С самого утра, которое началось для маркиза де Сантильяна в половине двенадцатого, он пребывал в самом лучшем расположении духа. В обеденном зале он встретился с королевой Дагмар, обменялся с ней парой ничего не значащих фраз о погоде и одолевающей их скуке, и в итоге получил официальное приглашение в личную галерею, чтобы скрасить время Анны Фредерики и Рут. Со стороны всё выглядело абсолютно невинно. Словоохотливый лаирец, гитара, пара книжек, корзина со свежими фруктами и бутылка легкого южного вина.

Гвардейцы у входа были заранее предупреждены и пропустили его без лишних вопросов. Диего уверенно шагнул внутрь каюты, которую знал теперь не хуже собственной. Полуприкрытая дверь в спальню немедленно напомнила о потрясающей, жаркой ночи. Молодой человек невольно широко улыбнулся своим мыслям. На этот раз он действовал куда умней, предпочтя другие позы миссионерской, и в итоге всё обошлось без малейших последствий для его бедной спины. Ох, как же не хотелось ему уходить отсюда ранним утром, покидая теплые объятия королевы...

Отогнав дурманящие воспоминания, маркиз преодолел гостиную и вышел в залитую солнцем галерею. Там сидела Анна. Как всегда невероятно красивая и такая милая в тихом послеобеденном свете, что у него на секунду перехватило дыхание. Она была чем-то очень увлечена, задумчиво водя карандашом по бумаге.

— Добрый день, дамы! — громко и жизнерадостно поздоровался Диегито, обозначая свое присутствие, чтобы не напугать их внезапным появлением. — А я думал, вы и впрямь тут скучаете. Но, кажется, я ошибся.

Поставив корзину и гитару рядом со столиком, Диего подошел к королеве почти вплотную. И без всякого стеснения заглянул ей через плечо, рассматривая рисунок.

— Как замечательно у вас вышло, Ваше Величество! Но, право слово, откуда вы знаете про дона Бублика? — искренне изумился он, глядя на левретку в доспехах.

Рут, давно переставшая читать свою книгу при появлении гостя, удивленно моргнула:
— Какого еще дона Бублика?

Диего вскинул бровь и с неподдельным шоком посмотрел на фрейлину, а затем перевел взгляд Дагмар.

— Как? Вы не знаете о доне Бублике? Величайшем рыцаре о четырех лапах? — возмущенно протянул лаирец, опираясь рукой о спинку плетеного кресла королевы. — Пожалуй, тогда мне придется о нем рассказать. Но сначала...

Он достал вино, бокалы, открыл бутылку и начал разливать. Потом порезал два спелых апельсина и наконец сел сам, ни разу не смутившись, что все делает вместо отсутствующих тут слуг.

— Жара сегодня ужасная, я сниму пиджак, если вы не возражаете? — обратился лаирец к королеве, шляпу он уже снял и оставил на свободном стуле.

Отредактировано Диего де Оро (06.07.2026 15:02)

Подпись автора

Todo lo que me gusta  ♣  la línea de tiempo

Диего рассмеялся — искренне, звонко, запрокинув голову, совершенно очарованный тем, как ловко Дагмар парировала его выпад.

— Принимаю всю ответственность на себя, Ваше Величество! — с готовностью отозвался он, прикладывая руку к сердцу в шутливом полупоклоне. — Но я уверен, что на вашем рисунке именно дон Бублик. Я это сразу понял по его благородному виду и кости в зубах. Вот про нее то я сейчас и расскажу.

Сняв пиджак и повесив его на спинку стула, Диего с комфортом в нем устроился, оказавшись лицом к обеим слушательницам. Он сделал глоток холодного вина, на секунду зажмурился, подбирая слова для своей эпической враки. И наконец начал рассказывать.

— Так вот… Жил-был на свете один песик. Изящнейшая палевая левретка — тонюсенькие ножки, аристократичная мордочка и хвост, который вечно дрожал от неумного любопытства. Звали его дон Бублик. Жил он, надо сказать, как король — в богатом поместье графа Санта-Круза. Спал исключительно на шелковой подушке, ел с тончайшего фарфора. Граф в нем души не чаял, графиня — еще больше, а слуги буквально пылинки с него сдували.

Маркиз выдержал театральную паузу, понизив голос:

— Но дон Бублик тосковал. Представляете? Он смотрел на свое отражение в огромных венецианских зеркалах и думал: «Ну да, у меня есть титул, есть подушка. Но я же просто комнатная игрушка! А я хочу славы! Хочу, чтобы псы на улицах уважительно шептались: "Смотрите, это идет великий дон Бублик!"». И вот однажды утром, гуляя по саду, наш герой находит под апельсиновым деревом Кость. Именно так, с большой буквы. Огромную, сахарно-белую, с остатками великолепного костного мозга. Бублик решил: «Это знак небес! С такой костью дома не сидят! С ней надо идти совершать подвиги!» Взял ее в зубы, перемахнул через ограду и отправился покорять мир.

