Утренний туман ещё не рассеялся, когда патрульная машина Пангора замедлила ход у периметра заброшенного завода, который вынырнул из тумана, как  корабль-призрак из молочной пелены, следя черными провалами глазниц-окон цехов  за гостем.  Он уже собирался проехать мимо, когда в одном из окон дрогнул свет которого там не должно было быть. Пангор нажал на тормоз и притормозил.  Машина остановилась у перекрученного шлагбаума, покрытого ржавчиной и облупившимися предупреждающими табличками. Пангор заглушил мотор и нажал тангенту.

— Центр, это Селивандер. Значок ноль-семь-семь-пять. Фиксирую активность на территории бывшего зеркального завода. Выхожу на проверку. Признаки несанкционированного проникновения. Выхожу на осмотр. Приём.

В динамике прошипело полсекунды.

— Принято, семь-семь-пять-один. Зафиксировано.

Он пристегнул нагрудную камеру, проверил индикатор. Зелёный диод моргнул дважды: запись активна.   Он толкнул дверь машины и вышел. Холодный воздух ударил в лицо, пахнущий сыростью, окислившимся металлом и чем-то едким возможно, старым лаком или аммиаком. Битое стекло, покрывало двор толстым искрящимся слоем. Обходя острые осколки Пангор двинулся ко входу.

Подпись автора

Хронология эпизодов
Визитка

В плане Моргана вовсе не входило этим вечером сидеть на заброшенном заводе зеркал. Он приехал к приятелю Годфри, чтобы посетовать на то, что тот не сообщил о своей свадьбе,  а заодно распить с ним бутылочку‑другую пива за такое дело.

Однако вместо дружеских посиделок он застал Годфри за оживлённым разговором с новоиспечённой женой и вскоре узнал, что случилось нечто ужасное. Их общий знакомый Мартин, который тоже учился с ними в школе В. Эллингтона (правда, был младше и ходил в другую группу), кажется, заразился той самой опасной бердеррской лихорадкой, о которой так много писали в газетах и в сети.

— До сих пор не могу поверить в то, что ты отпустил свою женушку в Преисподнюю, — когда они шли по коридору в сторону помещения, где был Мартин, заметил Морган, мельком посмотрев на Годфри, который показался ему мрачнее тучи.

Он специально в шутливой форме назвал Лоррейн «женушкой», чтобы хоть немного сгладить ситуацию, но, кажется, сделал только хуже. Неловкая пауза повисла в воздухе, и Морган мысленно обругал себя за неудачную попытку разрядить обстановку.

Когда они оказались в помещении, где находился Войц, тот уже благополучно пришел в себя. Поставив коробку с пивом, которую взял с собой и привёз к Годфри на квартиру, на пол, Морган достал одну бутылку и передал стоявшему рядом приятелю. Ему показалось, что тому сейчас нужно что‑то, чтобы унять нервы. Вторую бутылку он взял сам, механически покрутив крышку, прежде чем открыть.

— Интересно, ему можно пиво или лучше не стоит? — задумчиво произнёс Морган как раз в тот момент, когда Мартин в очередной раз подал голос.

Открыв бутылку, Джованни сделал первый глоток и внимательно посмотрел на Элиаса. Он приподнял брови в немом вопросе, словно спрашивал: «Скажем правду или придумаем официальную версию?», а затем снова перевёл взгляд на Мартина, оценивая его состояние.

— О нет, я здесь вообще по чистой случайности, — подняв руки вверх и продемонстрировав ладони (при этом в одной руке он всё ещё придерживал бутылку с пивом), сказал Морган, решив ответить по крайней мере на один из заданных вопросов. — Заводы, к тому же, — это не по моей части. Предпочитаю заброшенные особняки. На готику девчонки ведутся больше, — на его лице появилась кривая ухмылка.

