Любовники смерти - это...
Первый авторский кросстайм. События игры параллельно развиваются в трех эпохах - во времена легендарных героев X века до н.э., в дышащем революцией XIX веке, и поражающем своими технологиями XXI веке.
ORIGINALS UNIVERSE
13 years crosstime
НОВОСТИ
от 31.12.2023
КВЕСТ
Темный гость
АКЦИИ
нужные персонажи
КОНКУРС
АНТИРОМАНТИК

Любовники Смерти

Объявление

СЮЖЕТ
984 г до н.э.
1881 год
2026 год
НОВОСТИ

В настоящий момент на форуме разрабатывается новый сюжет, который будет посвящен XX веку. Кроме того, X век до н.э. уже успешно стартовал и вы можете принять в нём участие!

Жанр: Авторский мир, городское фентези, мистика;
Рейтинг nc - 21
ПОБЕДИТЕЛИ НЕДЕЛИ Маги ❂ 13 постов


Вендиго сердито заворчал, уклоняясь от атаки хозяйки дома, мгновенно позабывшей о своих словах и обещании помочь, едва ей довелось столкнуться с истинной сущностью Сэма. Его низкий рык больше походил на предостережение, чем на дикий рев разъяренного зверя.
Уходя от нападения внезапно отрастившей когти женщины, монстр отскочил в сторону, опрокинув журнальный столик, с шумом отлетевший в стену. Служившее столешницей толстое стекло треснуло и рассыпалось на осколки.
- Еси ты душь, что я собсь тебе эт опть, то сио ошься, - невообразимо коверкая слова, угрожающе предупредил Сэм, человеческая сущность которого все еще упорно боролась с черная магией, трансформировавшей тело мужчины. Впервые переродившись, он пока еще сохранял человеческие привычки, а потому считал своим долгом предупредить, что не будет возмещать стоимость поломанных вещей, раз драка началась не по его инициативе. Он пришел по приглашению и не заслуживал подобного приема.
В груди Сэма поднималась темная волна возмущения и гнева. Голос, казалось, не принадлежавший ему самому, упорно нашептывал на ухо оскорбительные слова, обвинял женщин в лицемерии. «Они все такие… Они смеются над тобой. Эта тоже не сдержит своего обещания. Лгунья, перегрызи ей глотку!» - скверные мысли колючей канвой вплетались в его сознание, причиняли боль, тревожили душу, открывали темную пропасть будущего, где его не ждало не только окончательное превращение в монстра, но и предательство той, кто подарила робкую надежду на спасение. Вновь отпрыгнув в сторону, вендиго облизнулся, неожиданно обнаружив, что внимательно прислушивался к сердцебиению Ровены, думал о том, какова на вкус ее плоть, похожа ли она на сочную оленину, которой он недавно поужинал. Живот тут же предательски свело, поутихший было голод вновь бесцеремонно напомнил о себе.
«Если откусить от нее, то превращусь обратно в человека?» - Сэм не хотел думать о подобном, но навязчивый вопрос сам собой незаметно прокрался в его разум. Ведь он так и не успел узнать, подходило ли ему только человеческое мясо, или вампиры, ведьмы и прочая шваль тоже годились. Он мог бы стать чистильщиком. Взял бы на себя благородную миссию, с которой не в состоянии были справиться люди, освободил бы планету от иных, сожрал бы их всех, раз они имели наглость испоганить его прекрасную жизнь.
Монстр, поселившийся в голове Сэма, алкал крови, жаждал вонзить клыки в теплое тело, почувствовать медленное угасание пульса, требовал раз и навсегда забыть о морали и чести. Перкинс, никогда раньше не поднимавший руку на женщин, с первобытной яростью кинулся на Ровену, стремясь загнать ее вглубь дома.
Он подбирался ближе, отскакивал в сторону, уворачиваясь от острых когтей жертвы, которую еще не так давно считал, если не своей подругой, то весьма неплохой бабой. Сейчас же он хотел только одного – попробовать ее на вкус, узнать способна ли плоть оборотня принести ему хотя бы временное облегчение.
«Оборотень, человек, оборотень!» - его мысли путались, превращались в туманную, не имевшую ни малейшего смысла пелену.
Он вновь подскочил к Ровене, но вместо того, чтобы нанести удар, протянул ей руку, буквально ткнув оголенным запястьем ей в губы.
- Ксай! Я скзал! – зло проревел он, внезапно поддавшись идеи, светлым лучиком осмысления прокравшейся в его помутненное сознание.
Оборотень кусает человека, человек становится оборотнем. Может быть, возможно, ну, пожалуйста… Если его укусит другой оборотень, то в следующую полную луну он поменяет свой вид и станет кем-то менее ужасающим, более человечным.
- Ксай! Ксай! Ксай! – требовал Сэм, тесня Ровену к стене.
Она все равно собиралась его убить, так ей трудно что ли было его укусить, тогда бы он ушел и посмотрел, что произошло бы потом. Сэм не знал, как устроены оборотни, а потому верил в то, во что хотел.
...два... три...
Морган & Октавия & Лора & Рори
Мальчик подошел к машине и заглянул внутрь. Где-то наверху зажегся свет и в окне показалось лицо брата Рори. Однако в отличие от мальчика он увидел не приятного на вид человека, пусть и со странным выражением на лице, а огромное чудовище. Малыш обернулся и увидел Моргана, но не успел принять какое-либо решение, поскольку его быстро затолкала внутрь чья-то грубая рука, а точнее огромная лапа. Дверь захлопнулась и Рори оказался заперт внутри.
Существо село впереди, и машина довольно заурчала. Пока обитатели дома бежали к двери, автомобиль сдвинулся с места и поехал в сторону ворот, которые очень скоро преодолел так, будто бы их и вовсе не было.
Рори испуганно вжался в кресло и открыл рот. Он понял, что совершил большую глупость, когда вышел на улицу, но было уже поздно.
-Рори! – крикнул Морган нечеловеческим голосом. Его гостьи наверняка бы услышали этот крик отчаяния, даже если бы давно спали.
На какое-то мгновение Джованни захлестнула паника. Однако он быстро собрался с мыслями и рванул следом за автомобилем. Автомобиль фактически без труда преодолел закрытые ворота, будто они были всего-навсего иллюзией. Морган почти успел вцепиться в капот, но проскользив на тапочках пару метров встретился лицом с кованными прутьями.
Автомобиль моргнул фарами и двинулся дальше. Морган быстро поднялся на ноги и раздраженно задергал ворота. У него не было под рукой брелка, с помощью которого обычно их открывали, но он быстро сообразил, что рядом есть обычная дверь, запирающаяся на щеколду.
Юноша подбежал к ней и отодвинув засов выбежал на дорогу. Машина быстро удалялась и таяла в темноте зимней ночи, но Морган не собирался сдаваться и рванул с вампирской скоростью вперед. Он бежал так быстро, насколько был способен.
-Морган! – крикнула Лоррейн, – Морган! Кто-то похитил Рори? – впрочем, ответ она так и не получила, поэтому повторила путь юноши.
В отличии от Моргана и подруги она не обладала вампирской скоростью, поэтому могла только пытаться нагнать всех обычным образом. Правда, бежать по сырому снегу в тапочках, одну из которых, кроме того, ей удалось потерять, было довольно сложно.
-Рори! – кричала Лоррейн, не разбирая особо дороги и не чувствуя под ногами землю. Она даже толком не понимала, зачем бежит, ведь было очевидно, что догнать машину на своих двоих ей не удастся. Вероятно, в душе у неё оставалась надежда, что Моргану и Октавии удастся замедлить или остановить похитителя.
Лоррейн даже не поняла, как ударилась обо что-то или об кого-то. Упав на землю, девушка на мгновение потерялась.
"Допрыгался..."
Отец имел обыкновение ворчать, что Рори слишком заигрывается со своими пассиями. Нет, чтобы воспользоваться и успокоиться, либо сразу указать для чего нужна очередная деваха... так, выходит, прав был его старик? Доигрался?
Прокатившись по снегу фактически в обнимку с преследовательницей, молодой оборотень поспешил отползти при первой же возможности и приготовиться позорно тикать, вернее организованно отступать, но... замер. Что-то не вязалось. Например - запах. От девицы воняло и далеко не дешевыми духами.
Кровосос? Да не, чушь, но запах...
- Детка, если мы когда-то переспали, то ты залетела не от меня. Если тебя обидели сосуны - дело другое, я им быстро клыки повырываю, - выдохнул парень, несколько пришибленный всей ситуацией и потому не сообразивший вылезти из небольшого, наметенного ветром сугроба. - И скажи, что дело в кровососах, от тебя этой братией уж крепко воняет.
Будь Октавия обычной девчонкой, она, скорее всего, осознав, что произошло, в ужасе упала бы на снег и расплакалась. Но в данном случае клокочущий внутри адреналин, выброшенный в кровь стрессовой ситуацией, не позволил ей остановиться на полпути. Не без труда нагнав странно светящуюся машину, ей удалось вцепиться в дверную ручку, однако дверь оказалась заперта. Взгляд девушки переместился чуть выше, пронзая прозрачное стекло и вытаращив глаза, она едва не отпрянула в сторону, обозревая существо, сидевшее за рулем. В тот же миг тонкие пальцы, обожженные холодом метала, соскользнули с ручки, и девушка, столкнувшись бок в бок с корпусом автомобиля, почувствовала, что через пару мгновений просто отскочит, как резиновый мячик в сторону, кубарем полетев в близлежащий сугроб. Поэтому, собравшись с духом и судорожно стараясь припомнить то, чему ее учили в школе мистера Эллингтона, попыталась воспользоваться способностями. Приложив усилие, вампиресса воззвала к своей крови, заставляя часть вязкой жидкости выбраться на поверхность, и, создав что-то вроде молота, что было силы ударила по стеклу. Она пока еще не до конца понимала свою руну и не вполне ей владела, а потому не была уверенна в том, что из этого что-нибудь получится. Однако в случае бездействия она рисковала значительно отстать от похитителя, оставив Моргана наедине с чудовищной тварью. читать далее...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Оскар фон Кёниг


Аnkеta: Оскар фон Кёниг

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Старые имена и фамилия персонажа
Хайнц фон Кёниг

Ваше настоящее имя (в реальной внефорумной жизни*)

Национальность персонажа
Тезеец | Расист

Возраст персонажа
117 лет | 14.01.1888

Пол персонажа
Мужской

Фракция
Пневматик-лич
Путь Темного

Социальный статус
Член совета директоров "König Schwerindustrie"

Внешность персонажа
Обычно маги, живущие значительно дольше людей, долгие годы сохраняют свою привлекательность и красоту. В нашем же случае - совершенно иная тема. Барон фон Кёниг подходит под множество эпитетов - и слова "красивый" среди них нет. Он горделивый, суровый, аристократичный - но внешней красотой он, похоже, был обделен с самой юности. Что же говорить о сегодняшнем Оскаре, просуществовавшем уже более века, изрядно попорченным темной магией и далеко не самым здоровым образом жизни - а потом и вовсе умершем, чтобы перейти к иному существованию, в форме лича? Ожившие мертвецы не отличаются здоровьем и красотой, менять же тела барон еще не научился. Для сегодняшнего состояния он, можно сказать, неплохо сохранился, и даже выглядит совсем не старым: что-то около человека лет за сорок - под пятьдесят. Что совсем не мешает создавать впечателние скорее отталкивающее или угрожающее, чем располагающее к близкому знакомству.

Его фигура - высокая, худощавая, но при этом неожиданно крепкая - иногда кажется реликтом столетней давности, каковым в общем-то и является. Особенно - в сочетании с классическими костюмами, винтажными аксессуарами и ретро-авто - популярными, впрочем, среди многих благородных тезейцев. Не намного более приятен барон и на лицо: слегка вытянутая, лысеющая голова; высокий лоб, изрезанный редкими, но глубокими морщинами; острый нос, тонкая кожа, похожая на пергамент, плотно обтягивающий череп и лишь подчеркивающий резкие, хищные черты лица. Мимика его бедна и по большей части неприветлива, движения скупы и точны... А довершают и емко характеризуют складывающуюся картину его глаза. Бледно-серые, водянистые глаза, окруженные тонкой сетью морщин, при всем кажутся самой живой - и самой злонамеренной - чертой всего его облика. 

Характер персонажа
Одним словом - отвратительный.
И дело совсем не в грубости, сварливости, равно как и прочих нехороших людских привычках. Возможно, когда-то так и было - но сегодня мотивы и действия Кёнига, кажется, имеют весьма мало общего с человеческой моралью. Уж точно - не ориентируются на нее и не принимают ее во внимание.
Для Оскара существует лишь одна высшая ценность - он сам, и ради этой ценности он готов пожертвовать практически всем.
Впрочем, лич не одержим жаждой крови и бесцельных истязаний, он едва ли станет трогать тех, кто не угрожает и не представляет интереса. Он умен, этот столетний мертвец, и знает цену миру - но не откажется и от войны, если, по мнению самого некроманта, ему не оставят иного выбора. Для него не существует понятия добра и зла, он вне этих категорий, как и вне категорий мировой свободы и справедливости. Польза для себя и, возможно, обычная блажь, заставляющая пожертвовать пару миллионов какой-нибудь больнице и посмотреть, чем это закончится - вот его мотивы.

В целом фон Кёниг, в принципе, очень напоминает самого обыкновенного тирана от капитализма: ни грамма совести, жажда власти и эгоизм во все поля. Разве что и власть - не самоцель, а очередное средство неведомо для чего. Земные богатства и соблазны вообще интересуют лича достаточно прохладно: в моменты ностальгии о прошлом, пожалуй, и не более. Конечно, потомку старинного тезейского рода приятны роскошные вещи, напоминающие о днях его молодости; дорогой табак и выдержанные вина, желательно - старше его самого; образцы классического искусства и мощные, стильные автомобили, либо кажущиеся музейными экспонатами, либо завораживающие грубой силой. Но все это преходяще: истинную цену представляют совсем другие вещи, скрытые и мистические.
Что же касается окружающих, то к ним барон относится вполне определенно. Он вообще мало кого жалует, кроме себя. Особенно если эти "кто-то" - люди либо вампиры. Первых он презирает за слабость и животную мотивацию действий, вторых - за самоизоляцию и нежелание помогать таким, как он, пневматикам, взять власть в свои руки. А уж если этот человек или вампир верен Ляфиру... Ляфирцев барон ненавидит, каждый из них напоминает ему о трагедии, случившейся в ходе Великой войны, и простить ее - выше его сил.
Нельзя сказать, что Оскар - активный нацист, занимающийся или призывающий к геноциду. Его расизм и нацизм проявляются больше презрением, недоверием и исключительно деловой дискриминацией. Немного проще согражданам-тезейцам, сотрудникам корпорации и членам фамилии, а также ряду доверенных лиц - их лич порой даже считает почти за равных, что для него, можно сказать, уже достижение.

Биография персонажа

Эта история началась четырнадцатого января тысяча восемьсот восемьдесят восьмого года во мрачных стенах первой королевской больницы Турма. К счастью или к сожалению, тем холодным утром ни люди, ни маги, облегчавщие страдания баронессы Адель фон Кёниг, не могли и предположить, кто появится на свет в ходе этих тяжелых, мучительных родов. Именно тогда, в половину седьмого до полудня, будущее чудовище принесло свою первую жертву - собственную мать. Баронесса не пережила осложненных родов, быстро уйдя в шок от массивной кровопотери заодно с токсикозом, и так из него и не выйдя. Лишь чудом ее маленький сын - недоношенный, вялый, синюшно-серый - был спасен усилиями целителей, а может - вмешательством самого Зийира.

Он не был единственным ребенком. Помимо маленького сына барон Фердинанд фон Кёниг уже имел двоих дочерей от первого брака и, если верить слухам, нескольких бастардов из низшего сословия, что в насквозь традиционной Тезее даже в конце девятнадцатого века было вполне привычно. Но так или иначе, именно Хайнц был наследником барона. В те годы корпорации "König Schwerindustrie" еще не существовало - барон фон Кёниг только начинал вкладывать свои капиталы в разработку ископаемых и создавать техническую базу, встречая критику вплоть до откровенного саботажа - но уже тогда, в век промышленной революции, было ясно, что в этом барон не прогадал. Его сын, с рождения лишившийся матери, воспитывался и обучался всему необходимому в родовом поместье - как и следовало дворянину и будушему промышленному магнату - под руководством десятка частных учителей, тренеров и инструкторов при минимуме родительской ласки. Суровый отец был слишком занят, а мать, как уже говорилось выше, не пережила осложненные роды. Несомненно, подобные обстоятельства оказали вполне определенное влияние на дальнейшее развитие характера ребенка, с самого детства не обученного любви, доброте и прочим сентиментальностям. О нет, он пытался быть нормальным - как и все дети, однако в обществе прихлебателей и холопов сделать это достаточно затруднительно.

Неожиданность пришла, как водится, неожиданно. Хотя и не настолько, как могло быть: как-никак, покойная жена барона все-таки была пневматиком. Вот и сын, аккурат к своему четырнадцатилетию, проявил себя в качестве мага. И не просто мага, а, учитывая обстоятельства проявления дара - очевидно мага темного. Барон, надо признать, не отличался глупостью и сразу понял, что это значит - а потому с этого момента его стали готовить к неизбежному Восхождению. Как и положено, он был отдан на Форлак - и забыт на долгие годы, в надежде что такие долгосрочные инвестиции, как подконтрольный маг, пригодятся в будущем. Сам Фердинанд за время обучения первого сына времени не терял, успев жениться во второй раз, завести еще двоих детей, провернуть немало темных дел, способствовавших продвижению его добывающей компании на одну из решающих позиций в стране, и вообще времени не терял.

Хайнц же тем временем, как и положено, напряженно учился на Форлаке. Вначале он стыдился и боялся своего дара - склонности к некромагии, считая, что такое сродство сделает его отверженным, вызовет неодобрение со стороны учителей и товарищей. Оказалось все иначе: с юного некроманта, конечно, не спускали глаз, однако неприязнь если и выражалась, то настолько скрытно и завуалированно, что юноша ее не ощущал. Со временем магия полностью захватила его мысли; врожденный эгоизм, столкнувшись с магическим талантом, породил гремучую смесь, заставлявшую его постоянно совершенствоваться - и Оскар, конечно, принял предложение остаться на Форлаке обучаться до степени Мастера.
Там же, еще в студенчестве, он познакомился со своей первой и последней любовью - девушкой по имени Эшли, с факультета Разума, и - как ни удивительно - ляфиркой по национальности. Больше друзей найти ему не удалось, но в них некромант и не нуждался: у него была его любовь, у него была магия, у него было, в конце концов, наследство в активе - что еще было нужно?
...Мастером на Форлаке он так и не стал. К тридцати годам, спустя двенадцать лет учебы магии, совмещаемой с получением высшего экономического образования, фон Кёниг был срочно вызван в Турм: состояние отца, и так немолодого и здоровьем не отличавшегося, ухудшилось критически, и спустя неделю старик отдал душу Эвелон. Впервые ему хотелось выть от бессилия: вся его магия оказалась бесполезной, при всех талантах ему пришлось смотреть, как мучается его самый близкий и родной человек. И сестры с племянниками, и любимая утешали его, справедливо утверждая, что ни один некромант не в силах помочь умирающему - и он даже согласился, но темный осколок сомнения так и остался в глубине его души навсегда.
После смерти отца Хайнцу перешли и титул с землями, и доля в акциях горнообрабатывающей компании "König Schwerindustrie" - как оказалось, барон в последние годы уже не был единоличным владельцем. Не желая бросать дело отца, он оставил Форлак и взялся за работу в совете акционеров компании, занимаясь магией лишь в свободное время - правда, тратя на компетентных учителей и лицензированные книги немалые деньги. А еще спустя пару месяцев он наконец сделал предложение Эшли - и уже через год сам стал счастливым отцом. Ну, насколько счастливым может быть некромант.

Но в мире ничто ни вечно. Шли годы - и Хайнц, с каждым днем все сильнее уходящий в работу и изучение магии, становился все больше похожим на своего покойного отца. Испокон веков крупный бизнес и политика шли рука об руку - а не испачкаться, трогая руками политику, было невозможно. К началу двадцатого века в Тезее были разработаны едва ли не все месторождения полезных ископаемых, а нужды как политики, так и общества требовали продолжения наращивания производства при ограниченных ресурсах и ограниченном жизненном пространстве, что не могло не вызывать конфликтов между государствами. Война просто не могла не начаться рано или поздно - и однажды она началась.
Сегодня уже никто не сомневается, что нападение, ставшее поводом для войны, было тезейской провокацией. При этом мало кто знает, что настоящим разжигателем войны являлся вовсе не король. Точнее, не только он. Немаловажную роль в нагнетании обстановки сыграли и промышленные магнаты Тезеи, имевшие как рычаги давления на корону, так и определенную уверенность в скорой победе - а король, услышав то, что хотел слышать, не стал и пытаться все исправить. Поделив шкуру неубитого медведя, они все жестоко ошиблись - а барон фон Кёнинг особенно жестоко. Правда, тогда, в начале войны, он об этом еще не знал.

Война продолжалась долгие годы. Пока миллионы превращались в кровавое мясо на передовой, разжигатели войны были в безопасности. Но война пришла и в их дом, казавшийся защищенным: ляфирские бомбардировки Турма в предпоследний год войны были нерегулярными и не такими массовыми, как того хотели показать союзники, но и они собрали кровавую жатву. Именно вице-президент фон Кёниг ощутил эту жатву на собственной шкуре, когда очередная бомбежка зажгла огненный смерч над элитным кварталом, несмотря ни на маскировку, ни на ощетинившиеся в небо батареи ПВО - и в этом смерче заживо сгорели последние из тех, кого он любил. В тот самый день, когда те должны были перебраться в одно из убежищ, подготовленных к наступлению союзников.
Это было за несколько дней до сражения при Мангейме.

Говорят, что взглянувшие в глаза смерти теряют рассудок. Барон фон Кёниг потерял его не глядя. В то время, как прочие магнаты благоразумно покидали столицу на самолетах либо скрывались в убежищах, он оставался в городе и, тратя огромные деньги на оснащение фольксштурма, помогал готовить город к обороне, а время от времени и вовсе улетал в неизвестном направлении. Он не был кадровым военным и не имел в подчинении ни техники, ни солдат - однако немногие живые ветераны той войны вспоминают, как видели размытую темную фигуру прямо на передовой, окруженную мрачными и безмолвными бойцами в амуниции знаменитых Stoßtruppen... Сегодня сложно сказать, участливал ли обезумевший мастер-некромант - незадолго до войны он все-же получил степень Мастера - в боевых действиях с применением магических сил, поскольку такое нарушение Маскарада, если оно и имело место, то осталось без внимания. В конце концов, какая разница?

...После войны барон сильно изменился. Он и ранее не отличался особенным благодушием и жизнелюбием - но после гибели жены и сына от него и вовсе осталась бледная тень. Он все сильнее ударился в изучение магии, добровольно оставил пост вице-президента компании -  а однажды просто исчез.
Год за годом он погружался во тьму, словно искал в ней ответ на все невысказанные вопросы. Как ни странно, он долгие годы оставался на хорошем счету и не попадал в прицел "Мистицизма" - скорее, впрочем, просто хорошо маскировался - даже когда прошел ритуал освобождения от проклятия плоти, став могучим личем, и  обновленный, под новым именем вернулся в родные земли. Совет директоров корпорации, конечно, все понял: у них и самих хватало знакомых пневматиков, вынужденных менять личности, дабы не привлекать внимание. Оскар фон Кёниг, "незаконнорожденный внук основателя компании", к тому же обладающий "блестящими рекомендациями, образцовым образованием и ценным багажом опыта", прошел все необходимые процедуры и занял кресло в совете директоров корпорации. В те годы формальности интересовали немногих.

Преображение окончательно изменило барона, окончательно оборвав все пути назад, к нормальной жизни - отныне его существование искрилось новыми оттенками мрака. Даже фантомные блики пламени и крики, преследовавшие его в кошмарах с того самого дня, стали постепенно затихать, оставляя место неуловимым шепотам на границе искалеченного сознания.

Когда-то он считал, что у его темного искусства есть цель. Сегодня этой целью стал он сам.
Окружение не заметило перемен - даже в правлении корпорации, где он, как пневматик, оказался единственным практически неизменным членом совета директоров за последние сто лет, не было замечено никаких странностей. В том числе - в использовании ресурсов и сил корпорации  в весьма неопределенных изысканиях. За этот век "König Schwerindustrie" сильно разрослась по всей Тезее, не ограничиваясь одной лишь добычей ископаемых и нефтепродуктов, и стала весьма удобным инструментом в руках сына ее основателя.
А он, конечно, совсем не стеснялся ее в этом качестве использовать. И не только ее. В его контактах оказывались весьма и весьма странные люди и организации - и все это время ему удавалось скрываться от бдительных глаза.
До сих пор.

Способности
Некромантия - Мастер I ступени
Специализация: Некромант

Навыки и особенности
- Прекрасное экономическое образование (по меркам столетней давности, правда), оккультные знания и немалый жизненный опыт, в том числе в управлении
- Знание теории магии - не только по своей дисциплине, но и в целом
- Управление автомобилями (все категории, за сто лет научился) и вертолетом (личный вертолет прилагается)
- Аристократические манеры и знание протокола (по меркам Тезеи)
- Знание некромагических ритуалов
- Умение обращаться с огнестрельным оружием (01-04 класс)
- Да и еще много чего, что умеет мужчина в возрасте 100+ лет

Планы персонажа на игру:
Не буду спойлерить, много чего на самом деле

Планы игрока на игру:
Интересно поиграть, принять участие в создании сюжета

Как вы нас нашли?
РПГ-топ

Связь с вами
У Авалон связь уже есть

Игровой стаж?
Лет пять с перерывами

Отредактировано Оскар фон Кёниг (23.09.2015 23:05)

+3

2

http://savepic.ru/7817994.jpg

Код:
[align=center][img]http://savepic.ru/7817994.jpg[/img][/align]

Как следует оформить подпись?

создание персонажа, пост №2;

Что делать с карточкой?

Оформить её в соответствии с инструкцией в этом разделе;

Что делать дальше?

Оформите тему в разделе "события минувших дней"

Не забудьте также отметиться в переписи населения

Тема находится здесь

Если вы не вампир, то не обращайте внимания на этот пункт

К прочтению свита вампиров

Хотите получить лицензию на ношение оружия?

Выдача лицензии

Подпись автора

Ты пришел и говоришь: Авалон, мне нужна справедливость, мне нужен пост. Но ты просишь без уважения, ты не предлагаешь дружбу, ты даже не назвал меня крестным админом.

Хронология

0


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Оскар фон Кёниг