Лаирец перевел дыхание, лукаво взглянув на Рут, проверяя, слушает ли она, и продолжил:

— Сначала он встретил лохматого фермерского пса, который лениво грыз старый башмак. Бублик гордо заявил ему, что несет лучшую кость в мире ради великой славы. А пес понюхал ее, хмыкнул и сказал: «Кость как кость, даже мясом не пахнет. Иди куда шел, аристократ, только не потеряй». Бублику стало обидно, но он пошел дальше. В лесу ему попалась лиса. О, это была настоящая интриганка и принялась петь ему сладкие песни, мол, отдай кость, а я покажу тебе дорогу в Великую Псарню для избранных, где живут самые знаменитые собаки. Но наш дон был хоть и мал, да не глуп. Он ответил: «Кость не отдам. Но если покажешь дорогу просто так, я всем расскажу, какая ты умная». Лиса только фыркнула и бросила ему вслед: «Славу не носят в зубах, дурачок. Ее добывают».

— И вот Бублик добирается до большого города. Шум, грохочущие экипажи, толпы людей... И видит он у дверей булочной старого, матерого пса без одной лапы. Бублик снова завел свою шарманку про кость и славу. А старый пес посмотрел на него со снисхождением и говорит: «Знаешь, юноша, несколько лет назад у меня была кость еще больше. Я дрался за нее на каждом углу, лаял до хрипоты. Стал знаменитым, да. Меня так и звали — "Пес-с-Костью". Но однажды я понял, что кость высохла. Она не греет ночами, с ней нельзя поговорить, а лапу в драках за нее я уже потерял. Слава — штука коварная, да холодная».

Голос лаирца стал мягче, лишившись первоначальной насмешливости.

— Наш герой побрел дальше, к реке. Кость стала казаться ему невыносимо тяжелой. И там, на берегу, он нашел крошечного, грязного щенка, который потерялся и плакал от голода. Бублик посмотрел на свою великолепную кость, вздохнул... и положил ее перед малышом. Великую Псарню он так и не нашел, знаменитым не стал. Зато вечером на берег выбежал с фонарем старый мельник, хозяин щенка. Увидев, что какой-то породистый пес спас его питомца, мельник привел Бублика в деревню, где его накормили и чествовали как настоящего героя. А через неделю его нашел граф Санта-Круз. Радости не было предела! И, знаете, вернувшись на свою шелковую подушку, Бублик понял одну простую вещь... Большая кость — это, конечно, прекрасно. Но щенок, который теперь прибегает к нему играть с мельницы, — гораздо, гораздо лучше всякой славы.

Рассказчик замолчал, откинулся на спинку стула и, не скрывая теплой улыбки, посмотрел прямо в глаза Дагмар.

— Вот такая история, Ваше Величество. Так что шлем на вашем рисунке абсолютно заслужен. Дон Бублик  действительно рыцарь. Впрочем, этот подвиг был конечно не единственным, который совершил этот отважный пес...

Подпись автора

Todo lo que me gusta  ♣  la línea de tiempo

— Ну вот, а вы говорили, что совершенно не знаете о доне Бублике! — весело воскликнул Диего. — А я вижу, весть о его подвигах достигла даже Лациума!

История о героическом спасении колбас была просто превосходна, Диего широко улыбался, и то, как Дагмар подхватила его игру, наполняло сердце непередаваемым теплом. Теперь, когда все трое настроились на волну приключений замечательного пса, можно было продолжать сочинять дальше. Это было так увлекательно! В нечто подобное он играл в детстве со своей младшей сестрой Кристиной, когда они вместе часами придумывали невероятные истории про медвежонка Почо и его лесных друзей. Но дон Бублик получался нисколько не хуже. К тому же благородный песик нуждался в верных товарищах ничуть не меньше.

Взяв сочный кружок апельсина, маркиз отправил его в рот и, с удовольствием сжевав вплоть до самой корочки, продолжил:

— Тот самый спасенный щенок с мельницы, к слову, вскоре вырос. Да еще как! Оказалось, что в нем течет кровь настоящих лаирских мастифов — огромных исполинов, что с легкостью отгоняют волков от овечьих отар. Мельник назвал щенка Чикито, что значит Малыш. Хотя этот Малыш в холке был размером с хорошего пони и весил не меньше взрослого мужчины. Он часто прибегал к поместью графа, чтобы навестить своего спасителя и поиграть. И, скажу вам по секрету, ему тоже досталась пара колечек во время того самого грандиозного спасения колбас. Ведь тяготы борьбы лучше всего с кем то делить!

Заметив, что королева прикидывает, насколько должен быть больше Чикито, Диего бесцеремонно, но с присущим ему изяществом, потянулся к рисунку. Его палец опустился прямо на раскрытую страницу альбома, застыв всего в паре сантиметров от тонкого запястья Анны Фредерики.

— Думаю, вот такой, не меньше, — ничуть не стесняясь, лаирец очертил внушительный полукруг на бумаге. — Только морду ему нужно сделать совершенно иначе. У лаирских мастифов голова огромная и тяжелая, словно каменный валун. Вам стоит набросать здесь массивный, широкий лоб. И брыли! Обязательно добавьте роскошные, тяжело свисающие брыли, как у старого, умудренного жизнью имперского советника...

Сам Диегито совершенно не умел рисовать — его таланты лежали в плоскости музыки, риторики и теологии. Зато советы он раздавал просто превосходно. Как и любой истинный лаирец, маркиз де Сантильяна от природы разбирался абсолютно во всем на свете: от архитектуры и живописи до устройства пароходных двигателей и конечно же в анатомии собак. И, что самое главное, он считал своим священным долгом немедленно просветить окружающих.

Создавалось стойкое впечатление, что если южанин не выскажет свое невероятно важное мнение, подкрепляя каждое слово отчаянной, размашистой жестикуляцией, то чудовищное внутреннее давление нерастраченных знаний  попросту разорвет его изнутри на тысячу маленьких маркизов. Эта типично лаирская черта — страстная, бьющая через край уверенность в собственной компетентности — часто смущала, а порой и не на шутку раздражала педантичных, сдержанных тезейцев, которые привыкли говорить только по делу и без лишних телодвижений.

Но сейчас Диего находился в своей стихии и его было совершенно неостановить.

— Вот тут, — он снова взмахнул рукой, едва не задев зажатый в пальцах королевы карандаш, и с энтузиазмом указал на воображаемый силуэт, — линия шеи должна быть очень мощной, с густыми складками кожи на загривке. Чтобы с первого взгляда было понятно, что этот парень может остановить несущуюся карету, просто встав у нее на пути!

Подпись автора

Todo lo que me gusta  ♣  la línea de tiempo

— Конечно, они просто огромные! — с жаром подтвердил Диего, разворачиваясь к фрейлине. — У нас в замке жил пес по имени Монтанья, что означает Гора, и поверьте, он полностью оправдывал свою кличку. Мы с братом в детстве ездили на нем верхом, таким огромным и могучим он был. И характер имел на удивление приятный, такой добряк, еще поискать. Правда, добреньким он был только с нами, а вот волков на охоте рвал только в путь, а однажды даже напугал медведя!

Кажется, маркиз слишком увлекся своими советами и размахиванием руками. Анна Фредерика спустила его с небес на землю одним изящным королевским жестом. Диего замолчал на полуслове и растерянно посмотрел на карандаш, который она ему так решительно вручила, а затем перевел взгляд на альбом с неоконченным, но уже весьма неплохим рисунком.

Как же неловко вышло. Рисовать-то он совершенно не умел! В семинарии он разве что портил записи, разными каляками в тетрадях. Но отступать было некуда. На кону стояла честь лаирского дворянина.

С тяжелым вздохом, маркиз забрал альбом и устроился с ним на своей стороне стола. Он демонстративно прикрыл лист свободной рукой от любопытных взглядов дам, словно творил там величайшую тайну, надежно скрывая свое откровенное бумагомарание.

Рисовал Оро отчаянно. Его линии были кривыми, неровными, но до смешного уверенными — типичный южный напор с лихвой заменял ему технику. Минут десять в залитой солнцем галерее раздавалось лишь сосредоточенное сопение, громкое пыхтение и яростный скрип графита. Диего хмурился, закусывал губу и несколько раз активно тер бумагу, пытаясь исправить непоправимое.

Наконец, он с победным видом встал со стула и гордо поднял альбом повыше, демонстрируя его Дагмар и Рут.

— Узрите! — торжественно провозгласил лаирец.

Шедевр, конечно, впечатлял. Если королева набросала анатомически правильного, мощного и благородного пса, то рука маркиза внесла в этот реализм элемент первобытного хаоса. Чикито обзавелся квадратным шлемом, который подозрительно напоминал перевернутое ведро с прорезями, и плащом, стоящим колом, без малейших намеков на складки ткани.

Один глаз мастифа получился значительно больше другого и смотрел куда-то в сторону горизонта с легким безумием, а те самые брыли, о которых Диего так вдохновенно распинался ранее, выглядели как приклеенные к морде пышные усы пьяного драгунского капитана. В довершение всего, в лапе-сардельке Чикито крепко сжимал нечто, отдаленно напоминающее кривой пиратский тесак, которым он, судя по решительному выражению перекошенной морды, и собирался рубить врагов, а быть может и колбасу. В целом, пес выглядел так, словно уже прошел две войны и теперь собирался на третью.

— Ну как вам? — спросил Диего, надеясь конечно на достойные его работы хвалебные отзывы.

Отредактировано Диего де Оро (10.07.2026 10:08)

Подпись автора

Todo lo que me gusta  ♣  la línea de tiempo

— Думаю, насчет того, что им нечего бояться, вы не совсем правы, — с легкой серьезностью возразил королеве маркиз. — Как бы ни были храбры наши герои, но ведь всегда есть такие опасности, которые могут и самого отважного смельчака напугать. А ездить верхом на друге как-то не комильфо. И вы недооцениваете дона Бублика. В конце концов, он же был левреткой! А разве не они способны догнать самого быстрого зайца?

Рисовать Диегито, признаться, даже понравилось. Конечно, он прекрасно понимал, что выходит далеко не так хорошо, как у Дагмар, но виду не подавал. Взяв карандаш, он оставил под своим рисунком размашистый, щедро украшенный завитушками автограф и торжественно вернул альбом королеве.

— Пожалуй, я расскажу вам историю о том, чего боится каждый благородный мужчина больше всего на свете, — произнес Диего. Он неспешно сделал глоток прохладного вина и отправил в рот пару виноградин. Какое-то время лаирец лениво их пережевывал, наслаждаясь вниманием своих прекрасных слушательниц, и наконец продолжил: — Как известно, нет на свете чувства более сильного, чем любовь. Любовь к родине, любовь к родителям, любовь к своему делу и, конечно же, любовь к женщине. И нет ничего более страшного для мужчины, чем полюбить женщину и быть ею отвергнутым...

Снова сделав паузу он внимательно посмотрел на королеву. Конечно никакого упрека на лице маркиза не было, лишь искренняя благодарность, что Анна Фредерика его не оттолкнула. Но маркиз тут ее перевел взгляд на Рут, сделал скорбное лицо, вздохнул и начал рассказывать самую печальную историю на свете.

— Это история про то, как дон Бублик влюбился... Однажды графине де Санта-Круз друг из Тезеи привез собачку. Крохотную, пушистую и до того красивую, что глаз не отвести. Была она тепельхофским шпицем. Ну, их-то вы наверняка видели. Абсолютно круглое, невесомое облачко меха изумительного золотисто-абрикосового окраса из которого на все вокруг высокомерно смотрели две блестящие черные бусинки и торчал крошечный носик. И звали эту особу донья Карамелька.

Маркиз улыбнулся и чуть подался вперед, опираясь на стол.

— Дон Бублик, едва увидев ее, был сражен наповал. Его рыцарское сердце забилось так сильно, что едва не выскочило между ребер. Как истинный кавалер, он немедленно приступил к ухаживаниям. Он гордо вышагивал перед ней на своих тонюсеньких ножках, демонстрируя блестящую выправку. Приносил ей трофеи, добытые в саду: самых блестящих жуков, красивую палку и даже собственноручно выкопанную луковицу тюльпана! Но прекрасная Карамелька была непреклонна. Она лишь брезгливо чихала, куталась в свой персиковый мех и тоненько тявкала: «Фи, сеньор! От вас пахнет грязью и двором. Вы слишком пыльный для моих шелковых подушек! Уходите!»

Диего драматично приложил руку к груди.

— Это было крушение всех надежд! Наш отважный герой, не моргнув глазом выходивший против боевых гусей и свирепых котов, оказался совершенно безоружен перед холодностью дамы сердца. Он перестал есть, его изящный хвост печально повис, и он целыми днями горестно вздыхал, жалуясь Чикито на женскую жестокость. Огромный Чикито, разумеется, не понимал таких тонких материй. Он искренне считал, что если кто-то тебе нравится, нужно просто подойти и как следует обнюхать и облизать ей нос. Но Бублик с ужасом отверг этот план как вопиющее варварство! Нет, он решил, что неприступное сердце доньи Карамельки можно растопить только Настоящим Подвигом во имя Любви...

Отредактировано Диего де Оро (11.07.2026 09:46)

Подпись автора

Todo lo que me gusta  ♣  la línea de tiempo