Этим вечером дворец герцогов Кастильских был полон самых лучших, богатых и влиятельных людей Тезеи и не только её. Официально мероприятие давалось в поддержку воинов, пострадавших во время военной кампании, и несколько блестящих, хоть и слегка раненных офицеров здесь сегодня действительно присутствовали, приковывая к себе сочувственные и восхищённые взгляды дам.

Благотворительный бал был высшим проявлением светского престижа. Здесь не просто танцевали — здесь вершились дела милосердия государственной важности. Вдоль стен парадной залы стояли изящные столики, за которыми самые знатные дамы королевства продавали благотворительные лотерейные билеты, дорогие безделушки и цветы, а собранное золото и банковские билеты демонстративно опускались в запечатанные серебряные чаши. Попасть сюда считалось долгом каждого аристократа, а сумма сделанного пожертвования красноречиво говорила о весе семьи в обществе.

Богатое убранство главной залы поражало своим размахом. Дворец был построен полтора века назад, а тогда на оформление не скупились. Сводчатые потолки были покрыты искусной фресковой живописью и позолоченной лепниной, в которой утопали гигантские каскадные люстры. Тысячи свечей заливали помещение ослепительным  светом, дробящимся в зеркальных панно и начищенном паркете из редких пород дерева. Тяжёлые портьеры из пунцового бархата с золотым шитьём обрамляли огромные окна, а в воздухе витал аромат сотен живых роз.

Посреди этого блеска Райнер фон Эйнберг выглядел настоящим королем. Разумеется на столь патриотическое событие он явился в своей парадной военной форме. Поскольку в юности герцог служил в кавалерии и проливал кровь за корону при защите восточных рубежей, к своим двадцати семи годам он уже носил звание полковника гвардейского кирасирского полка Его Величества. Его парадный мундир глубокого тёмно-синего цвета плотно облегал широкие плечи и мощную грудь. А высокий стоячий воротник, расшитый золотыми дубовыми листьями, подчеркивал гордую посадку головы и жесткую, упрямую линию его волевого подбородка. На левой стороне груди теснились боевые ордена и кресты за отвагу, а через правое плечо шла широкая муаровая лента. Мундир подчеркивал идеальную военную выправку и властный статус, заставляя окружающих невольно расступаться перед фигурой железного герцога.

Райнер фон Эйнберг и его хрупкая, изящная супруга Клементина заняли свои места на небольшом возвышении у центральной анфилады залы. Обязанность встречать рядовых гостей лежала на церемониймейстере, но как только лакеи распахивали двери перед фигурами первой величины, хозяева бала лично делали шаг навстречу.

— Чрезвычайный и Полномочный Посол Империи Лаир, герцог де Бехар! И граф де Санта-Круз!

Родриго де Маркес, бывший в Лаире ещё и графом де Санта-Круз, чинно шел бок о бок со своим начальником. Оба лаирца, затянутые в безупречные вечерние фраки, являли собой образец южной элегантности. Приблизившись к хозяевам бала, они одновременно остановились и отвесили глубокие, идеально выверенные поклоны.

— Ваша Светлость, — голос Федерико де Оро прозвучал с исключительным почтением. Посол бережно принял руку Клементины, запечатлев над её перчаткой едва весомый поцелуй. — Примите моё искреннее восхищение этим великолепным вечером. Особняк Эйнбергов сегодня затмил своим блеском всю Тезею. Рад видеть вас в столь добром здравии, герцог.

— Благодарю, господин посол, — Райнер сдержанно кивнул, пожимая руку Федерико, а затем обменялся крепким рукопожатием с Маркесом. — Лаирское посольство всегда в списке наших самых желанных гостей. Позвольте выразить признательность за то, что нашли время поддержать наших раненых офицеров.

— О, долг каждого честного дворянина — чтить мужество тех, кто проливал кровь за корону.

Подпись автора

Анатомия порядка ◈ Визитка ◈ Твинки ◈ Хронология

Воистину, таланты Джеймса Александра Мура были неисчислимы, а главное – природа наградила его руками, растущими из нужного места. Шнуровка корсета не казалась ему особенно сложным занятием, особенно если учесть, сколько десятков этих пыточных приспособлений ему доводилось расшнуровывать. Обратный процесс оказался ничуть не труднее.

– Всё, достаточно, Джо. Тебе всё-таки надо как-то дышать. Герцог вряд ли оценит, если ты упадешь там в обморок.

Легонько похлопав сестру по спине, мужчина оставил ее заканчивать туалет, а сам удалился, чтобы освежиться бокалом легкого вина и закончить собственные сборы.

Его Светлость потребовал, чтобы Джеймс и его сестра сыграли роль супружеской пары с юга Кастилии – барона и баронессы Ангенбург. Требовалось соответствовать легенде, поэтому к выбору одежды Мур подошел с особой тщательностью.

Темно-графитовый сюртук из тонкой шерсти, чуть более свободного силуэта, чем диктовала нынешняя мода; такие же брюки с атласными лампасами по внешнему шву; темно-серебристый парчовый жилет с неброской вышивкой; белоснежная накрахмаленная рубашка со стоячим воротником и такой же белый шейный платок. Из фамильных украшений при нем были лишь отцовские запонки да золотые часы на цепочке, которые барон Батлер вручил сыну в день его вступления в охотничью ячейку.

Однако помимо обычного джентльменского набора у Джея имелось и кое-что поинтереснее: небольшой револьвер во внутренней кобуре под сюртуком с несколькими освященными патронами, пакетик ангелики и тонкий кинжал, скрытый в рукаве. Именно поэтому сюртук был сшит особым образом, позволяя надежно скрывать всё это от посторонних глаз даже во время движения.

Вообще оружие полагалось сдавать еще при входе, а лучше и вовсе являться без него. Но это касалось тех, кто приезжал на бал развлекаться, а не нести службу.

Выразив почтение хозяевам торжества в полном соответствии со строгим протоколом, Джей и Джо расположились у одной из колонн, откуда открывался прекрасный обзор всего бального зала.

– А чем не барон? – насмешливо приподняв бровь, вполголоса произнес Мур, – Вполне мог бы им быть, если бы не злодейка судьба.

И действительно, признай барон Батлер когда-то Джеймса законным сыном, со временем именно ему перешел бы этот титул. Но история их семьи сложилась иначе, и Муру оставалось довольствоваться лишь временным, выдуманным именем. Впрочем, жаловаться он не собирался.

– Не суетись, дорогая, – добавил он еще тише, галантно беря девушку под локоть, чтобы их разговор не расслышал никто из окружающих. Его сестра обладала абсолютным музыкальным слухом и без труда различала слова брата даже сквозь нарастающий гул начинавшегося торжества.

– Не избегай смотреть людям в глаза и не оглядывайся через плечо. А если заметишь что-нибудь действительно интересное – сразу дай мне знать.