени у него как раз и не было. Тем более он уже изрядно нашумел, и надеяться на то, что его не заметят - было опрометчиво. Инквизиторы, как оказалось, ни в чем не уступали всевидящему слепцу, и прекрасно сумели выцепить его даже сквозь стену. Дальше идти тем же путём было не менее опасно, и Лекс шагнул сквозь расступившуюся стену в коридор, где замуровал клирика и инквизитора.
Мановением руки он позволил камню отпустить уже бесчувственные тела, подняв их на поверхность и оставив на них лишь каменные колодки, а сам зашагал по коридору дальше к камерам, стараясь ступать как можно тише и используя силу, чтобы засечь любые шаги в радиусе полусотни метров. Ему не хотелось за очередным поворотом наткнуться на стражу.

Пройти пришлось несколько извилистых коридоров, в которых без силы можно было легко заблудиться. У камер, где держали четверых заключенных, дежурил последний инквизитор. Широкоплечий, высокий блондин, который судя по всему не слышал того, что происходило за толстыми стенами.
Осторожно выглянув из-за угла, паладин решил на сей раз не заморачиваться и обезвредить последнего стража так же, как пришлось обойтись с предыдущими двумя. Обычный некрупный камень размером с кулак возник над теменем инквизитора, и в тот же миг последовал удар, который должен был лишить блондина сознания на четверть часа.

Отредактировано Лекс Хонорман (04.02.2016 23:15)

+1

43

http://savepic.ru/8560307.png

http://savepic.ru/8535728.png

[float=left]http://virtus.rolka.su/uploads/000e/9c/74/1027-3.png[/float] ту минуту, когда Хонорман приближался к заветной цели, клирики и инквизиторы были заняты отнюдь не самым приятным делом, именно поэтому не обратили внимание на происходящее в подземелье тюрьмы. Их силы были брошены на пляску смерти, разыгравшуюся на местном кладбище. Покойники поднялись из своих могил и устроили настоящее «веселье». Именно оно вызвало тряску земли, и фантомную боль в боку волшебницы.
Все это было отвлекающим маневром. Пока стражи правопорядка решали эту проблему, в застенках каземат, кое-кто освобождал тварей, чтобы прибавить им хлопот. Дверь, где сидело «Оно» отворилась, и «Оно» выбралось на волю. Двухметровое чудище с головой буйвола покинуло место своего заключения и издало утробный звук, который пронесся по всему подземелью, сотрясая стены.
Рука из тени же потянулась к замку на другой решетке.
-Добро пожаловать в Ахран. Мы вас ждали, - сказал слепец, поднимая свои кости с холодного пола. Кандалы на его руках и ногах лопнули и освободившись от них, он облегченно вздохнул.
-Набирайся сил, - сказал грубый басистый голос, - и помоги мне, как я помог тебе.
Иеримей мотнул головой. Его народ не любил оставаться в долгу, и колдун знал, что тот не сгинет бесследно. Сначала заплатит за свое освобождение, чтобы не быть ничем обязанным. Особенно такому, как он.
-Кто здесь? – почувствовав приближение паладина, спросил один из заключенных, подобравшись ближе к решетки. Он водил длинным носом, словно собака, пытаясь распознать запахи. Тот, кто пришел сюда обладал магией, это темный почувствовал сразу, однако она не была похожа на ту, что он знал.
Джон находился в дальней камере и подскочил на кровати, когда услышал рев «Оно». Молодой человек был истощен, а потому выглядел очень плохо: впалые щеки с синеватым оттенком, тонкие обезвоженные губы, глаза, привыкшие к мраку.
Фамильяр, наблюдавший за пляской смерти со стороны, передал Хонорману послание, разъяснив обстановку.

0

44

- Проклятье! - выругался Хонорман на ляфирском, когда на полпути к оставшимся без охраны камерам перед его внутренним взором предстала картина творящегося на кладбище безобразия. То, что они видели в лесу было, похоже, только репетицией.
"Проследи, чтобы Николь и Александр оставались в безопасности. Любой ценой. Если станет совсем скверно - забирайте Николь и уходите без меня. Это не обсуждается. Меня выведет Джон. Я его нашел, мы в порядке," - отдал паладин приказ, направляясь к камере, в которой сидел щуплый юноша, который по счастью не мог паладину ничем возразить. Аура его позволяла однозначно сказать - он был из родного мира Хонормана.
- Джон? - паладин приблизился к камере, чтобы тот мог его увидеть. - Меня прислал Алекс Линдберг, и я тебя забираю, идти можешь? У нас нет времени.
Без брони было скверно, тело всё ещё не отзывалось камню, но стены темницы были послушны старому магу. Резким движением руки он перенёс стену, отделявшую его от Джона, себе за спину, перекрывая коридор от того, что спустили с поводка позади, и потратил ещё несколько секунд на то, чтобы стена эта стала шире и прочнее. Дрожь земли под ногами нервировала, но с такого расстояния как-то воздействовать на творящееся на погосте было сложно. Что ж, по крайней мере это сыграло им на руку и отвлекло всю стражу.
Скептически окинув взглядом едва стоящего на ногах юношу, Лекс покачал головой, выдрал сковывающие его цепи из стены, и закинул уже бывшего узника себе на плечо. Легче позаботиться о безопасности того, что является практически частью тебя, нежели следить за тем, кто в любой момент может если не попасть под чужой удар, так запнуться и упасть самостоятельно. Возражения самого пленника на этот счёт во внимание не принимались.
Учитывая творящийся в городе хаос и происходящее в темницах позади, можно было уже не стесняться применять магию, по крайней мере для того, чтобы внешняя стена камеры Джона раздалась перед Лексом, а землю за ней пробил точно такой же неширокий коридор, каким паладин пришёл в подземелье инквизиции.

Отредактировано Лекс Хонорман (16.02.2016 14:14)

+1

45

Александр наспех дописал знаки и накинул на зеркало покрывало, которое ему передала Николь, поблагодарив её коротким кивком. Выглядело всё равно довольно подозрительно, поэтому всю эту конструкцию он задвинул за один из деревянных ящиков. По крайней мере, так она не привлечёт внимание сразу. Теперь, когда дело было сделано, можно было побеспокоиться и о том, что надвигалось - а Александр был уверен, что та сила, которая сейчас бушевала снаружи, непременно доберётся до них - даже при том, что ей наверняка нет дела до них. Происходило что-то жуткое и масштабное, и вряд ли кто-то вообще мог бы его избежать.
- Николь, а всё-таки, что произошло? - спросил он. - Ты вскрикнула, тебе было больно - это связано с тем, что творится снаружи? Ты знаешь хоть немного о том, что это?
Он спрашивал сухо и деловито, хотя его заботил далеко не только исход их предприятия - нет, он искренне беспокоился о Николь, но почему-то больше эмпатии по отношению к ней проявить не получалось. Может, дело было в том, что нужно было скорее соображать и действовать, может, во взгляде девушки, который останавливал его: не время, не надо, я могу о себе позаботиться.
Пока он был сосредоточен на создании портала, он довольно смутно чувствовал то, что происходило вокруг - было ясно, что зашевелилась какая-то тёмная магия, но он не мог прислушаться, чтобы понять, что именно происходит. Но теперь, когда он смог сосредоточиться и ощутить, какая орда пробудилась наверху, у него неприятно ёкнуло в груди.
- Похоже, это такие же мертвецы, как те, с которыми мы сражались, - проговорил он, хотя это было и не нужно - Николь наверняка почувствовала это и сама. - Нужно проверить, как там Амин.
Конечно, оставаться в погребе и не подавать вообще никаких признаков жизни - никого не призывать, не пользоваться магией, не шуметь и желательно не дышать - было самым безопасным в их ситуации. Но фамильяр мог не иметь возможности предупредить магов об опасности - вдруг на него неожиданно напали? - или же промолчать нарочно, чтобы те не покидали убежища.
- Вот что, Николь, ты останься рядом с порталом, а я выйду ненадолго к Амину, - решил Александр. - Если будет нужно, призовём духов на защиту, если нас ещё не заметили - заляжем тихо и подождём, пока Лекс не придёт к нам.
Он хотел прибавить "или не позовёт на выручку", но вовремя прикусил язык - Николь и так была страшно взволнована и не на шутку тревожилась за дедушку, да и сама понимала, что помощь ему может понадобиться.

+1

46

http://uploads.ru/i/H/E/S/HESv9.png

[float=left]http://virtus.rolka.su/uploads/000e/9c/74/1029-5.png[/float]ставив девушку в погребе, маг поднялся наверх. Все это время, фамильяр не предпринимал никаких действий, потому как на дом никто не нападал. Он смотрел со стороны, как беснуется орда нежити. Святой официум дал им достойный отпор, но сил клириков не хватало на всех, потому вскоре в их рядах появились первые потери.
Тем временем, паладин смог взгромоздить истощённого мага к себе на плечо и пробить дыру в стене. Когда они уходили, позади были слышны грохот и шум, рушащейся каменной кладки. Кажется, кто-то пробивал себе путь кулаками. И этим кем-то было Оно. Темного же не останавливали стены. Он мог ходить сквозь них, и испытывал дискомфорт лишь перед символами, что были начертаны порошком белладонны. Однако паладин не мог этого знать.
На улицах города между тем творился ужас. Сотня мертвецов, а то и больше, плясали свой страшный танец, пытаясь увлечь мирных жителей с собой под землю. Они были не единственными, кто пришел сюда по зову темной магии. Призраки. Десятки невидимых существ, чьи лица были обезображены до неузнаваемости, рвали своими длинными когтями плоть тех, кто не мог дать им отпор, и насыщались их кровью.
-Оставайтесь внизу, - обращаясь к Линдбергу, сказал Амин, выполняя приказ хозяина. - Здесь может быть не безопасно. Вам велено уходить, если они доберутся сюда.

http://savepic.ru/6166300.png

Хонорман получил послание от Амина. Фамильяр сообщил, где они сейчас находятся и спросил не нужно ли подмога

0

47

Николь так и не получила ответ на свой вопрос. Вместо этого Александр, который был сосредоточен на создании портала задал встречный вопрос, который заставил её поморщиться. Она и сама толком не понимала, что происходит, но имела некоторые догадки. Однако волшебница не стала делиться ими с магом.
-Не знаю, просто прихватило, наверное, - отозвалась Николь, после чего принялась помогать молодому человеку. Когда они закончили, он сказал, что подниматься наверх, чтобы посмотреть, как там дела и велел ей оставаться рядом с порталом.
Подобная перспектива не особо обрадовала волшебницу, но она не стала возражать. Прикрыв за Александром дверь, Николь начала ходить по комнате, меряя ее шагами. Сейчас ей было совсем не стыдно признаться себе в том, что она боится.
Вновь зацепившись взглядом за темный символ, нарисованный на полу, Ричи замерла. Она не знала, что с этим делать, а единственный человек, который мог дать хоть какой-то совет, сейчас был наверху. Быть может, следует стереть краешек, чтобы нарушить его целостность? А вдруг это какая-то ловушка? Почему символ, от которого веет тьмой начертан в доме... лесоруба? Неужто он промышляет черной магией? К горлу девушки подступил ком при мысли, что сейчас они были в доме того самого колдуна, которого разыскивает инквизиция.
-Александр! – крикнула волшебница, - Александр, нам нужно поговорить! – она начала искать какую-нибудь тряпку, чтобы стереть символ. Трогать его руками ей совершенно не хотелось.

Отредактировано Николь Ричи (17.02.2016 23:35)

0

48

[NIC]Гофрид фон Клемен[/NIC][STA]Пневматик[/STA][AVA]http://savepic.ru/8709888.png[/AVA]

Тем временем, темный маг покинул подвал тюрьмы и поднявшись на поверхность, начал рыться в ветках, под которыми был начертан символ в точности такой же какой был в доме лесника. Шум битвы его нисколько не смущал. Он знал, что как только отыщет его, все останется позади. К сожалению, ему не удалось добраться до путешественника, но сейчас важнее было убраться от этого здания куда подальше. Амулет, что висел на шее у мужчины, начал постепенно вибрировать, лишая его сил. Пришлось избавиться от него. Перед тем, как уйти, колдун отправил одну из темных следом за чужеземцем. Пусть узнает, куда тот увел его добычу.
Встав в центр символа, начертанного кровью на земле, чернокнижник произнес слова заклятья и исчез на глазах у инквизитора, подоспевшего слишком поздно. Его световой столб поразил стену и лишь слегка ранил темного в плечо.
Тот в мгновение ока переместился в подвал домика, где дал волю своему гневу.
-Аррр, - прорычал мужчина, избавляясь от своего дымящегося плаща. Перед Николь стоял высокий темноволосый человек со светло-серыми глазами. Точно такими, как у ее отца. Их взгляды встретились. У него был довольно высокий рост и крепкое телосложение. Из плеча медленно сочилась кровь. Она в миг испачкала его белую рубашку, однако сейчас он почти не ощущал боли. Прежде Гофрид видел свою дочь лишь издалека и в видениях, а теперь мог лицезреть ее воочию. К добру ли только?
Удивление отразилось на его побледневшем лице, как и испуг. Чего же испугался темный? Это, пожалуй, останется для нее загадкой еще очень на долгое время, а выражение его лица станет преследовать ее во снах.
-Ты должна уходить, Николь, - сказал он, покинув круг. – Сейчас же. Уходи, пока не поздно, - мужчина протянул к ней свою руку, но в этот момент рана дала о себе знать, и ему удалось только процедить сквозь зубы, - тебе здесь не место.

0

49

Происходящее на поверхности не имело никакого видимого смысла. Просто бойня. И она никак не согласовалась с той казнью в можно сказать привычной для церковников обстановке, что видели Александр и Николь. Означало ли это, что придя сюда, они изменили будущее, или же что видения их были ложными - открытый вопрос, который Хонорман решил отложить до возвращения домой. Сейчас самое главное для паладина было вывести свой отряд, если это можно было так называть, из этого кромешного ада.
Тем временем, Амин доложил, что Александр покинул убежище, на что Лекс довольно резко приказал всем вернуться в укрытие и не высовываться, что бы ни происходило. Он прибудет с минуты на минуту.
Дрожание стен и земли за спиной Лексу совершенно не нравилось: что бы не пробивалось следом за ними, ему явно было бы некомфортно в узком коридоре, но ему доставало сил, чтобы данное неудобство не особо его замедляло. По крайней мере человеком это точно не было, и паладин не жаждал встречаться с ним теперь, когда у него на плече висел без сил замученный пленник. Кулак Хонормана в крепкой перчатке впечатался в стену тоннеля, которым они уходили, земля позади него выгнулась дугой и с тяжелым грохотом сомкнулась. Там где только что был проход, больше ничего не было, как и прежде, и если кто-то и последовал за ними по их пути, теперь он наверняка был погребён под многими метрами сырой земли, которая, как и чистилище, принимала всех, не брезгуя ни тёмными, ни светлыми.
Следующий удар пробил из коридора наверх, на поверхность, узкую отдушину, больше напоминающую кротовую нору, чтобы обеспечить приток воздуха. Подниматься на улицы деревеньки самому Хонорману было нельзя. Во-первых, слишком велика была вероятность, что пара выползших из-под земли чужаков будет принята за нежить, а во-вторых, когда инквизиция распознает в нём мага, а в Джоне - их осужденного на смерть узника, прольётся кровь. Ни убивать, ни быть убитым Лекс сегодня не собирался. Это спасательная операция, а не война. Хотя и на войну это не уже не походило, скорее на бойню. Удивляло только, как это прежде святому воинству удавалось держать всё под контролем, тем более, что те, с кем старому магу довелось столкнуться, по силе ни в чем не уступали ему, а он был мастером первой ступени.

+1

50

Николь не могла поверить своим глазам. Сначала она испугалась материализовавшейся в центре символа фигуры и собиралась атаковать незваного гостя первым, что попалось ей под руки, но затем обескураженно замерла, уставившись на него. Волшебница видела перед собой человека в точности похожего на родного отца. Она знала это наверняка, потому как долго рассматривала фотографии с его изображением. Время легло на лицо мужчины, оставив едва заметные морщины и сделав его менее жизнерадостным. Однако это был по-прежнему он – Гофрид фон Клемен.
В голову волшебницы пришла мысль, что это лишь маска. Но она быстро развеялась, когда темный назвал ее по имени. Сделав шаг назад прежде чем он успел схватить ее руку, Ричи сказала:
-Не трогай меня, - голос девушки дрогнул. Она не знала, как следует поступить в такой ситуации и была растеряна. Внутреннее чутье подсказывало ей, что здесь никому нельзя доверять, кроме себя. Однако не лукавя перед собой, Николь признала, что хотела бы увидеть его так, живым и здоровым.
Взгляд ее скользнул на плечо мужчины, с уст сорвались словами:
-Рана. Ты ранен, - однако помогать ему она не собиралась. Риск, что это тот самый темный маг, о котором говорили, был слишком высок. Быть может, ему как-то удалось узнать ее прошлое? Это слишком натянутая версия, но ничего путного в данной ситуации прийти в голову и не могло.
-Кто ты, черт бы тебя побрал?! – закричала девушка, положив руку на медальон, который начал сиять в тусклом свете подвального помещения. – Что тебе нужно здесь?
Возможно, следовало атаковать его или позвать на помощь пока не поздно, но в данный момент Николь не могла похвастаться находчивостью. Вот так легко можно было выбить почву из-под ног любого чародея; показать ему самые большие страхи или, напротив, желания.

0

51

Александр вздохнул с облегчением - по крайней мере, охранять подступы к их убежищу пока не было нужно. Он кивнул Амину и, развернувшись, поспешил обратно в погреб. Сейчас он почувствовал укол стыда за малодушное желание убедиться, что опасности точно-точно нет - хотя это и вселяло некоторую уверенность.
- Николь, вход в безопа... - выпалил он, возвращаясь в убежище. Зрелище, которое ему открылось, заставило юношу поперхнуться. Перед Николь, около магического круга, стоял неизвестный мужчина, в котором Александр почувствовал тёмную магию. Сцена была совершенно недвусмысленная. Перед ним был тёмный маг, пришедший, судя по всему, через портал, наверняка стоявший за происходящим в городе, он был в опасной близости от Николь, времени действовать - и размышлять - не было, поэтому юноша бездумно, в слепом испуге и ярости ринулся на мага, толкнул его обеими руками, сам пошатнувшись и едва удержав равновесие. Его учили: если не успеваешь противопоставить магу собственное заклятье, нарушь его концентрацию толчком, ударом, криком - чем угодно, чтобы помешать ему сотворить заклинание. Что Александр и сделал почти по наитию. В следующую секунду он замер, пристально глядя на неизвестного и дыша от напряжения тяжело, как после долгого бега. Он заметил, что тот держится за окровавленное плечо и, кажется, не проявляет агрессии. Линдберг вновь устыдился.
- Кто вы? - спросил Александр. - Это, - он указал наверх, где шёл бой, - Вы в этом замешаны?
Он сделал шаг в сторону, инстинктивно защищая собой Николь, хоть сам дрожал от страха. А ещё, кажется, он очень зря напал на этого мага - тот, похоже, не собирался причинять им вреда. Но не изменит ли он теперь своих намерений? Юноша уже готовился призвать на помощь духа в случае чего - теперь уже прятаться не было смысла, если инквизиторы действительно умеют обнаруживать магию, то над этим погребом только таблички "Мы здесь!" не хватает.
- Так что вам нужно здесь? - снова обратился к магу Александр. - Николь, он ничего тебе не сделал?

+1

52

[NIC]Гофрид фон Клемен[/NIC][STA]Пневматик[/STA][AVA]http://savepic.ru/8709888.png[/AVA]

Чародей был не меньше девушки удивлен этой встрече. Много раз, как и она, он прокручивал в голове семейное воссоединение, но судьба была зла и любила жестокие шутки – в этом ему довелось убедиться чуть больше двадцати лет тому назад. Что ж, кажется, злодейка решила еще раз посмеяться над ним, столкнув с дочерью. Гофрид знал, что рано или поздно, она унаследует способности и сможет перейти грань между мирами, но рассчитывал увидеть ее в более старшем возрасте. На миг в помещении воцарилась тишина. Мужчина слышал биение собственного сердца и чувствовал, как теряя время лишается и своих сил.
-Николь, я твой отец, - наконец-то произнес фон Клемен, но слова эти получились у него не такими, какими он желал их услышать. За дверью послышались шаги, но маг не успел подумать о том, чтобы помешать тем, кто сюда спускался, и упустил момент, позволив себя атаковать.
Шум наверху начал стихать. Инквизиция брала верх, им удалось загнать добрую половину тварей обратно в могилу, но бой продолжался. Тем временем, оно, которое смогло пройти через все преграды, попадавшиеся у него на пути, было погребено под землей, когда паладин обрушил часть подземного хода за собой.
Доберман спускался следом за Александром, и также неприятно был удивлен неожиданным соседством внучки хозяина с тёмным магом. В атаку они с Линдбергом ринулись почти одновременно, разве что у шедшего впереди мага была толика преимущества, которая возможно и спасла горло тёмного от знакомства с зубами фамильяра. Когда Александр оттолкнул Годфрида, Амин вклинился между ними, отгораживая тех, кого ему велено было охранять, от угрозы, и в отличие от Линдберга угрызениями совести он не мучался, готовый к новой атаке. Удерживала его только прямая связь с хозяином, который не меньше внучки опешил, увидев, кто перед ними. Гофрид признал фамильяра. Он ощерился так, будто собирался вот-вот напасть, и темный посчитал нужным обезопасить себя, призвав Стражей загробного мира. Две темные воплотились между ним и духом помощником.
-Я просто уйду, и никто не пострадает, - сказал фон Клемен, прижимая руку к ране. – Когда я покину это место, они исчезнут следом за мной, но до тех пор советую вам не делать глупостей, - он посмотрел на свою дочь и отступил на шаг к печати.

+1

53

Девушка не успела ничего сказать или сделать, а вот Александр и фамильяр деда не стали даже разбираться в происходящем. Они ринулись в бой, когда увидели фигуру незнакомца, источающую темную энергию. Николь знала, что если бы он хотел убить ее, то сделал бы это еще в самом начале. Она оставалась наедине с ним не больше минуты, но и этого сполна бы хватило, чтобы одна из тех тварей, что он призвал, вырвала ей сердце. Линдберг не слышал в чем признался темный, потому так и остался в неведении о том, на кого только что напал.   
Николь провожала отца взглядом, ощущая, как теряет связь с временем и пространством. Все происходящее казалось ей нереальным. В душе она боролась с желанием остановить его и спросить: «Почему?», но что-то остановило её. Вероятно, это был здравый смысл.
Когда фигура мужчины исчезла в мерцающей красноватом свете, она почувствовала, что ноги подкашиваются и оперлась на какой-то выступ рукой. Стражи испарились спустя несколько мгновений, развеявшись в пространстве, словно тени.
Николь не знала, как быть с тем, что теперь ей было известно. Сложно было разобраться в своих чувствах. Все прочие проблемы как-то сразу отошли на второй план. Она вспомнила о своей записи в книге судеб и почувствовала острый укол в сердце. Почувствовав, как на нее смотрит Александр, волшебница сказала:
-Со мной все в порядке. Это просто переутомление.
Ничего умнее ей в голову не пришло, да и вряд ли могло бы.

0

54

http://uploads.ru/i/H/E/S/HESv9.png

[float=left]http://virtus.rolka.su/uploads/000e/9c/74/1029-3.png[/float]ужчина пересек круг и его буквально швырнуло на сырую землю, когда он вылетел из ствола огромного дуба, на котором был изображен точно такой же символ, что и в погребе домика лесника. Пару недель назад он убил этого старца и занял его место, чтобы следить за работой инквизиции. Вряд ли кто-то мог заподозрить в балагуре-пьянчуге, опасного темного чародея. Это было прекрасное прикрытие. Если бы только он знал, что сын этого самого прохиндея был проводником. Все могло бы сложиться совсем по-другому.
Гофрид потерял много крови, но уверенно поднялся и направился в сторону озера, над которым еще стелился туман. Мысли мага сейчас были далеки от этого места, однако жажда жизни толкала его вперед, как и всегда.
Опустившись на колени, он зачерпнул воду в ладонь и оголив плечо, намочил кровоточащую рану. Перед глазами все плыло. Воды озера сделали свое дело, исцелив тело, но они не могли восстановить силы. Фон Клемен добрался до высокой осины и рухнул рядом с ней, прикрыв глаза.

http://savepic.ru/6166300.png

Прошло пять минут после того как темный растворился в красном тумане. Все это время волшебница почти не разговаривала, и отвечала на любые вопросы коротким – да, нет, не знаю. Когда паладин вернулся и принес драгоценную ношу, девушка смогла узнать у атитланца, что именно кандалы держат его сознание здесь. Оставалось только разбить их, и он сможет вернуться в мир, из которого пришел.

0

55

Совершенно неслучайно выход из подземного коридора Лекс пробил в подвал в том самом месте, где на полу была тёмная печать. Едва только его силы достигли её, письмена треснули и провалились в круглый колодец. Не хватало только, чтобы тот, кто ушел в портал, вернулся через него. На счет фон Клемена паладин иллюзий не испытывал. Был ли он настоящим, или же это был всего лишь двойник, как у остальных путешествующих по мирам, не имело значения. Тьма поглотила его, и прямым свидетельством тому было творящееся наверху безумие. Не ожидавшая столь мощной атаки инквизиция сперва замешкалась, но быстро сплотила ряды и дала отпор нашествию нежити. С уходом тёмного мага весы окончательно склонились на сторону святого воинства и сомневаться в том, что именно оно одержит победу, не приходилось. Только вот вкус этой победы ощутимо отдавал кровью и тленом. Многие невинные погибли. И за что? Ради чего было всё это? Ответа не было, а единственный кто мог его дать ушёл. Правда, Лекс уже не был уверен, что ответ имел хоть какое-то значение, что ему полегчало бы, если бы он услышал его прежде, чем убил бы Годфрида фон Клемена. А после того, что он видел наверху, он был готов сделать это без раздумий, и растерянное лицо Николь лишь укрепляло в нём это желание - желание оградить её от тех же ошибок, что допустил когда-то он, дабы ей в отличие от него не пришлось корить себя за них всю оставшуюся жизнь.
Спрашивать в порядке ли она было бесполезно, он и сам видел, что не в порядке, поэтому просто помог внучке подняться и предоставил пленника её способностям, вернее, способностям вместилища, в то время как сам замуровал подвал, чтобы обыскивающие окрестности инквизиторы не достали их прежде, чем они уйдут.
Николь окликнула его и попросила снять с Джона кандалы. Помня о том, что в тюрьме сходу это сделать не удалось, Хонорман потратил некоторое время выискивая слабое место в зачарованном металле (то, что на оковы наложены не только мешающие перемещению чары, уже не вызывало сомнения).
- Пожалуй, мне стоило внимательнее слушать твою бабушку, возможно, не пришлось бы столько возиться, - пробормотал Лекс, осматривая артефакт. - Как думаешь, можно забрать их с собой? Клэри было бы интересно взглянуть.
Крап! Цельнометаллические кольца распались в ладонях паладина на две половины, освобождая руки бывшего пленника.

+1

56

http://uploads.ru/i/H/E/S/HESv9.png

[float=left]http://virtus.rolka.su/uploads/000e/9c/74/1030-1.png[/float]оняв, что именно кандалы держали путешественника в этом мире, наши герои разрушили заклятье и освободили его. К сожалению, помочь самому проводнику они были не в силах. Взять и вырвать бедолагу из привычной среды обитания, было слишком опасным и непредсказуемым шагом. Никто на него не решился. Молодого человека оставили в домике лесника. Им хотелось надеяться на то, что поняв, что он больше не одержим, инквизиция не возьмет на себя тяжкий грех.
В тот день Жрица проснулась у себя в кровати и ощутила, как по лбу стекают холодные капли пота. Она помнила все, что приключилось, но будто видела это во сне, а не наяву. Лесоруб очнулся на опушке леса, куда ушел два дня назад.

http://savepic.ru/6166300.png

А наши путешественники вернулись в тоже место, откуда и пришли. Там их ждал другой сюрприз.

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC