Хэй СюэЛон, такое имя он носил при рождении, был единственным сыном бо Хэя из Ганты, что примерно равно графу в Тезее. Но родился он под несчастливой звездой и не выйдя еще из детского возраста узнал, что болен и долгой его жизнь не будет. Кости мальчика медленно разрушались и каких бы докторов не находил к нему отец, ни один так и не дал лекарства или хотя бы какой-то надежды. Потеряв надежду на еще одного сына, уже не молодой бо Хэй потратил немало денег, чтобы вернуть здоровье Лон-эру, и состояние поместья таяло с каждым годом. Благородное семейство могло остаться разоренным и без наследника, ведь доктора, как могли, затягивали течение болезни, но не могли излечить ее.
Взрослеющий СюэЛон отказался смириться и с нищетой, и с болезнью. И покуда еще был способен сам ходить, не гнушаясь никакими методами и никаких компаний, он искал решения своих проблем. Так семейство бо Хэй оказалось связано с миром торговли людьми, подпольных боев и больших денег. Отец возражал, не желая связывать древний род с подобной деятельностью или жить на деньги, добытые таким путем, но не сумев оплатить законными деньгами очередного доктора, смирился и позволил сыну делать то, что он сочтет нужным.
Время шло, СюэЛон достиг возраста, когда иные юноши уже обзаводятся семьей, но найти ему подходящую партию оказалось не простой задачей. Выходить замуж за постоянно мрачного юношу, что ходит с палкой, а иной раз и вовсе не может стать с постели, которому прочат дожить хорошо, если до тридцати лет, никто не хотел. Да и сам он не стремился жениться, понимая, что едва ли сможет завести детей, пока не излечится от своего недуга. Но все изменилось, когда в их поместье поселилась кузина СюэЛона ДзинЛин. ЛинЛин милая и жизнерадостная девочка на десять лет младше СюэЛона изменила тяжелую атмосферу поместья. Приехав из провинции по решению родителей, чтобы найти себе достойного мужа, девушка совсем о замужестве не думала. Она с интересом бродила по улицам столицы с компании подруг, которым довольно быстро обзавелась, а иной раз и кузена, уговорив того на неспешную прогулку.
Вот только болезнь давала о себе знать, и он все реже покидал поместье, даже ради прогулки с кузиной. Однако от этого их общение становилось только ближе и в дни, когда СюэЛон не мог встать с постели, она устраивала для него представления или играла с ним в игры, которые не требовали движения. Ему даже иной раз казалось, что жизнь может быть вот такой, наполненной теплом и заботой, если бы болезнь и способ заработка не напоминали о себе всякий раз. О том, что же за бизнес ведет СюэЛон всем причастным было под угрозой смерти запрещено рассказывать ЛинЛин. У него было достаточно влияния и денег, чтобы сделать это правдой. Он влюбился в нее так сильно, что даже мысль о том, что что-то ее запятнает, вызывала в нем отторжение.
Переживания плохо сказались на здоровье старого бо Хэй и пока он был еще жив, видя, как ДзинЛин заботится о его сыне, он просил ее выйти за него замуж. И даже если лекарство не будет найдено, последние годы жизни сына не будут одиноки, а она получит в наследство и имение и все деньги семьи, с которыми повторный брак не станет проблемой. Согласилась ли девушка из жалости или корысти, но брак был заключен, хотя и не мог быть консумирован из-за все ухудшающегося состояния здоровья СюэЛона. Она честно говорила, что ее любовь к кузену отнюдь не романтическая, но готова была заботиться о нем до самого конца. Отец умер немногим после свадьбы, оставив титул бо сыну.
Пять лет прожили супруги вместе, понимая, что каждый год может стать последним. Лечения не было, не было никакой надежды, но ЛинЛин продолжала делать все, чтобы ее муж находил повод улыбнуться, пускай и через постоянную теперь боль.
Тем временем помощник в делах, что теперь осуществлял все связи СюэЛона с партнерами и клиентами, продолжал искать лекарство для своего господина. И одним днем он принес СюэЛону заветный пузырек с густой красной жидкостью, обещавшей чудесное исцеление от любой болезни, но стоивший целое состояние.
Тот, кто продал это снадобье не уточнил ни состав, ни принцип действия, возможно он и сам не знал, что же это такое. Но эффект был и был он куда сильнее, чем мог ожидать СюэЛон. Он очнулся в гробу, в белых одеждах, совершенно не понимая, что же с ним произошло. Подготовленный к захоронению, гроб стоял в комнате предков перед табличками, печальная вдова сидела рядом, когда крышка открылась и бедный, но вполне живой СюэЛон поднялся и впервые за годы сам выбрался и встал на ноги.
Вот только с излечением изменилось и поведение СюэЛона. Жажда крови заставила его убивать и первыми жертвами стали слуги поместья. Теперь он бодрствовал исключительно ночью. И даже брак, который был лишь договором, удобным для обеих сторон и который должен был теперь быть аннулирован, он не намеривался расторгнуть, освобождая девушку от обязательств, которые она дала, пока он был болен. Напротив, испытывая к ней поглощающую его любовь, он взял ее силой.
ДзинЛин боялась собственного мужа, считая, что в того вселились демоны, но он запер ее в поместье и спастись ей не удавалось. Тогда она приняла единственное решение, которое могла – она убила себя. Обезумевший от горя СюэЛон не мог похоронить жену и продолжить жить без нее, но и вернуть ее к жизни он не мог, а потому нашел колдуна, который связал его душу с душой ДзинЛин, чтобы в любой новой жизни он мог найти ее вновь, где бы и когда бы ее душа не переродилась.
СюэЛон продолжил жить в поместье. Шли годы, и он понял, что совсем не меняется. Тогда он подделал документы и стал собственным бастардом – наследником титула бо. А после вновь провернул подобный же фокус. Обретя здоровье, он больше не прятался в поместье, а напротив, стал активно участвовать в жизни государства, не бросая и свою прежнюю деятельность, а напротив, разворачивая собственную незаконную империю.
Ему пришлось ждать больше столетия прежде, чем он почувствовал, что сердце зовет его в путь. Туда, куда звала переродившаяся душа его возлюбленной – в Тезею, где в последствии для удобства он взял себе еще одно имя – Генри Лонг. |
.jpg "Братислав, 22 поста")
