http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/16663.css
http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/48935.css

Любовники Смерти: Эпоха Перемен

Объявление

Погода и время:

5-18 сентября 2006 год. + 18 * днем и + 14* ночью. Утром ветрено без осадков. Днем кратковременные дожди, к вечеру небо вновь прояснится.
Подробный прогноз

Участвуйте в новом конкурсе: Ролевой гигант [август](05.08.18).

Участвуйте в новом конкурсе: Твой супергерой!(27.07.18).

Новая сюжетная ветка: Старое проклятье. Читай и наслаждайся! (15.07.18).

Новый выпуск журнала: ROLE-BASED life. Читай и наслаждайся! (08.07.18).

Новый упрощенный прием: Волшебная акция(30.06.18).

Открыты новые конкурсы: Ролевой гигант, Музыкальные ассоциации (30.06.18).

Вторая партия удалена (30.06.18).

Ознакомьтесь с Новостями форума (16.06.18).

Очередная проверка связи (05.06.18), отметьтесь до 10.06.18!

Не знаешь с кем поиграть? Жми на список персонажей (27.05.18)!

Новые вакансии уже ждут (19.05.18) тебя!

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Активисты

Админо-модераторский состав


Hogwarts and the Game with the Death= Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Green Woods Дом ЗабвенияВ шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия Zentrum Зефир, помощь ролевым Gates of FATEHouse of Cards

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » Линии судьбы » Ты - мне, я - тебе


Ты - мне, я - тебе

Сообщений 41 страница 57 из 57

41

Темнота. Заполняющая все вокруг, затягивающая и всеобъемлющая. Это не кошмары Гедеоса. Здесь он — лишь зритель. По крайней мере таковы законы бытия. Сон каждого человека, вампира, да вообще любого живого существа, принадлежат только ему. Однако вряд ли магистра устроит такое пассивное состояние.  Эта тьма проходит сквозь него, не причиняя никакого вреда, потому что он сам — тьма, он сам — кошмар и он же — свет в этом кошмаре. Но только до света не каждому суждено добраться, не преодолев всего пути.
Гедеос мысленно проводит рукой, и, повинуясь его движениям, перед парнем из тьмы начинают вылезать отрывки его прошлого, будто кто-то включил проектор и показывает эти снимки. Но только здесь нет возможности эти кадры остановить. Мало того, герои этих снимков покидают экран. И вот пространство заполняется запахами. Аромат матери, какой-то женщины, которую скорее всего Гэюбриэл даже и не помнит.  Сотни лиц, приближаются к нему в дымке, чтобы потом вновь исчезнуть.
Но исчезли ли они совсем? Или скрылись в той темноте, что находится у него за спиной? И так ли эта темнота страшна. Или даже она, скрытая в прошлом, покрытая пылью, — ничто, по сравнению с той темнотой, что ждет впереди.
А впереди все тот же темный проем двери. И тьма — густая, ледяная. Ее дыхание касается кожи парня. А голоса за спиной зовут, не пускают. Он чувствует легкие прикосновения к коже.
Так что же ты выберешь, вампиреныш?
Стоять на месте? Но дом трясется, а вместе с ней в голодном хохоте заходится тьма.
Повернешь назад, пытаясь исправить свои ошибки, чтобы разобраться в самом себе. Ведь кто-то говорит, что в прошлом скрывается наше настоящее и от него зависит будущее.
Или шагнешь в новую тьму? Без сожаления, но ради любопытства. Или может  горя желанием пройти сквозь нее?

+1

42

- В тот миг, когда ты перестаёшь задавать себе вопросы, становишься чудовищем. - спокойно сообщил сновидец куда-то в пространство. Горькая ирония, ему даже некому было сказать, говорит он во сне или нет. Говорил ли раньше?...Сны имеют обыкновение затягивать, и вот уже нет никакой разницы, сами взбунтовались тараканы в твоей голове или некто им помог.
Хогг бы сказал, что в этот раз у него весьма и весьма странные кошмары. Во-первых, привычная безмолвная темнота наполнилась запахами и звуками, обрела, наконец, персонажей и плоть. Они появлялись из ниоткуда, но не уходили в никуда, по крайней мере, минуя их создателя. Во-вторых, он уже думал хорошенько испугаться всех этих лиц и прикосновений, однако просто стоял и смотрел на них - некоторых дымка скрывала почти полностью, некоторых удавалось разглядеть до мельчайших подробностей, а кого-то даже ухватить за складку истлевшей юбки или порванного воротника.
"Таковы остатки моей памяти? Сколько же их..." - и со временем будет ещё больше. Недаром у носферату временами кукушечка едет от количества пережитого. Он либо научится предавать несущественное забвению, либо канет в небытие сам. Юноша хмыкнул и впервые за весь сон рискнул бросить взгляд на свои руки: обычно он себя не видел, "пропадал" из собственной же головы. Руки у него, определённо, имелись. Руки трупа, к сожалению. Каждое полнолуние одно и то же - труп, которому не суждено оправится в плоть. Вот это, пожалуй, было и правда страшновато. Труп, помнится, смотрел на него единственным глазом, смотрел холодно и внимательно.
- Холодно. - честно подтвердил Гэбриэл. Быть трупом ему откровенно не хотелось. Нужно разобраться с собственными воспоминаниями, нужно чем-то скрыть разложившееся тело, нужно куда-то двигаться, вот тогда, глядишь, не рванёт. Жалко только, что выход один - в ненавистную дверь. Вопрос ведь даже не в том, кто туда войдёт, а что в итоге выйдет...
"А ну-ка разошлись." - начать стоит с малого. Это его разум и его сон, не хватало ещё, чтобы и тут его контролировали извне. К тому же, прежде ему не приходилось прикладывать подобных усилий, так что осознание хоть какой-то власти над происходящим радовало. Лицам положено быть в темноте, если понадобится - их достанут обратно. Не абсолютная, конечно, память, однако может пригодиться.
"Здесь бы стоило навести порядок." - в следующий раз он этим непременно займётся. Осталось узнать, что там, за дверью, и можно возвращаться к делам, так ведь?
Такие вещи должны делаться без сожалений, чего сделать, увы, не получается. Прощаться с прежним отчего-то очень тяжело - "наверху" ведь недаром всегда светло и яркие цвета, а все плохое любовно складируется "вниз" и оседает там слоями. Чёрт, он хотя бы примерно понимает, что тут - и не понимает совершенно, что там. Если неизведанное бодрит, то кого угодно, кроме него. Фон Морохир правильно заметил, что страх неизвестности кое-кого пугает сильнее всех прочих. О, тезейские психоаналитики от таких экзерсисов были бы в восторге.
"Пора идти." - или заставить себя совершить ещё пару шагов. Что он делает? Он туда не хочет, ему туда не надо, но что-то мерзкое в очередной раз подсказывает, что он же себе врёт и так до тех пор, пока фигура не растворяется в дверном проёме.

