Любовники смерти - это...
Первый авторский кросстайм. События игры параллельно развиваются в трех эпохах - во времена легендарных героев X века до н.э., в дышащем революцией XIX веке, и поражающем своими технологиями XXI веке.
ORIGINALS UNIVERSE
13 years crosstime
НОВОСТИ
от 01.01.2024
КВЕСТ
Темный гость
АКЦИИ
нужные персонажи
КОНКУРС
АНТИРОМАНТИК

Любовники Смерти

Объявление

СЮЖЕТ
984 г до н.э.
1881 год
2026 год
НОВОСТИ

В настоящий момент на форуме разрабатывается новый сюжет, который будет посвящен XX веку. Кроме того, X век до н.э. уже успешно стартовал и вы можете принять в нём участие!

Жанр: Авторский мир, городское фентези, мистика;
Рейтинг nc - 21
ПОБЕДИТЕЛИ НЕДЕЛИ Маги ❂ 13 постов


Тишина имеет множество различных оттенков, однако за долгие годы своей жизни Ворон, казалось бы, успел изучить их все. Еще до момента Творения, когда вокруг не было никого и ничего, у него было много времени на то, чтобы проанализировать все это многообразие, пропустить его через себя, а позже, после обретения Эны, наскучить им, ведь когда ты не один, последнее, о чем станешь думать, так это о тишине.
Но сейчас все снова вернулось на круги своя: Киаран опять был один, и уши его, подобно вате, были заполнены Тишиной. Впрочем, то статичное состояние, в котором сейчас пребывал Ворон в положительном смысле значительно отличалось от периодов отчаянного безумия, накрывавших его в тот самый момент, когда безысходность достигала своей наивысшей отметки. Тогда Киаран забывал о том, что некогда носил звание демиурга, и единственное желание, которое у него оставалось, заключалось в одном только разрушении.
- Кажется, я не звал гостей, - хотя Ворон не размыкал губ, в тишине прозвучал хриплый голос, больше всего своим звучанием напоминающий карканье его младших собратьев. Птицы, всегда служившие Киарану глазами и ушами, обладали достаточно склочным нравом и крайне негативно относились к чужакам, решившим покуситься на их территорию.
Хотя абсолютно чужой гостья, потревожившая покой Ворона, для окружающего их мира не была. От женщины исходил свет, заметный даже сквозь сомкнутые веки погруженному внутрь себя Киарану, хотя истинным его источником она не являлась. Свет принадлежал Эне, божественному фениксу, сестре и возлюбленной Ворона, чью силу вместе с яйцом, в котором богиня готовилась к своему новому перерождению, украли пневматики из Третьего мира, в число которых входила и эта самая женщина.
- Хотя какой вежливости стоит ждать от представителей твоего вида, – хотя Киаран оставался молчалив и недвижим, голос, который слышала гостья, постепенно креп, словно набирался силы, отражаясь от стен. Пока еще отдаленно, но в нем уже начинал слышаться тот гнев, что владел Вороном последние пятнадцать лет.
Спустя многие века поисков ему удалось обнаружить след Эны в одном из сопредельных миров, однако вернуть сестру домой он так и не смог. Увы, и боги порою оказываются не всесильны, особенно если пытаются играть на чужом поле. Фигура Киарана взмыла над полом, мужчина раскрыл свои широко расставленные льдисто-голубые глаза и посмотрел на магичку, в свое время разрушившую его последнюю надежду. Он взмахнул рукой, и тело Лоррейн мощным потоком воздуха впечатало в ближайшую стену, или вернее то, что от нее осталось. Хотя мир, созданный Вороном, умирал, дух его был все также опасен, как и в лучшие дни. Усугубляло ситуацию еще и то, что терять ему тоже было нечего. И если раньше Киаран мог позволить себе оставаться гуманным, все прощать и быть спокойным, то сейчас больше всего на свете Ворон желал сломать девчонке хребет и снова погрузиться в тишину, которую она так нагло нарушила. И только лишь на самой границе сознания Киарана мелькнул слабый интерес, заставивший его немного помедлить с расправой:
- Так о какой же помощи ты пришла просить, эгоистичная девчонка?
по горячим следам
Мор & Октавия & Лора & Рори& Эл
-Эл! – воскликнула девушка, обрадовавшись тому, что они наконец-то встретились. Маг выглядел уставшим, но вроде бы твердо стоял на ногах. – Удалось выяснить что-нибудь ещё? – сразу же спросила она, – нам нужно как-то понять действительно ли Темный гость похитил брата Моргана.
Всегда существовала вероятность, что в Смоуке было больше одной твари, похищавшей детей. Девушка невольно вспомнила день Урожая, который в этой действительности прошел спокойно, а в её был довольно насыщен благодаря неожиданно ожившим городским легендам, которые норовили убить всех, с кем сталкивались.
– В нашем дурдоме пополнение? – осведомился Годфри и развел руками, обращаясь уже непосредственно к незнакомцу: – Добро пожаловать на фрик-шоу, прошу познакомиться с нашими монстрами, – процитировал он одну из популярных песен и кисло улыбнулся.
Было видно, что маг невероятно устал и в принципе выглядел как-то болезненно, но едва ли он планировал бросать все на произвол судьбы. Конечно, команда по спасению малолеток собралась внушительная, однако знали ребята лишь часть общей истории (если та была общей). читать далее...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Лилиан Алансон


Аnkеta: Лилиан Алансон

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Старые имена и фамилия персонажа
Блэк, Дюгрей, Стоун, Отэм

Ваше настоящее имя (в реальной внефорумной жизни*)

Национальность персонажа
Уроженка Дюссельфолда / Не расистка

Возраст персонажа
27 лет / 8.01.1978г

Пол персонажа
Женский

Фракция
Проклятая

Социальный статус
Владелица ювелирной империи "Болэйн"
Юридический консультант и спонсор Альфреда Мартина

Внешность персонажа
«Я смотрюсь идеальной поверхностью,
а на деле – осколков груда

Необходимо было скрыть характерные черты «породы» Блэков, дабы не показывать истинной принадлежности своей. Некогда белоснежные волосы теперь окрашены в цвет горького шоколада. Из-за извечных процедур окрашивания мне достаточно много нужно проводить времени в салонах красоты, всё ради того, чтобы шелковистые длинные волосы не превратились в неряшливую копну прожженной соломы. Тонкость и изящество запястий моих скрывают золотые браслеты, увенчанные драгоценными камнями, казалось бы, своим сиянием они способны отвлечь взгляд даже от слона, танцующего румбу, что же говорить о примечании одной из врождённых черт Блэков. Как бы ни были пленительны слегка большеватые глаза цвета крепкого коньяка с примесью крови алой, всё же следовало мне носить линзы глубоких сапфировых, либо туманно-серых оттенков. Зачастую взгляд мой кажется задумчивым. Я была лишена такой стандартной черты девичьей красоты, как пухлые губы. Сие я компенсировала улыбкой, лучшим природным украшением, которое только может быть, ах, скольких же ввели в заблуждение мои поломанные в притворной миловидности уста. Кожа моя тона слоновой кости, я стараюсь как можно меньше времени проводить на солнце, считая его одним из главных ускорителей процесса старения. Ничем не примечательный ровный нос, теряющийся на фоне выразительных глаз и манящей улыбки. Тело, клеть души своей проклятой, я стараюсь держать в форме, посещая фитнес-зал, не позволительно пренебрегать столь соблазнительными изгибами. Походка нетороплива, движения отточены, изящны. В одежде не приемлю ничего вызывающего, предпочитаю искусно сшитые на заказ платья в пол с открытыми плечами или же спиной. В исключительных случаях, когда того требует моя работа, я облачаюсь в строгие костюмы, тем не менее, не лишающие меня женственности, которой я столь дорожу. Мой небольшой рост(168см) компенсируют высокие каблуки. Никогда не гнушаюсь использовать красоту свою для достижения некоторых целей.

Характер персонажа

Разрывная линия соприкосновения с - столь ненавистными для большинства и столь же неотъемлемыми вшитыми кусками в их души - грехами, нарекаемыми смертными.
«Куда это терние не поверни, все станет оно вверх своими спицами
Гордыня, разрушающая купол небесный, возносящая выше всех богов, одаривающая непревзойдённым величием пред всеми простилающимися внизу. Всецелая обращённость на себя. Я требую утоления своей жажды похвалы, истинная сласть впитывать нектар из слов, превозносящих меня ещё больше, в свою очередь, я одариваю ублажающих мой слух людей лишь подобием улыбки, таки я не лишена снисходительной благодарности. Как же я отношусь к людям, омывающим меня подобным «сиропом»? Как к расходному материалу, они не ценятся больше одноразовой посуды, но, право, единицы из них вызывают во мне нотки умиления, какой же наивностью их светятся глаза.
Доведённое до сильнейших пульсаций в висках нежелание внимать всевозможные упрёки.
Демонская твердыня прочно засела внутри меня, сливая корни свои с моей кровеносной системой, становясь неотъемлемой частью жизни.
Просьбами о прощении, молитвами я не оскверняю свой язык.
«Всё, что не убило меня, сильно пожалеет об этом, ибо теперь моя очередь
Меня сложно вывести из себя. Воистину, можно ваять скульптуры в честь заставивших людей моё желание мщения приподняться со дна души, очиститься от паутины времени. Месть всегда подаётся в холодном виде, она может готовиться, долго томиться, ожидать своего выхода в свет годами. К чему спешка? Ради должного удовольствия, полученного от сокрушения недоброжелателей, я вполне способна прождать многие годы. Месть обрушивается лишь на тех, кто оного заслуживает, я никогда себе не позволю опутать губительными сетями дорогих и близких для жертв людей, ведь те никоим образом не виноваты в полоумии моих злопыхателей. В мести ничего под грифом смерти не значится, куда приятнее лишить человека всего, довести до полусмерти, да так и оставить захлебываться в крови под руинами жизни.
Каждый сам за себя. Инстинкт самосохранения доведён до максимума, свою собственную жизнь ставлю превыше всего.
Я отщеплена от всеобщего и столь обыденного древа мировоззрения. Эгоцентрична от макушки до пят. Скромность моя, ровно как и совесть, девственно чиста, вами возможно лицезрение лишь искусных подделок, активирующихся в моменты, когда мне необходимо пустить вам пыль в глаза.
Меня приводит в полнейшее недоумение и гневливость всякий предпринимающий попытки посягнуть на волю мою. Я, воля моя, сознание, тело, абсолютно всё принадлежит лишь мне, никогда не возжелаю поделиться даже крохотной частью себя, подчиниться кому-либо, отдаваясь добровольно на растерзание.
Проще меня постараться убить, нежели справиться с упрямством моим. Но зачем оно вам? Куда больше пользы от живой меня. Необходимо лишь верно подобрать ключи к моему расположению, сия кропотливость не пройдёт вам даром. Главное, чтобы ваш ум располагал к выбору верного ключа.
Мне совершенно нет никакого дела до слов и мнений людских, к ним я особенно равнодушна. Да и из этого выходит достаточно смешливая забава, хлеба и зрелищ не надобно, лишь дайте лицезреть крикливых, бьющихся в конвульсиях глупцов, позволивших их же довести до белого каления невосприимчивостью к «великим» и, безусловно, «значимым» словам, могуществу всего их естества.
Никогда не преклонюсь даже перед самым древним вампиром, иначе это поспособствует образованию трещин на моей безупречной скульптуре – гордости.
«Как пьяные, чем больше вливают в себя вина, тем большей распаляются жаждой
Сребролюбие. Что же ещё может следовать после любви к себе, если не это? Любовь к окружающим, может её, по-вашему, стоит определить на первое место? Устаревший каламбур.
Страсть к деньгам, всепоглощающая, неутомимая, выжигающая всё на своём пути. «Звонкие золотые монеты» отворяют нам все двери, и чем их больше, тем обширнее становятся наши возможности, тем огромнее наши жизненные глотки, чувство насыщения одурманивает, бросая спичку в самое сердце, порождая целые пожарища, ласкающие языки пламени, усиливающие жажду наживы. Никогда я не притронусь к тому деянию, которое не способно обеспечить меня, приумножить богатства мои. Если вы завидите меня за делом, значащимся невыгодным, то просто остановитесь и задумайтесь, правильно ли вы осведомлены. Предприимчивость всегда давала мне свои драгоценные плоды. Купаясь в деньгах, я не привыкла скупиться, окружая себя различными предметами роскоши, к коим я так привыкла. Избалованность и вседозволенность «молокососного» периода оставили свой неизгладимый след.
Блуд. Разве стоит обвинять женщину в том, что она желает приковывать взгляды, пленить собою чужие души, коллекционировать сердца? Лишь в этом я могу повинна быть, но никоим образом не в разврате, он вызывает во мне глумливое презрение. Была бы я не прочь сожжения девиц легкодоступных, очерняющих собою всё таинство женственной природы. Женщина должна быть кудесницей любви для одного мужчины. К чему всё это стремление раздать себя как можно многим? Стоит усмирять щедрость подобную, но так же и не чтить культ асексуального бревна.
Зависть не присуща мне, я способна лишь разжигать её в людях, это порою доставляет несравненное удовольствие.
На чревоугодии и унынии окончательно прерывается линия, ограждая меня от столь обременительных грехов, доставляющих лишь омерзительные жировые складки, неумение пить, закапывание себя в горах наркотических веществ, заколачивающих гроб ничтожными депрессиями, терзаниями души. Сколько же на себе Земля переносила не достойнейших паразитов, зря переводящих кислород, которые не выдержали столь жестокого мира, совсем, как не выдержала душа поэта позора мелочных обид.
Извечно мучаюсь голодом познания, самосовершенствования, достижения новых вершин. Стояние на месте, праздное бездействие подобно смерти умственной, а впоследствии и телесной. Слово данное собою предпочитаю сдерживать, ибо мы все стоим ровно столько, сколько оное, но изворотливых лазеек никто ещё не отменял. Великую дружбу мне сослужило умение располагать к себе. Порой я чересчур заносчива, но в умелых пропорциях, хитросплетениях с иными гранями характера моего сие помогает в делах, не требующих трепетного, излишне осторожного и дипломатичного подхода. Моя совесть не восстанет из мёртвых, присвой я чужую идею, кто не успел – тот опоздал, да и несу собой великое учение: никому не стоит доверять, особенно женщинам, так стремительно желающим охмелить ваше сознание. Вероломна. Последовательна в действиях своих. Невозможно увидеть с моей стороны принятия необдуманных решений. По возможности разрабатываю стратегии, пути входов и выходов из тех или иных сложившихся ситуаций. В моём арсенале обязательно имеются множественные сценарии развития событий, словно несколько параллельных вселенных наполняют мысли мои, сдвиг – появляется новая ветвь последующего расклада, логическое предвидение – моё «всё», иначе даже самая маленькая осечка может стоить жизни.
Женщиной склочной, вызывающе скандальной я никогда не была, даже «сор из избы» не выносила, но я ничего не имела против вынесения за порог хладных трупов мужей своих, ради этого не гнушалась прикладывать свою руку к организации встреч благоверных своих с их умершими и горячо любимыми родственниками. Влияние генов или же всему виной назойливые попытки заточить меня в золотую клеть несвободы, быть может, мною руководили наичистейшие побуждения? Хм, всё имеет место быть. Несмотря на свою неограниченную любовь к яду «Кантарелла», я всё же отдавала предпочтение смертям завуалированным под естественные, важно было лишь грамотно всё рассчитать, но для меня, женщины обладающей чрезмерным умом и коварством, это не составляло особого труда.
Командование явно придумано не для меня, сие пускай радует гнилые души некогда униженных и оскорблённых. Моим же излюбленным занятием является искусная манипуляция, она куда более благородна, тонка, присуща лишь тем, кто не обделён прекраснейшим умом.
«Злодейство носит много масок, и самая опасная – маска добродетели
Скрытная. Никогда не позволяю своим многочисленным маскам ниспадать, показывая меня настоящую, это непозволительная роскошь для меня. Единственное, чего я когда-либо боялась, так это пробитой бреши в грудной клетке, располагающей к потрошению души моей и сердца. Впрочем,  существование оных окружающие любили ставить под сомнение, но предосторожность превыше всего, вполне вероятен факт того, что найдётся дурной, который решит сие опровергнуть. Мне нравится, нет, неверно, я обожаю лгать и вводить людей во всякого рода заблуждения, но двуличной назвать меня никоим образом нельзя, подобное я даже восприму за оскорбление, недалеко и до брошенной перчатки.
Надменно надсмехаюсь над бездумно влюблёнными, они словно заражены проказой, испивающей их здравые умы. Сама я отреклась даже от попыток почувствовать любовь, какие-либо трепетные, сжигающие дотла чувства, искренне считая всё это предвестниками сердечного уродства, ненужными, непростительными слабостями. Воздыхательные чувства, адресованные мне, я возвращала обратно, чужого мне не надобно, тем более столь болезненного, насквозь пропитанного беспросветной глупостью, полагала, что даже делаю спасительное одолжение.
Во время бесед с достопочтенными господами предпочитаю смотреть в глаза, ловить даже еле заметные изменения в мимике лица, очерчиваю линии губ, особенно, если они изломаны в улыбке. Стоит лишь чему-то из этого поставить под сомнение правдивость речей собеседника, как я резко обрываю разговор, игры «я знаю, что ты врёшь, и это забавляет» - не для меня, человек теряет для меня всякий интерес.
Воспитана. Впитала в себя дух интеллигенции века прошлого, не игнорируя постулатов века нынешнего.
Ценительница застывших масляных моментов на полотнах, которых время задело лишь едва, вырванных плавных изгибов из искусственного камня, музыки, пронёсшейся сквозь ни один десяток лет, таинств пленительных движений, ваяющих танцы, которые вызывают истинное восхищение. 
Не вижу ни малейшего смысла в спешке, предпочитаю всё делать размеренно, наслаждаясь каждым моментом, рассечённым плавными движениями.
Активность моя проявляется лишь в целях корыстных, предвещающих большой куш.
Если вовремя не остановить, то моральные устои прекращают для меня существовать, всё благоразумное начинает лететь в тартарары.
Уравновешена. Все попытки оказать на меня какое-либо влияние оборачиваются крахом.
Предпочитаю укрываться вуалью, состоящей из загадок, это значительно упрощает плетение интриг, отвлекает глупцов от моих правдивых замыслов.

Биография персонажа
Артур и Амидеа Дюгрей (Блэк)
Дата рождения: 23 мая 1415. Дизиготные близнецы. Потомки Хелены Кавендиш.
Чистокровные вампиры, связавшие себя узами брака (7 сентября 1512). В семействе Блэков под запретом находилось кровосмешение с иными расами и с себе подобными.  Запретный плод особенно сладок на краю обрыва, над распахнутой пастью смерти. Кто-либо вкусивший данный плод был без бликов сожаления вырезан не только с семейного древа, но и с лица Земли, из его бренного тела выпускали всю кровь, что становилась подобной грязи.
Более четырёх веков Артур и Амидеа не давали потомства. Злые языки полнили землю слухами, начиная с того, что у супруга аллергическая реакция на супругу в виде импотенции, и заканчивая тем, будто благоверная вырезала из чрева своего мёртвых детей, не желая давать жизнь отпрыскам тирана, коим выглядел её муж. Всему виной служила одержимость Артура нумерологией, согласно которой любой потомок, зачатый до марта 1977 года, будет самой судьбой заклеймён на быструю кончину. Каковы времена, таковы и нравы, замешанные на отголосках безумия, преследовавшего каждое поколение Блэков.
Выжидая столько веков и пронося сквозь столетия свои богатства, чета Блэков строила собственную ювелирную империю. Чем больше становилась империя, тем больше становилось покушений на Артура и Амидею, требовалась высшая мера безопасности. По сей день супруги окружают себя вампирами-телохранителями, их дома насыщены системами безопасности, разрабатываемые лишь в единственном экземпляре, в главный офис компании можно попасть после прохождения ряда проверок, ни одна поездка супружеской пары не обходится без сопроводительного кортежа. Имея за спинами лишь чуть более пяти сотен лет весьма самонадеянно отказываться от лишних мер предосторожности. Немного о мере: Блэки с ней не знакомы. Коль истинные души свои им сохранить не удалось, тела их останутся неприкосновенными.
Мартовской ночью супружеское ложе не впитывало в себя эфемерные остатки порочности вампиров, вокруг витала истинная, казалось бы, человеческая любовь, порождаемая слиянием двух тел.
В прошествии трёх месяцев госпожа Дюгрей исчезла из поля зрения на полгода. Артур не желал, чтобы кто-либо узнал о беременности жены. Он вознамерился сразу же после  родов Амидеи передать на ближайшие лет двадцать ребёнка приёмной семье, дабы уберечь оного от Конвента власти (именно благодаря предпринятым действиям Конвент не знает, что Лилиан из рода Блэков, она просто лишь считается деловым партнёром Артура). Всё было согласно его многочисленным планам, фактически лишавшим потомка права выбора жизни своей.
Ледяной ветер, ведомый невиданной истерией, старался прорвать стеклянную оборону, которую столь щепетильно держали все окна дома, стены впитывали в себя торжество момента, ожидаемого свыше четырёх веков. Изнеможенная мать, старающийся из последних сил сдержать дрожь волнения отец, пневматик-демонолог, взывающий к геенне огненной. Изголодавшееся зло пробивает себе дорогу наверх. Завершающий всё клич, напряжение достигло своего Апогея, разливаясь шумными волнами дробящих чувств. Словно удар молота о наковальню, невиданная сила разрывает последнее препятствие, вгоняя себя, словно жизненный бушующий поток, в младенца. Глупцы те, которые утверждают, что ребёнок ничего не может помнить, никаких остатков, оторванных кусков от случившегося. Вкус того самого псевдо возрождения по сей день помнят мои уста, бережно храня в недоступной ячейке подсознания тайну ночи 8 января 1978 года.
Казалось, с самого первого дня мои приёмные родители не были рады сомнительному контракту, подписанному на 20 лет. Недоброе волнение сглаживал факт поступления еженедельной суммы, вмещающей в себя неприличное количество зеро. Некогда бездетной паре пришлось растить меня, ребёнка, таящего внутри себя частицу Преисподней.  Все ночи своего младенчества напролёт я отказывалась спать, чуть ли не разрывая барабанные перепонки четы Стоун. Я уже тогда требовала, чтобы внимание всецело уделялось лишь мне.
Меня не ограничивали ни в чём, старались окружать любовью, должной заботой, лаской, ох, и это не из-за внезапно проявившегося материнского и отцовского инстинкта, всё делалось с оглядкой, таки могли и следить за тем, как они обращаются с ребёнком. Мало нашлось бы смельчаков, решивших погрузить подобного потомка в омут несчастного детства. Меня оберегали, уверяли в абсолютной исключительности, возносили над другими, зарождая нерушимое чувство собственного превосходства. Согласно настояниям моего биологического отца меня стали обучать чтению, грамоте, манерам, ответственности, благоразумию на порядок раньше, нежели других, если вообще сие полагалось детям в подобной форме. Во мне пытались развить чрезвычайно утомительные таланты, это уже тогда мне позволило понять всю суть раздражения. Пианино было мною поломано, красками оказывались «расписаны» стены, пол, отчасти потолок, да всё, кроме ватманов, доносящиеся несуразные звуки из магнитофона только лишь побуждали затыкать уши и кричать, пытаться перебить эти тошнотворные так называемые песни, совершенно не вызывающие желания танцевать. Гувернёров было сменено немереное количество, одной несчастной пришлось выплатить энную сумму за сожженные волосы, я перед ней даже не извинилась, хоть воспитание и требовало оного. Это было моим неким наказанием для неповоротливой и глупой девицы, да как она могла вообще перепутать пудинг и отвратительное яблочное пюре?! Справедливость должна была восторжествовать в виде зажигалки, ну прямо-таки удивительным образом спутанной с расчёской. Именно тогда я и осознала, что большие невинные глаза и чек на огромную сумму денег способны уладить проблемы без каких-либо удручающих последствий в виде наказаний. Бездушно было стёрто правило из моей головы «не твори зла», оно мне показалось более весёлым, нежели дарение лучей добра направо и налево не заслуживающим того никчёмным малознакомым личностям. Вплоть до 8 класса меня обучали на дому, полируя последние 2 года мои мозги дополнительными знаниями, касающимися политики и юриспруденции. Кажется, мои приёмные родители излишне сильно тревожились, выпуская меня на новую тропу жизни, более самостоятельную. И, нет, их нервы скрипели из-за тревоги не за меня, а за всех, с которыми мне предстояло познакомиться в первый день в школе, ибо чета уже сполна вкусила всю горечь моего отличающегося особой сложностью характера.
В любой школе есть сошедшие с ума на популярности негласные королевы, воспитываемые, по всей видимости, в мире заоблачном, сказочном, набитом различными пресмыкающимися тварями нежно-жемчужного цвета, выедающего мои глаза похуже кислоты. Это заведение не оказалась исключением. По всем законам природы, обучаясь дома, я должна была приобрести целый комплект юного неудачника, предпочитающего забиваться в угол потемнее. Ах, стереотипы ещё многим с особым смаком поломают кости. Скверная девица перегородила мне далёким от изящества станом своим путь к спуску по лестнице, лепеча что-то на своём примитивном языке изнеженной розы о правилах поведениях в школе. За реплику про указание направления жертвенного алтаря для особо зазнавшихся представителей блеющих я схлопотала аккурат по лицу. Сдвиг линзы в левом глазу отдался не самым  приятным образом, вызывая режущую боль. Я ничего не в состоянии была разглядеть, но ответить стоило. Ударив в расплывчатый силуэт, я тут же услышала визг, незваная королева кубарем свалилась вниз по лестнице, завершая мною не увиденный пируэт открытым переломом правой руки. Отчитали меня тогда? Если «больше так не делай» принимать за это, то да. Перевели из школы? Да, но не меня, а ту несчастную с переломом и множественными гематомами. Деньги – аналог волшебной палочки в современном мире. Дети, безусловно, не внимают занудным нравоучениям взрослых, но зато с каким усердием они следуют их примерам. Будучи новым лидером среди этих недалёких учеников, я не пыталась наставить их на путь истинный - безупречно безнадёжная трата времени, стадо в любом случае остаётся стадом - ими я лишь помыкала ради выгод своих. Факт того, что я была проблемным подростком, чьи деяния перекрывались деньгами, никак не влиял на учёбу, мой средний балл не был ниже «5», всё ради совершенствования, лучшего, более свободного будущего, учёбы в Историческом университете Валенштайна.
18 лет. На первый курс университета мечты моего мозга я попала благодаря «золотым», что слегка царапнуло гордость, ведь я так была уверена в своём непревзойдённом уме, который и так должен был помочь мне поступить. Мотивирующий толчок жизни для выжимания из себя всех соков, поглощения всё новых и новых знаний целыми потоками, утоляющими информационный голод. Прошло два года. Истекал срок подписанного контракта, семейство Стоунов с каждым днём дышало более свободно, чувствуя приближение долгожданного избавления от меня, выродка тьмы. Могу дать на отсечение любую часть своего тела, уверена, что они пытались окропить меня святой водой, когда я была совсем малюткой, ироды. Меня никогда не кормили сказками о невероятных птицах, доставляющих чад, о том, что иногда дети не очень похожи на своих родителей, меня весьма лаконично посвятили в то, что я являюсь приёмной, и что в назначенный день Х меня здесь уже не будет. Было ли у меня сумбурное сумасшествие внутри во время ожидания той самой заветной даты? Нет. Настоящие родители для меня не значили ничего, к часто сменяющим друг друга почтальонам я испытывала и того более глубокие чувства. Встретив своего истинного отца присущим для меня высокомерием, я не стала вслушиваться в первую тысячу его слов. Резко акцентировала своё внимание лишь тогда, когда он мне стал перечислять по порядку мои жизненные планы, включающие некий обряд, своевременное окончание университета, работу на некоего сеньора с несвойственной для этих мест фамилией. Встреча завершилась ссорой, затеянной мною. Я никому не желала позволять распоряжаться своей жизнью, тем более так называемому отцу, отдавшему меня слабонервной паре на 20 лет. Хлопнув дверью автомобиля, я направилась прочь, подальше от тюремщиков жизни моей. Артур не стал тогда меня переубеждать, тем более, использовать внушение, уповая на то, что гены сделают своё дело, да и что с меня спесь спадёт в ближайшие дни после лишения финансов. День Х перечеркнул почти семь лет моей жизни, превращая всё в один непрерывающийся сумбур оказий.
Лишившись финансов, соответственно, всевозможных удобств, перехода на третий курс совершенно не дешёвого университета, я собственноручно запустила необратимый процесс образования всё новых и новых ошибок, дурно влияющих на мою модель поведения. Выйдя замуж за успешного, наспех соблазнённого адвоката, я с головой окунулась в семейную рутину, разрываясь между учёбой, шквалом ревности, вкушая моментально вошедшие в мою жизнь созданные на пустом месте скандалы. Оливер, чувствуя своё денежное превосходство, посмел предпринять попытку превратить меня в послушную домашнюю женщину, требовал, чтобы я бросила учёбу, грозился подать на развод. Всё бы ничего, если не брать в расчёт брачный контракт, согласно которому я не получаю ничего. Ночь, крик раненой птицы, мои пальцы жадно впиваются в незакрытую дверь, ведущую на балкон из нашей квартиры, минутное помутнение, наброшенный плащ, босиком по холодному асфальту, край дороги, ступаю в лужу крови, руки судорожно обхватывают обмякшее тело Оливера, слышится приближающийся вой сирен, всех просят отойти, некто безуспешно пытается отцепить мои пальцы от окровавленной рубашки мужа, кричу, надрывая горло, пытаюсь выбиться из рук сотрудников скорой помощи, время смерти 02:58, причина: полученные травмы при падении с тридцать седьмого этажа не совместимые с жизнью, по траектории падения явный суицид, у него не было шансов, накинутый плед на плечи, успокоительные, разговор с психологом до утра, дом, улыбка, ломающая мои губы.
Безнаказанность опьяняет лучше любого вина. Теперь это мой дом всецело, денежное состояние бывшего вполне покроет мои расходы на ближайшие три года, включая учёбу.
Получив диплом юриста, специализирующегося в государственно-правовых дисциплинах, я не остановилась на достигнутом, замахнувшись на получение второго высшего, очередное замужество, престижную работу и выход в свет. Второй пункт не заставил себя долго ждать. Повторное замужество мне отворило дорогу в высший свет, к коему я и принадлежала, пополнило мои банковские счета на большие суммы, а так же обеспечило меня работой в качестве частного адвоката, клиентура прилагалась. 26 лет, второе высшее образование по части уголовно-правовых дисциплин получено. Муж, превратившийся в тирана, был одарен нехваткой кислорода на светском мероприятии, на сей раз, я играла роль вдовы достойно сдерживающей своё горе, как истинная леди. И вновь всё мне сходит с рук, обозначили происшествие, как приступ астмы, завершившийся летальным исходом. В третий раз я уже не решилась испытывать судьбу, тем более, некоторые дамы за спиной меня стали называть чёрной вдовой, подобная очерняющая слава мне ни к чему, да и теперь я была одарена наследством, обеспечивающим мне безбедную и свободную жизнь до конца дней моих. Спустя несколько месяцев я узнала, кому оказывает мой отец, исковеркавший почти семь лет моей жизни, поддержку на время выборов. Воспользовавшись своими связями, а так же надавив на некоторых господ по средству шантажа, я обеспечила себе место рядом с одним из кандидатов в президенты, Мартином, став его спонсором и юридическим консультантом. Артур по достоинству оценил мой ход, устроив мне неожиданный визит накануне бала. У меня не было ни малейшего шанса уйти, слишком, как он выразился, многое стояло на кону. Укротила мою прыть весомая выгода, получаемая от заключения сделки, а так же от долгожданного воссоединения семейства. Управление ювелирной империей вкупе с вечной жизнью способны резко изменить взгляды. Позволила себе войти в игру без правил, до начала которой остались считанные золотые крупицы песочных часов.

Способности

Навыки и особенности
Отлично управляю автомобилем, сносно готовлю, в извечных самосовершенствованиях, искусно плету интриги, разбираюсь в искусстве, увлекаюсь спортом и танцами, имею обширные познания в ядах, успешный адвокат.

Как вы нас нашли?
LYL

Связь с вами
icq: 631-067-195

Игровой стаж?
При присушке столько не живут

http://deaths-lover.ru/uploads/000e/9c/74/1850-2.pnghttp://deaths-lover.ru/uploads/000e/9c/74/1847-1.pnghttp://deaths-lover.ru/uploads/000e/9c/74/1850-1.png

Отредактировано Лилиан Алансон (04.10.2012 14:25)

+1

2

Карточка Вашего персонажа готова. Скопируйте код и перенесите карточку в тему "карточки персонажей" в соответствие с инструкцией. Вы также можете создать дневник своего персонажа в теме дневники персонажей. Заполните подпись и можете играть. Добро пожаловать в Валенштайн, ваши тапочек http://savepic.su/2522896.png чувствуйте себя как дома и приятной игры!
http://savepic.su/2621228.png

Код:
[img]http://savepic.su/2621228.png[/img]
Подпись автора

Ты пришел и говоришь: Авалон, мне нужна справедливость, мне нужен пост. Но ты просишь без уважения, ты не предлагаешь дружбу, ты даже не назвал меня крестным админом.

Хронология

0


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Лилиан Алансон