Очередная попытка разрядить обстановку далась ему с трудом: в голове всё ещё навязчиво вертелась мысль, что прямо сейчас, в дальней части завода, Лоррейн и её мёртвый приятель — тело которого заняла неизвестная сущность — собираются отправиться в ад. Он даже хотел было предложить Годфри не терять времени и остановить их, пока не поздно, но не стал подавать голос, понимая, что может сделать только хуже.

— Вижу с чувством юмора у тебя все также, значит жить будешь, — следом добавил Джованни. — Ты как вообще себя чувствуешь? Нет желания убивать? Есть человеческую плоть или… мозгиии?

- Прости, приятель, но ты точно не в моем вкусе, - хмыкнул Мартин в ответ на вопрос Моргана о том, не появились ли у него странные вкусовые пристрастия. Есть магу не хотелось: ни человеческой плоти, ни чего-то более привычного, вроде бургера или картошки фри. Хотя одежда уже успела высохнуть, чуткий нос медиума все еще улавливал аромат бергамота, пропитавший ее и заставлявший Войца едва заметно морщиться.

Он внимательно оглядел Годфри и Джованни. Те вели себя так, словно для них посиделки на заброшенном заводе в компании запертого в защитном круге человека – это нечто само собой разумеющееся. Словно они собираются так каждую пятницу, чтобы за пивом обсудить события прошедшей недели, и это не могло не вызывать подозрений.

Мартин поймал брошенную ему бутылку воды, но пить не стал. Вместо этого посмотрел на циферблат наручных часов, после чего снова перевел оценивающий взгляд на менталиста. Вид при этом он имел такой же, как собака со знаменитого интернет-мема.

- Значит говоришь большая библиотека? – выразительно выгнув брови, поинтересовался Войц у Дерека.

Впрочем, развить эту мысль медиуму не удалось, потому что его скрутил приступ кашля. Прикрыв рот ладонью, медиум отвернулся от бывших однокашников. Все-таки ему нужно было настоять на том, чтобы Лора отвезла его в больницу. На что она надеется и почему не понимает, как сильно рискует собой? Конечно, библиарии – это мирная ложа, но они наверняка отлично защищают свое собрание, иначе к ним давно всякий желающий мог заглянуть как в самую обычную библиотеку.

- Вчера работал на вызове в музее Аверграсса, после этого меня и начало колотить, - оторвав руку ото рта, Мартин вытереть ее о штанину черных джинсов, потому что увидел на ладони явные кровавые разводы. – Вначале думал, что это банальный отходняк после использования магии, но как видите.

Обессиленный Войц снова рухнул на лежанку посреди защитного круга. Какое-то время он тупо пялился в потолок, стараясь унять учащенное сердцебиение, после чего снова посмотрел снизу вверх на своих «надсмотрщиков».

- А если библиотека такая большая, почему она пошла туда одна? Или вы что-то не договариваете? – отдышавшись поинтересовался Мартин, поочередно изучая вампира и мага лихорадочно блестящими голубыми глазами. – Неужели со мной не справилась бы одна «нянька»?

Медиум посмотрел на Дерека:
- Как это вы, мистер Годфри, отпустили свою жену одну? – Войц перевел взгляд на Джованни. – Ты в курсе, что эта парочка поженилась, или тебя, как и меня, на свадьбу не пригласили?

Мартин зябко передернул плечами от озноба, после чего продолжил:
- Откуда вдруг взялись эти чувства?

Тяжёлая металлическая дверь была приоткрыта, и Пангор проскользнул в проём плечом вперёд. Луч тактического фонаря рассёк воздух, выхватывая из темноты густые взвеси пыли, которая кружилась в свете, как мелкий снег, медленно оседая на скелетах конвейерных линий, на ободранных пучках проводки, свисающих с балок, на массивных корпусах гидравлических прессов. Цилиндры машин, покрытые коркой окислов и застывшей смазки, напоминали обглоданные рёбра спящих чудовищ с остатками почерневшего мяса. Цех уходил в темноту, напоминая заброшенный собор индустриальной эпохи.

Пангор прикрыл глаза на долю секунды, и невидимые нити ветра сплелись вокруг его головы в тонкий, плотный кокон, отсекающий взвесь, которая, сталкиваясь с границей воздушного поля, огибала его. Сделав это, Пангор продвигался дальше, двигался осторожно, ставя ботинки так, чтобы не порезать их об осколки и не шуметь.

Вдоль стен и на линиях громоздились листы зеркал. Большинство расколоты паутиной трещин; луч фонаря дробился в них, рождая десятки блеклых, смещённых отражений. Где-то амальгама отслоилась чёрными проплешинами, обнажая тусклое стекло. Лабиринт двойников.

Луч выхватил свежие следы на пыльном полу. Он остановился, приглядевшись, и немного наклонился, чтобы нагрудная камера зафиксировала их.

— Четверо, возможно, пятеро. У одного волочащаяся походка. След тянется, носок не отрывается полностью. Опирался на соседа или тащили. Пыль не осела.

Пангор нажал тангенту:

— Центр, Селивандер, — он говорил тихо, не отрывая фонаря от траектории следов. — Обнаружены следы. Четверо или пятеро. Продолжаю отслеживание. Приём.
— Принято, ноль-семь-семь-пять.
–Конец связи.

Следы уходили вглубь цеха, петляя между зеркальными плитами, и вели к металлической лестнице на второй этаж. Сверху донеслись приглушённые голоса, и Пангор погасил фонарь и заглушил рацию до минимума, чтобы не выдать себя помехами. Оказавшись на втором этаже, где когда-то располагались операторские и диспетчерские, он шёл на голоса. Обрывки разговора начали достигать его ушей из двери в конце прохода, и, чем ближе он подходил, тем более знакомым голос казался.

— Войц… ты завёлся с нихера... Мы же не знаем, с чем имеем дело…

Звук открываемой банки.

— …свадьбы и не было… чувства были… просто момента не находилось…

Тут он был уже уверен, чей голос звучал. Элиас. Муж Лоры.

«Войц? Элиас? Что они тут забыли?»

Пангор медленно выдохнул, остановившись у двери, из-за которой шли голоса. Пора было входить. Он достал фонарик и, толкнув дверь, включил его. Картина, увиденная им, озадачила его. Переводя свет фонарика на каждого, он задержал луч сначала на Элиасе, затем на сидящем в пентаграмме мужчине, при взгляде на которого Пангор медленно натянул на нос медицинскую маску, висевшую до этого на шее. Перед выездами в полиции  показали живописную презентацию из Бонно и дали инструкцию в присутствие  болезненно выглядящих людей надевать маски. А парень в пентаграмме выглядел неахти...

–Интересные у вас мальчишники, мистер Годфри

Подпись автора

Хронология эпизодов
Визитка

Эл замер, услышав шаги Пангора за мгновение до того, как тот подал голос. Отлично. Просто великолепно. Только копа, обнаружившего их в компании зараженного, которого они скрывали, и не хватало, чтобы сделать этот вечер бомбическим, на сто процентов незабываемым.

Банка пива в руке Годфри заскрипела, деформируясь под давлением пальцев – с такой силой он в нее вцепился. Обернувшись к Селевандеру, он смерил мужчину настороженным взглядом с ног до головы, подмечая и прицепленную к груди камеру, и рацию на поясе, и кобуру с оружием. Они с небывалой скоростью продолжали тонуть в дерьме, когда казалось, что хуже уже быть не могло, но Эл все же разомкнул губы в намерении заговорить, исправить ситуация хоть как-нибудь; Мартин, правда, его опередил.

А лучше бы молчал.

Элиас только и успел, что переглянуться с Морганом, прежде чем изо рта Войца вырвалась та дрянь, которую он озвучил. Юноша круто развернулся, сталкиваясь полным удивления и гнева взглядом с темными, мутными глазами бывшего одноклассника.

Он хотел задеть или же это вышло случайно?

Хотя, зная Войца, едва ли что-либо было сказано необдуманно.

Эл скрипнул зубами. Ему было, что ответить. Он бы с превеликим удовольствием сообщил Мартину, что не претендовал на место Мортеля в сердце Лоррейн (и вряд ли это когда-то случится), но ему там тоже было место – вот и все. Вот так до одури просто. И Элиас был бы только рад сказать и ему, и Моргану, что брак между ними заключен лишь на бумаге да и то по глупой случайности, а развестись они не могли ввиду существовавших законов; однако они с Лорой уже выбрали тактику, и Эл не был тем, кто мог решать за них двоих. К тому же, сейчас здесь был посторонний.

Где-то в желудке неприятно защекотало, и Эл поморщился. Его с таким трудом поддававшаяся контролю магия зашевелилась на фоне эмоций – неудивительно, но чертовски не вовремя. Годфри глубоко вздохнул, но это не сработало. В голове роем, воем пронеслись события последних дней: дурацкое свидетельство о заключении брака, перманентная актерская игра перед родителями, приятное, но оставшееся пылью недосказанности в легких вынужденное свидание, однозначные взгляды Селевандера в сторону Лоррейн, которые почему-то нервировали, их ссора, эти ее странные, несуразные слова, на которые он не знал, как реагировать, и тревогатревогатревога, помноженная на едкие слова Мартина.

Не слишком много для него одного, нет?

Оставив банку прямо на пол, Элиас прикрыл глаза и прислонил прохладные пальцы к вискам, массируя их. Он понимал, что сейчас совсем не та ситуация, в которой можно давать волю эмоциям и срываться. Нужно разобраться с Пангором. Нужно заткнуть Войца. Нужно дождаться Лору, не забыв о ней до тех пор. Отвратительно много всего нужно сделать, что требовало холодного ума. Не эмоций.

Да, точно.

Не эмоций.

Годфри давно научился захлопывать ментальные двери перед эмоциями других, чтобы не свихнуться, но ни разу не пробовал отгородиться от своих собственных. И вот сейчас, представив коридор с десятками распахнутых дверей, Элиас методично закрывал одну за другой – с характерным щелкающим звуком поворачивавшегося в скважине замка. Дышать сразу стало легче. И Мартин с его словами показался дурным придурком, не стоящим внимания, и Пангор с его полицейской официозностью не напрягал больше.

Внутри стало так тихо, как никогда не было.

И пусть бы всегда так оставалось.

Но Войц продолжал что-то говорить, или, может, Элиасу просто показалось, и он договаривал еще тот бред про сердце Лоррейн, но все внимание Годфри тут же сосредоточилось на маге, стоявшем в защитном круге. Карие глаза вдруг потемнели – почти так же, как у самого Мартина, – и Эл театрально вздохнул.

– Войц, ты так утомляешь своей болтовней, – ровным тоном проговорил он. – Ты же, вроде, болеешь. Вот ляг на матрац и заткнись.

А потом юноша приподнял руку – цветные камни перстней тускло сверкнули в освещении зала – и резко согнул пальцы. Он не сводил с Мартина пустого взгляда, когда шея последнего противно хрустнула, и медиум тряпичной куклой упал на пол.

– Так-то лучше.

Однако блаженной тишиной не дали насладиться… не то Пангор, не то Морган – Эл просто услышал звук движения позади, и отчего-то именно в тот момент в голове возникла идея поддаться навязчивой силе внутри.

Годфри приоткрыл рот, и с его губ сорвался темный, как ночь, мотылек. Один, затем второй, третий, и еще, и еще, и еще. Они разлетались в стороны черными неуловимыми пятнышками, и вскоре Элиас почувствовал, что ночные создания отделяются и от кончиков пальцев, и от прядей волос – от него всего, – продолжая это делать до тех пор, пока маг не исчез вовсе.

Теперь он мог десятками крыльев упорхнуть сквозь прорехи в окнах и дыры в потолке. Так, словно его здесь никогда и не было. Так, словно все это – ужасный сон.

Разумеется, Элиас этим воспользовался.

Не оставленный же бардак убирать.

Отредактировано Дерек Элиас Годфри (Сегодня 18:55)

Подпись автора

Хронология