+1

43

Не нужно иметь уши, чтобы услышать. Увиденное проходит через абсолюта, подуманное отражается от каждой частицы тела, как тонкие вибрации воздуха при произнесенных фразах. Здесь тоже теряется эта грань. Стоит поддаться течению — и тысячи отрывков воспоминаний проносится мимо. Твоя память откладывает их, быть может к чему-то привлекая внимание, а что-то откидывая. Словно ты в библиотеке и смотришь сейчас на корешки книг. Некоторые потрепанные, другие приведены в порядок, будто их хозяев с любовь погружается в мир, описанный на этих страницах. Он, абсолют, может тоже взять любую книгу с полки и погрузиться в нее вместе с тем, в чьем сне он находится.
Однако Гэбриэл, судя по всему, не всем книгам был рад. От абсолюта не укрылось то, как легкая толика страха проскользнула в фоне Гэбриэля, когда тот увидел лица. Что это? Всего лишь проявление неосознанного, того, что парень так страшится своего будущего? Или эта его обычная реакция на то, чего он не понимает. Не понимает, боится, но не спешит убегать. Будто еще одна демонстрация их вечерних отношений, богатых на разные эмоции.
Сон отражает страхи. Прогнившая плоть — проклятие потомков и последователей Вильгельма. Не приятная картина, но не смертельная. Сам Морохир привык к своей внешности и не видел в ней ничего страшного. Так неужели трудно смириться и этим существам с теми, какие они есть. Тем более подобное проявляется не так часто. Прими свое тело, прими свое отражение — первый шаг на пути к гармонии с собой. А после все станет проще.
И вновь страх… темнота пугает, как и неизвестность. Можно было бы сделать проем светлым, окрасить радостными красками, наполнить соблазнительными ароматами. Но зачем создавать иллюзию, когда впереди у всех  всегда лишь темнота. Успех любого существа зависит от того, насколько он сам способен разогнать эту темноту. Он может привлечь свет, заставить будущее заиграть красками и жить, наслаждаясь жизнью и даруя свет другим. И ничего, что речь идет о вампире. Многие носферату, отрицая свою истинную сущность, шли по этому пути. А можно погрузиться в тьму и заставить ее служить себе. Этот путь более сложен, более опасен, но стоит ли это дело риска - каждый решает сам.
И все же выбор сделан. НО выбор ли? Тысяча путей, сотни развилок. Что ты выберешь для себя?
Тело Хогга растворилось. Он был здесь, и он был везде, бестелесное существо, дух, смотрящий вниз свысока. А внизу - темная комната и в центре парень — так похожий на него. Испуганный - и пытающийся это не показывать. Растерянный, - но смотрящий вперед со всей уверенностью, на которую способна молодость.
Вокруг — тысяча зеркал, начиная от больших и заканчивая маленькими. В золотой или потрескавшейся деревянной рамке, в пластиковой окантовке или вообще без всего — просто осколок треснувшегося зеркала. И везде — его отражение.
Однако только с первого взгляда кажется, что отражения идентичны. Тонкие полосы света поднимаются снизу вверх и сверху нет. Источников их не видно, зато они создают зрительный эффект и кажется, что вон у того отражения более уверенный вид, и костюм его, добротный и дорогой. А вот у другого — на лице отчаяние. И стоит приблизиться к этому зеркалу, как в одно мгновение перед ним проскальзывает жизнь.
Есть схожие между собой изображения, но с разной историей.
- К чему он стремится, богГ - голос приглушенно разлетается по комнате, отражаясь от зеркал. И Хогг, тот, который здесь и который везде, должен понять, что фраза обращена к нему. Тот парень перед ним — всего лишь фигура на шахматной доске, где нет ни королей, ни королев. Есть лишь эта пешка, которую предстоит наделить своей судьбой.
- Что ты можешь ему дать?

+1

44

Что ж, не всякая темнота убивает, пора это признать. Более того, в его голове она, можно сказать, представляет собой гомогенную среду. Что свет, что тьма - всё одно, помноженное на грани, осколки, рамы и толпу за пределами комнаты. Как бы глубоко ни заводили мысли, это его голова и он выберется, потому что не станет вредить сам себе.
"Я не знаю." - ему уже ничего не кажется странным, даже то, что он внутри и снаружи комнаты одновременно. Видеть себя со стороны, однако, непривычно, будто из могилы поднялся собственный труп и не спеша ушёл погулять, зато уверенный в собственных силах. Ну хоть кто-то здесь уверен...У него самого никогда не было глобальных целей, только сиюминутные прихоти и тысячи моментов, до которых стоило дожить. Он хотел учиться? Пожалуйста. Хотел открыть собственное дело? Получите. Хотел свободы от оков кровной связи? Вот же она. Неужели под всем этим погребено нечто большее? Ах если бы.
Зеркала и отражения в них почти что окна в другие реальности, части из которых не суждено сбыться, а значит и ему не дано пережить: жениться и состариться вместе, вырасти и стать зрелым человеком, присутствовать на похоронах родителей...Всё это осталось там, в просвещённом веке, который и его запер бы в строгих рамках, лишил возможности насладиться новым веком, прочитать ещё тысячи книг, увидеть, как по первым проводам побежал ток и кареты сменились автомобилями. Именно поэтому большая часть отражений идентична, за исключением каких-нибудь частностей - разное время, разные позы, разная одежда и выражение лиц. Они похожи на маски и чем-то отдалённо напоминают шкаф с нарядами - выбирай любое и надевай. Сегодня подающий надежды юноша, завтра - томный представитель богемы, но если понадобится - герой печального образа, а то и бездушный обольститель. Все они всегда к его услугам, и он мечется среди этих зеркал в надежде отыскать ту реальность, где сможет комфортно существовать. Впрочем, все они ведут к одной, как предсказуемо.
"Найди его." - среди масок должен быть каркас. Остов того, чем является в реальном мире Гэбриэл Хогг - труп, труп, труп. Кости, немного кожи и внимательный голубой глаз. На фоне других отражений это слегка теряется и уже не выглядит таким опасным и пугающим. Перед глазам внезапно проносятся все вечерние разговоры, идиотская шелуха - ой, у него хорошо подвешен язык и он умеет влипать в неприятности, ну конечно. Юноша перед зеркалом на секунду замирает и поднимает руку, показывает пальцем на нужное отражение. Надо же, из всех живых выбрал немёртвое.
"Я могу дать ему плоть и кровь." - скрыть кости под кожей и мясом, разве плохая идея? Жалко, что ему самому в той комнате как-то не смешно, и чем дальше труп оправляется в плоть - тем не смешнее. Видишь в зеркале себя самого и в то же время не совсем: тот, другой, может просто стоять, просто смотреть, просто наклонить голову. Отсутствие лишних телодвижений режет глаз, будто красная ручка, нещадно исправляющая ошибку. Стоит ли дать ручке исправить тебя самого? Это суть, больше ему ничего не придумать. В глубине души он хочет жить, жить долго и полно, создавать и влиять на что-то, без паранойи на тему того, что завтра - конец, у него нет ресурсов и крыть очередную карту судьбы нечем. Ради такой жизни он, пожалуй, готов пойти на крайние меры.

Отредактировано Гэбриэл Хогг (27.04.2017 01:12)

+1

45

Прочь успех и мнимые надежды. Власть, деньги, желание на что-то влиять — все это мелочи. Все это лишь атрибуты жизни, но не сама жизнь. Потому что жизнь — переплетение тысячи миров и вполне возможно, что в каждом из них есть ты. В чьих-то мыслях, в чьей-то памяти, в чьих-то клетках. Надо лишь уметь к этому взывать. Не важно, кому ты поклоняешь, Ты можешь придумать религию, даже придумать себе бога, но это тебе не поможет, если не придет осознание того, что ты сам — бог. Осознай себя, поднимись в трудах до нужного уровня и тогда тебе все подвластно: творить судьбы других людей, направлять их вперед или спускать их вниз, каждому давая то, что он заслужил. Вот это и есть власть, а не то, к чему стремятся людишки, за что держатся иные вампиры. Глупцы.
Однако ты не станешь ни богом, ни демоном, пока не осознаешь себя самого таким, какой ты есть, пока не примешь себя и не будешь готов идти дальше. Движение вперед — это не движение на иллюзиях. Это, наоборот, осознание своих проблем и вечная с ними борьба.
Каркас найден и обрел плоть. НО это еще не полная картина. Это — всего лишь марионетка. Она хороша, потому что будет безропотно выполнять то, что ей прикажешь. Но она и опасна, потому что стоит немного отвлечься — как она наломает дров. Мыслящий вампир — это лучшая награда за поиск.  А вампир, который не только мыслит, но и мыслит, как ты — причем по доброй воле — это почти что сокровище.
- А дальше? - звучит голос.
Можно нарисовать тучи, можно нарисовать ямы. Можно изобразить страхи, но все это — лишь возврат в прошлое.
Он мог прочитать его мысли. Смутные, абстрактные. Что есть полная жизнь, что есть приключения?
Длительность измеряется разными параметрами. Для одних - тысячелетние — это срок, для других и четыре столетия — мелочь.
Для одних полнота зависит от числа женщин, для других от числа опасностей, с которыми удалось встретиться и которые удалось преодолеть.
- Что ты там хочешь увидеть? - повторяет голос свой вопрос,в то время как сам гедеос улыбается. Крайние меры, мысль о которых промелькнула в голове Хогга, для всех имеют разные форму.
- И чем ты готов ради этого пожертвовать?
Ничего не дается бесплатно. Мудрецы тратят время, чтобы освоить знания. Богачи платят истинным счастьем за возможность купить все.  У всего есть плата.

+1

46

"Себя." - ответ вылетает тут же, без малейших раздумий. Иногда ему хочется стать кем-то другим, но это, безусловно, не так страшно, как обнаружить нечто подобное в себе самом. Он недаром бегал от воображаемого трупа и уже конечно неспроста невзлюбил своё отражение в зеркале по полнолуниям. В том отражении не было ничего человеческого, вот вообще. Гэбриэл так ни на кого не смотрел, а когда после боёв, наконец, взглянул, то неприятно удивился. На миг они оказались идентичны, и это на корню сломало шаблон.
"У меня ничего нет. Что требуется?" - Хогг в зеркале улыбается почти что с пониманием и прикладывает ладонь к стеклу. Непонятно, впрочем, что он этим хочет сказать: согласиться или, напротив, возразить? Ну чем ему, в самом деле, жертвовать? Свободой без цели он пресытился довольно быстро, деньги ещё нужно заработать, а связи расширить, времени у него - вечность, потратить не жалко...И как быть? Ведь было же раньше что-то, чем он чрезвычайно дорожил? Прошло каких-то полгода, а уже так трудно вспомнить. Невольно вспоминается Бенджамин, который ещё на стадии обращения пытался донести до него, что всё уже никогда не будет, как раньше, ведь вампиры не люди.
"И чего я сопротивлялся?" - приходит в голову ленивая мысль. Стоило так цепляться за то человеческое, что в нём осталось? Наверное, стоило, иначе его распрекрасный Создатель из спасителя превращался в урода, воспользовавшегося своим положением, чтобы прервать естественный ход вещей. Он сделал монстром случайного парня - просто по прихоти, оторвал от семьи, лишил возможности повзрослеть, и всё это под эгидой новой счастливой жизни. Вечной. Ещё повезло, что птенец попался покладистый и пробегающие мимо столетия переносил стойко. Когда он занят делом - ему и двести лет, будто миг, но если бездействует - даже месяцы кажутся столетиями.
"Человеческое. Человеческое подойдёт?" - стоп, разве чем-то таким можно в принципе жертвовать? Да, раньше ему именно так и казалось. Запереть человечность где-нибудь подальше - немыслимо! Он хороший мальчик и так не поступил бы, дабы не подвергать сомнению идеалы сострадания и гуманизма. Смертные не только еда и вообще-то без вампиров обойдутся, зато вампиры без смертных - вряд ли, так не собраться ли всем вместе и договориться на взаимовыгодных началах? А кто против, тот дурак и ретроград, ату его! Славная штука - детство, одним словом. Неудивительно, что обилие насилия, мяса и боли на арене кого-то вывело из равновесия. Он, чёрт возьми, так испугался, что готов был прибить кого угодно просто потому, что тот стоял на его пути к победе и, следовательно, выживанию. И никакая человечность не спасла. Победители на арене - немного боги.

Отредактировано Гэбриэл Хогг (28.04.2017 01:10)

+1

47

"Себя"... Хождение по краю, балансировка не только между жизнью и смертью, но и между светлым и черным, своими интересами и интересами того, кто держит на другом конце эту нить, по которой ты идешь.
Эта нить — как оковы, однако эта нить — и возвышение над теми, кто остался внизу, в жалком муравейнике, выполняющие изо дня в день одну и ту же работу, которая опостылела настолько, что хочется на всю плюнуть. Хочется, вот только плюет не каждый. Почему? Все просто: потому что они сами прикованы цепями и своими мелкими интересами.  За цепь не надо держаться, тем более если она не держит, а сковывает. Надо, наоборот, поднять голову и ползти по ней вверх. Чтобы потом свободно встать и оставить все это там, внизу.
Человеческое.. Странно это слышать от вампира. Гедеос улыбается. Сколько таких ребят надеялись, что достаточно убрать жалость и сострадание, чтобы ступить на эту дороги. Увы, они ошибались. Нельзя добиться целей лишь на жестокости. Она лишь придают конечному блюду определенную пикантность, но не более. Иногда приходится быть и человечным, понимающим и даже опасно открытым, демонстрируя свои слабости. Потому что только на это покупаются другие, те, кто еще не отказался от своего прошлого.
Безжалостные убийцы - хорошие исполнители, но они слишком опасны. Если нет слабостей, то ими невозможно управлять. Игнорирование чужой жизни приводит и к игнорированию своей собственной. Опасный путь.
Под воздействием Гедеоса изображение в том зеркале, который выбрал Гэбриэл сменилось. Он видел, как его отражение развернулось и стало подниматься по лестнице вверх. Внизу все также менялись города. Мелькали люди, высились шпили старинных замок, лесные полосы таинственных государств, чужие миры. Мелькали машины, женщины, клубы. И создавалось ощущение, что все это — уже почти что часть его будущей истории, даже если сейчас он ничего не узнает.
Но в какой-то момент тот Хогг, чтобы был в комнате везде, и тот Хогг, который поднимался по лестнице, соединились вновь в одно. Вокруг темнота, но она уже не пугала, будто она — всего лишь переход в новый мир, полный приключений, где запах крови чередуется с запахом опасности и удовольствия о новом увлекательно прожитом дне, в котором нет места горя и разочарованию.
Но вдруг что-то этого человека останавливает. И сквозь темноту окружения он видит, как на лестничной перекладине, по которой он только что прошел, появилась рука, отчаянно хватающаяся за эту перекладины и пытающаяся подтянуть тело.

На это раз не было никаких вопросов. Гедеос просто наблюдать за тем, что будет дальше делать парень, готовый поставить на кон свою человечность.

+1

48

Гэбриэл удивился бы, если б знал, насколько у них с новым знакомым иногда сходятся мысли: ему как раз пришёл на ум ещё один аргумент, подтверждающий невозможность пожертвовать человеческим в себе. Оно, человеческое, предохраняет его и ему подобных от того, чтобы стать бесчувственными камнями, заведёнными марионетками, тупо выполняющими некие программные действия. Марионетку можно завести, но в случае с носферату - рычажок искать замучаешься и на свою сторону хрен переманишь. Конечно, сострадание и жалость делают управляемым, уязвимым, но само наличие этих качеств снимает у окружающих подозрения. В конце концов, он хороший актёр, сыграет в случае необходимости и не такое.
"Тем не менее, человечность нам нужна меньше, чем людям." - рассеянно подумал юноша. Потому что они не люди, они вампиры - и точка. Будь он сам человеком, попавшим в беду, этой беде, наверное, можно было бы как-то помочь: лекарство, там, от вампиризма искать долгие годы или, скажем, покончить жизнь фееричным самоубийством. Ему вот, определённо, жить хотелось сильнее, чем отстаивать расовую принадлежность. Каков вывод?
"А вывод прост." - фигура на лестнице замерла, затем медленно шевельнула головой и заученным жестом пригладила волосы на голове.
"Прошлое - необратимо, будущее - неизбежно." - Хогг на лестнице философски хмыкнул, а затем на всякий случай приложил руку к щеке. Не труп, но и не то маящееся создание, которое всё никак не успокоится и не заткнётся. Он часто разговаривал сам с собой и теперь, похоже, оказался "на другом конце провода". Вот и славно. Под лестницей продолжали мелькать и сменяться очертания городов, клубов и каких-то отдельных строений, и только чья-то рука на перекладине нарушала эту идиллию. Было видно, как сновидец пытается разглядеть, кто же скрывается в темноте, ходит туда-сюда у перил...и ничего не делает. Наконец, вздыхает и толкает перекладину, которая вдруг бесшумно летит в тёмную пропасть. Нет уж, времена спасения всех и каждого стоит оставить позади, пока он не будет понимать, кому и зачем приходит на помощь. Хотя, конечно, пара-тройка вампиров в этом мире стоит помощи почти что безвозмездной, но ведь и это не вечно. О, если б существовала филигранная вправка мозгов, то она бы выглядела именно так: ничего не трогать, кроме одной ма-а-аленькой шестерёнки, стопорящей весь механизм и мешающей владельцу собраться воедино.
Ди-джей ещё раз окинул взглядом мир под лестницей и для себя решил, что это, пожалуй, выглядит весьма заманчиво, но ему нужно в другую сторону. К примеру, прыгнуть вниз, раствориться в темноте и собраться где-нибудь в родных-любимых казематах памяти. Очевидно, что их пора расширить, прибрать и, самое главное, водрузить в ту комнату новое зеркало, в котором маменька всё ещё читает книжку светлым ляфирским утром и он иногда играет с отцом. Подобные воспоминания стоит сохранить, а вот постоянно в них копаться - не стоит.

+1

49

Гедеос не стал долго задерживаться в голове парня. Как только он скинул вниз того, кто так отчаянно хватался за перекладину лестницы, мужчина вышел из сна и, улыбаясь, направился в свою комнату.
Данный выбор — всего лишь позволял немного корректировать свое поведение и методы воздействия на этого вампира. Не больше. По сути выбор уже сделан, шаг совершен. Все остальное — частности. Хотя, конечно, их может и не быть, если завтрашняя экспедиция закончится неудачно. НО думать сейчас об этом — не лучшее дело.
Поэтому Гедеос лег и мгновенно погрузил себя в сон. Вот в этом и составляло преимущество абсолютов -  бессонницей они при желании не страдали.

Подъем у обитателей этого номера был поздний. С учетом того, что легли они почти под утро, сам Гедеос не торопился вставать, предпочитая хоть немного понежить себя.
Затем надо было решить ряд дел, например по тому, как распорядиться с вещами, когда все-таки барьер будет снят. Не то, чтобы он особо трясся о шмотках, но были среди них и те, что не хотелось терять. И дело было не в их вещественной ценности. Просто некоторые артефакты мужчина предпочел не брать с собой в путешествие. А это значит, что надо было продумать методы их дальнейшего возвращения хозяину.
И лишь когда все улажено, а его спутник проснулся, они вновь прошествовали в то самое кафе, в котором были до этого. Двери вновь были закрыты, однако стука в дверь было достаточно, чтобы посетителей впустили.
На этот раз их обслуживали хозяин — пожилой мужчина и его сын — мужчина лет 30.
- Здесь неплохо готовят. Не хочешь ли что-нибудь заказать, Гэбриэл? - спросил вампир, заказывая себе бекон с кровью.  Обычной кровью, не человеческой. Хотя кто сказал, что вампиру не захочется более живого десерта?
ПО крайней мере не стоит быть в этом уверенным, с учетом того, как мужчина окинул хищным взглядом того, кто выполнял роль официанта.

+2

50

Юноша проснулся с чётким ощущением того, будто что-то изменилось, но вот что именно - понять не мог. Абсолютным сознанием он не обладал, поэтому вспоминал лишь отдельные куски сна, да и то в какой-то путанной последовательности, отдельными фрагментами: маменька читает книжку - темнота - какое-то путешествие - блеск зеркала - снова свет...Разум довольно быстро уставал от этой чехарды, прям-таки призывая владельца перестать уже об этом думать. Ему точно не снился кошмар, впервые за долгое время - есть, что отпраздновать. Никто не пытался запереть его в зеркале, никто не звал из тьмы и уж тем более никто не пытался что-то вколоть или заставить вызвать в памяти определённое событие, не о чем беспокоиться, одним словом.
"То ли дело в первые лет тридцать, когда кажется, что запоминаешь, каждый вздох." - мысленно хохотнул вампир и направился в ванную комнату, дабы привести себя в порядок. Ему просто-напросто не пришло в голову самое очевидное: некто вмешался в сон ночью, из-за чего  теперь он перестал разговаривать сам с собой, совершать кучу лишних телодвижений и регулярно параноить на тему грядущего будущего. Напротив, ближайшее будущее виделось ясно. Во-первых, доверять фон Морохиру не стоило, тот найдёт, как им манипулировать, возможно уже нашёл; во-вторых, если сородич завёл разговор о прелестях собственного клана не пустого трёпа ради, то эту тему можно будет обсудить подробнее, когда они отсюда выберутся; в-третьих, надо бы отыскать Клода и его основную личность, чтоб было где перекантоваться, пока он разбирается со своим имуществом и разделяет их совместное с Создателем дело. Ещё на горизонте сознания маячил билет в Ляфир, но здесь Гэбриэл решил не вдаваться в подробности, натянул чистую футболку и последовал за владельцем номера.

- На твой вкус. - тут же нашёлся с ответом ди-джей, провожая взглядом потенциальную жертву и возвращая своё внимание собеседнику. Пожалуй, впервые в жизни он отнёсся к чужому желанию выпить крови с таким пониманием. Его самого восстановление сил тоже интересовало куда больше, чем кружка с крепким кофе, которая стояла перед ним на столе.
- Перед смертью не надышишься. - Хогг улыбнулся привычной обезоруживающей улыбкой, хотя где-то в глубине его голубых глаз застыл холодок. Гедеос не излучал открытой угрозы, выглядел вежливым и предупредительным, однако интуиция подсказывала держать ухо востро. Силёнки ему ещё пригодятся, пригодятся, чтобы выжить.
- Я должен знать ещё что-то о сегодняшнем вечере? - такой невинный вопрос, плёвое дело. Интересно, поймёт ли фон Морохир, а главное - как быстро, что манипулировать им в данном случае проще простого? Стоит сказать правду, и он сделает вид, что готов протаранить барьер добровольно, во имя какой-нибудь высокой цели.
"Не ври мне, и я пойду за тобой." - неплохой лозунг, из таких, бывает, получается жизненное кредо. Правда - валюта дорогая.

+1

51

Отдохнувший Хогг выглядел вполне презентабельно. По крайней мере из его взгляда исчезла обреченность — пренеприятнейшее зрелище особенно на лице тех, кто готов с головой окунаться в авантюры. Все-таки адреналин хорош при положительном заряде, а не когда делается установка на неудачу.
- Две порции, пожалуйста, - сделал заказ Гедеос. - И, пожалуйста, возьмите себе два бокала виски. Я хочу вас угостить. Выпейте их.
Абсолют не сомневался, что официант выполнит желание. По крайней мере он был всего лишь человеком и не мог устоять перед внушением вампира. Пока готовится блюдо, пока они его едят, алкоголь в крови дойдет до нужной кондиции, а там можно будет отведать и десерта.
Мужчина откинулся на спинку кресла, расстегивая пуговицы своего пиджака из фактурной ткани.
- Я чего-то не знаю? - спросил он, играя кольцом на руке — тем самым, что позволял ему не выделяться на фоне других людей. Хотя трудно говорить о желании слиться с окружением для того, кто, несмотря на 21 век, все еще ходит с тростью и даже в такую жару предпочитает носить костюм-тройку. - Или с этого высказывания у тебя начинается каждый день?
Ничего не значащий вопрос, как будто просто, чтобы поддержать разговор. Однако  для себя Гедеос сделал зарубку: с этим парнем, если он решит все же оставить его при себе и если нынешняя операция пройдет успешно, надо будет еще поработать. Потому что фатализм иногда бывает очень опасным, особенно если человек предпочитает его высказывать вслух. Ибо обрекать в такие слова свое недоверие партнеру — а на данный момент они были именно партнерами — верх неосмотрительности и глупости.
Хотя может в последнем все дело. Гедеос смог немного убрать обреченность из жизни парня, но не мог убрать частицы глупости, которые у него вполне возможно являются показателем слишком молодого возраста.
И вновь этот вопрос, который лишь убеждает вампира в том, что парень ему не доверяет.
- Страдал бы я паранойей, решил, что ты хочешь выведать у меня тайные знания, а затем бросить, - улыбнулся носферату. Что может сказать ему Гедеос, если сам имеет лишь смутное представление о том, что их ждет. Есть план, есть «запаска», но удастся ли пойти по продуманным пунктам и будет ли возможность использовать Гэбриэля, чтобы проверить открытие купола, — неизвестно. Быть может все пройдет так стремительно, что придется самому броситься с головой под этот купол, не обращая внимание на последствие.
- Хочешь знать о вечере правду? - переспросил мужчина, пододвигаясь к краю стула и чуть наклоняясь над столом.
- Я понятия не имею, что будет сегодня вечером. Подозреваю, что все пройдет не так гладко, как хотелось бы. И опасаюсь, как бы не появились те, кто решит нам помешать.
Подошел официант, раскладывая перед ними приборы и ставя тарелки.
- Так что не порть мне настроение своими думами о вечере, - продолжил мужчина, раскладывая салфетку и беру в руки нож и вилку, а также провожая удаляющегося официанта взглядом. - Дай нормально провести этот день. И, кстати, поспеши с обедом. Скоро десерт будет готов.

+1

52

- А ты, выходит, прожжённый оптимист - позитивное мышление, все дела? - с непонятной заинтересованностью осведомился Хогг, провожая взглядом будущую жертву. Доктрину "улыбайся или умри" он, понятное дело, не поддерживал, хотя иногда складывалось обманчивое впечатление прямо противоположного.
- Это всего лишь метафора. Мы можем оказаться за кордоном в каком угодно виде. - ди-джей равнодушно пожал плечами и лишь дежурно улыбнулся, когда получил свою порцию бекона с кровью. Как оказалось, ему проще представить себя кучкой пепла у барьера, представить воображаемых врагов изуродованными трупами и уже плясать от этого, нежели изначально надеяться исключительно на положительный результат. Парадоксальным образом его это успокаивало: страх смерти после арены несколько притупился и иногда он по нему немножечко скучал. Такие идиотизм и отвага бывают, наверное, раз в жизни, пока ещё не веришь в реальность скорого конца, будто маленький ребёнок. Увы, Гэбриэл поверил и смутно догадывался, что во второй раз даже смерть уже не та и желание жить окрашено какими-то другими тонами.
- Ты же старый и мудрый, какой смысл бросать тебя сейчас? - без малейшей издёвки уточнил вампир, вздёрнув светлую бровь и в упор уставившись на собеседника. На секунду его взгляд замер - неприятный и колкий - как у того отражения во сне. Он, похоже, сообразил, что совершил оплошность и мысленно отвесил себе за неё оплеуху. Ну почему, почему ему так важно, чтобы фон Морохир вслух озвучил, что при необходимости пожертвует собой и пожертвует им, чтобы покинуть карантин? И откуда этот пунктик на вранье? Ах да, спасибо его распрекрасному Создателю...
"Шило на мыло." - юноша перевёл взгляд на тарелку, скривился и молча отодвинул её от себя. Кровь в человеческой еде он на дух не переносил, видимо, в память о тех временах, когда мясо с кровью считалось не крутым стейком, а плохо приготовленной гадостью.
"С той разницей, что этот меня не создавал. У него нет друзей, нет подчинённых, нет любимых - только игрушки." - встретились, называется, два одиночества. Когда он выберется отсюда не хватало только попасть в новую кабалу, где игрушку не выпустят на волю по старой памяти, а переломят через колено и выкинут на помойку.
- А если десерт принимает какие-нибудь таблетки, несовместимые с алкоголем, и скоро начнётся шоу с судорогами и пеной изо рта? - руна подсказывала, что сын владельца кафе в принципе здоров, но малость нервный. Ну и немного поддразнивать Гедеоса было гораздо интереснее, чем пытаться разжевать принесённое блюдо. А ему ведь нравилась человеческая еда! Особенно фастфуд и прочие приблуды, скорее всего сделанные из картона и бездомных животных (в перспективе), он часто питался так, словно ещё жив и влачит ровно такое же существование, что и окружавшие его смертные.

+1

53

Гедеос не мог скрыть улыбку.
- Знаешь, я реалист. А реальность такова, что случится может все, что угодно, - мужчина аккуратно отрезал кусочек бекона, отправляя его в рот. - НО если тебе так хочется видеть все в темном ключе, то пожалуйста: проходя через щит, занося ногу за пределы кардонной черты, мы поймем, что все это напрасно и у нас есть лишь доля секунды, чтобы что-то предпринять. А предпринимать будет нечего. Поэтому барьерный луч разрежет нас на части. Если повезет, то наши конечности будут отрезаны до того, как разрежется наше сердце. Тогда они не пропадут, а останутся на границе свидетельством того, что нашлись безумцы, которые решили наплевать на запреты магов. Ну а если не повезет, то поминай как звали. Ни конечностей, ни нас.. ну может лишь горстка пепла. Так лучше?
Мужчина, повертев в руке, нож, сделал еще один разрез того мяса, что живописной массой, сдобренной соусом, лежала у него в тарелке.
Забота вампира о состоянии человека была трогательной.
- Я не предлагаю своим партнерам и, надеюсь, товарищам, непроверенную пищу.  Так что на этот счет можешь не беспокоиться. Но я смотрю, ты не испытаешь особого восторга от человеческой еды, - Гедеос поднял руку и щелкнул пальцами.
Конечно, официант не повернулся неожиданно перед вампирами. Он появилась обычно: дошел своими ногами, выйдя из подсобки.
- Господа желают десерт? - в легком поклоне склонился мужчина, обдав вампира спиртовыми парами.
- Господин желает десерт? -перенаправил вампир вопрос своему собеседнику, жестом руки веля мужчине сесть рядом с Гэбриэлем. - Не стесняйся. Никто тебе не помешает.
Действительно, для всех посетителей кафе было закрыто. А у хозяина неожиданно появились срочные дела в погребе.

+1

54

"Реальность относительна." - чуть не ляпнул вампир, но вовремя прикусил язык и натянул ничего не значащую улыбку на лицо. Хватит, наболтался. К тому же в словах собеседника было некое разумное зерно. По крайней мере, от картин, возникших в воображении, у него по загривку тут же побежали мурашки, а это свидетельствовало о том, что жить он всё-таки хочет и вообще всё не так ненормально, как кажется в последнее время.
- Выходит, у тебя, всё же, есть представление о том, как работает барьер? - прищурился юноша. Вряд ли бы ему понравилось наблюдать свои конечности в отдалении от тела. "Поминай, как звали" в данном случае даже предпочтительней. Раз - и всё.
- Я читал, что иногда проще действовать, представив, что всё самое худшее уже произошло. Эдакая подушка безопасности для сознания. Правда, там было что-то на тему публичных выступлений, а не нарушения закона... - он отвёл взгляд, мысленно порадовавшись тому, что не развил тему и не сообщил, где ж подобные книжки читал. В больнице иногда наступала страшная скука, грех не стащить чего-нибудь у медицинского персонала. Помнится, у него тогда наступила эта, как её, ремиссия, и его даже выпускали погулять. Потом, правда, всё накрылось медным тазом из-за которого кое-кто сейчас коротает время с незнакомым сородичем, чьи дальнейшие мотивы покрыты мраком. Чёрт, Гедеос же абсолют, нет никакого смысла скрывать своё недоверие, всё равно раскусит.
"Ну и кто из нас двоих параноик?" - Хогг ещё раз взглянул на свою тарелку, изо всех сил скрывая желание взглянуть на дурацкий бекон с кислой миной.
- Я просто не понимаю, зачем они готовят блюда с кровью. Им-то она на что? - реплика вылетела практически на автомате, да и он сам не посчитал нужным фильтровать сказанное. За пару сотен лет смертные придумали достаточно консервантов, витаминов, добавок и прочей модифицированной фигни, чтобы оказаться законсервированными прямо изнутри, и тут опять - с кровью, с кровью, с кровью.
На "десерт" Гэбриэл посмотрел со смесью интереса и не совсем приятного удивления. В его сознании тут же пронеслась целая вереница лиц, не имевших ничего общего с нынешней жертвой. Уж если чему полезному Создатель его научил, так это беспалевно добывать себе еду: у него была своя аудитория, своё амплуа и свои методы убеждения. Смертные отдавали кровь почти что добровольно, убаюканные вампирским очарованием. Он умел нравится, ему было проще договориться, чем довести кого-то до состояния овоща или взять своё силой...Никто никогда не преподносил ему "еду на блюде".
"Не приходилось брать силой, значит?" - здорово, а вчера он тогда что сделал? Поужинал и убил. А этого мужчину нужно оставить в живых? А кусать кого-то на всеобщем обозрении - не моветон? А он что-нибудь соображает и вспомнит ли о произошедшем? Ди-джей тряхнул головой, не заметив, как успел нахмуриться и поджать губы.
- Полагаю, нам понадобятся стаканы. Не чавкать же за столом...

Отредактировано Гэбриэл Хогг (14.05.2017 14:20)

+1

55

- Мои представления вполне традиционные. Что, однако, не мешает магам вносить в привычные формулы усовершенствования, создавая проблемы при взломе их защиты.
Все, как в мире информационных технологий. Для вскрытия традиционных способ защиты есть определенные артефакты, и пневматики прекрасно об этом осведомлены. Так что Гедеос сомневался, что и при создании барьера они использовали то, что так легко поддается вскрытию. И все же оставалось надеяться, что те, кто решил пройти через барьер, знают о нем больше. А главное, имеют представление о том, как его на время взломать.
Как же вампир не любил зависеть от везения других! Жутко не любил. Но в этом случае оставалось лишь плыть по течению.
- Так вкус же совсем другой, - пояснил непонятливому отроку вампир. - Если тебе такое не нравится, то мог бы  заказать что-то менее кровоточащее.
Морохир рассмеялся. Все-таки нервным ему попался сородич. А он уж и забыл, какой бывает эта молодежь. Что ж, одно дело — заниматься теми, кого ты сам обратил. Эти носферату попадаются сразу же в мир, где надо мыслить трезво, отрезая часть ненужных и подчас даже вредных эмоций. Однако не всегда собственные чады могут показывать успехи в некоторых областях. И тогда приходится прибегать к творению других кланов. Их способности, их связи и знания бывают очень ценны, но приходится мириться с проблемами в их воспитании.
- Кажется, тебе вчера стаканы были не нужны, - усмехнулся вампир.- К тому же в стакане кровь быстро охлаждается и сворачивается.
И все же мужчина встал и принес с барной стойке стакан. Один. Протянул его вампиру.
- Надеюсь, сейчас не окажется, что у него группа не та и резус не тот? - рассмеялся носферату. Что ж, человеческая еда Гэбриэлю не понравилось, так хотелось бы узнать, он и от вампирической будет нос воротить?
- И поторопись, нам пора уже выдвигаться.

+1

56

- Если ты думаешь, что мне нравится оставлять после себя трупы, то это не так. - чуть более резче и поспешнее, чем нужно оповестил собеседника Гэбриэл. На жертву он  всё ещё смотрел с некоторым недоверием, но та не предпринимала никаких действий, будто зависнув в "спящем режиме".
- Разве смысл жертв не в том, чтобы сопротивляться? Для всего остального есть пакеты с кровью. - он нервно дёрнул плечом и склонил голову, продолжая буравить "ужин" взглядом. В голову опять лезли странные мысли. Например, о том, нравилась ли ему когда-нибудь кровь "натюрель" настолько, чтобы действительно ради неё кого-нибудь изничтожить? Как он относился к крови в пакетах? Чувствовал ли такую жажду, с которой невозможно справиться? По здравом размышлении казалось, что нет. Создатель много с ним возился, достаточно для того, чтобы научить справляться с жаждой и добывать пропитание, не убивая доноров.
"Да уж. Насилие - это крайняя мера." - подумал ди-джей, взял нож и одним быстрым движением "вскрыл" сегодняшний "пакет с кровью". Жидкость бодрым ручейком потекла в стакан, и ему даже как-то полегчало. Юноша по понятным причинам не понимал, чем чреват такой вот "гуманизм". То, что он не любитель кого-то лишать жизни совершенно не значит, что ему сложно сделать это чужими руками...или обеспечить противнику такую жизнь, что проще умереть. А даже если он и убьёт, то много ли времени понадобится, чтобы найти этому оправдание? Смертные и так умирают, по сравнению с немёртвыми их жизни и правда краткая вспышка во тьме вечности. Так какая разница, сейчас или потом?
"Сейчас или потом...?" - ну да, когда сам умирал, так "только не сейчас", а когда кто-то другой - всё, безусловно, иначе. Хогг всё-таки ухитрился остановить чужую кровь, благо руна позволяла эту маленькую шалость.
- Ты можешь приказать ему наложить жгут и внушить какую-нибудь правдоподобную версию событий? - его голос звучал до странного деловито, в такой-то ситуации. Даже слегка неуместно. Прогнозировать что вообще умеет абсолют такого почтенного возраста просто-напросто не хотелось. Меньше знаешь - крепче спишь, да и не зря же бедолага в "оригинальном" виде разрисован по самую шею? Непонятные отметки на его теле наверняка что-то значили и для чего-то служили. Вампир несильно удивился бы, узнай, что часть этих закорючек, допустим, защищает владельца или усиливает его руну.
- Считай, что я очень быстрый, а главное, всеядный последователь Вильгельма. - тут же вернул шпильку юноша, методично опустошая стакан. Перспектива куда-то выдвигаться оттуда, где тепло, чисто и готовы сытно покормить в глубине души ему, может, особо и не нравилась, однако здравый смысл брал верх. От них всего-то и требуется: миновать барьер и остаться в живых. До ночи управятся.

Отредактировано Гэбриэл Хогг (19.05.2017 00:27)

+1

57

- А зачем на людей смотреть, как на жертв? - задал встречный вопрос вампир. - Хотя знаешь, некоторым людям тоже нравится есть рыбу, которая еще бьет хвостом, но лично я предпочитаю, чтобы мой сосуд не сопротивлялся.
Иногда можно было понаблюдать за испугом, страхом, который появляется в глазах того, кто чует свою смерть, но сегодня это был не тот случай. Еда ради еды — не более. Быть может позже и можно будет устроить показательные смерти, если Гэбриэль окажется из числа тех, кто способен найти в них определенную красоту. Но до этого ох как далеко.
Гедеос лишь улыбнулся, наблюдая за тем, как аккуратно Гэбриэль делает надрез, как  пьет кровь этого мужчины.
- Конечно, - заверил он вампира. Сам абсолют не первый раз уже питается от «этого стола». И пока еще никаких проблем не было и не будет.  Конечно, мужчина завяжет руку и решит, что просто где-то поцарапался.
Убедившись что парнишке больше не нужна еда, вампир подозвал мужчина к себе, посадил на колени, отвернул ворот его рубашки и припал к красным точкам, которые уже сверкали у того на шее. Разбередить старую рану, давая крови вновь искать выход — не так уж и сложно. Клыки попали в оставленные следы, вена проткнута и алая жидкость хлынула в рот.
Убивать никто никого не собирался. Так что промокнув губы салфеткой, вручив такую же салфетку донору, чтобы тот прикрыл рану, абсолют отпустил человека.
Сейчас он уйдет в туалет, вернется минут через 20, напрочь забыв о том, что здесь произошло.
- Идем тогда!
На стол брошены деньги, которые бы покрыли не только стоимость ужина вампиров, но и другие услуги, о которых владельцы кафе даже и не вспомнят.
Несмотря на все опасения, переход прошел без проблем. В назначенное время Гэбриэл и Гедеос оказались в месте, которое до этого высчитывал абсолют. Народ им не мешал. Не было его ни с этой стороны, ни с той, что была за кордоном.  Кристалл, который с собой принес Морохир, сыграл свою роль: заиграл цветами и полутонами, когда к нему прикоснулись вампиры, послал световые лучи в разные стороны, касаясь в том числе и невидимого барьера. А затем случилось то, чего так ждал абсолют. Воздух наэлектризовался, покров стал виден, а затем растворился. И подталкивая вперед спутника, он и сам не стал долго ждать и вступил за пределы огороженного мира буквально через секунду после того, как невидимую черту переступил Хогг.

+1


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » Линии судьбы » Ты - мне, я - тебе


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC