Любовники смерти - это...
Первый авторский кросстайм. События игры параллельно развиваются в трех эпохах - во времена легендарных героев X века до н.э., в дышащем революцией XIX веке, и поражающем своими технологиями XXI веке.
ORIGINALS UNIVERSE
13 years crosstime
НОВОСТИ
от 09.05.2024
КВЕСТ
Лагерь
АКЦИИ
нужные персонажи
7 ВЕЧЕРОВ
7 ВЫБОР

Любовники Смерти

Объявление

СЮЖЕТ
984 г до н.э.
1881 год
2026 год
НОВОСТИ

В настоящий момент на форуме разрабатывается новый сюжет, который будет посвящен XX веку. Кроме того, X век до н.э. уже успешно стартовал и вы можете принять в нём участие!

Жанр: Авторский мир, городское фентези, мистика;
Рейтинг nc - 21
ПОБЕДИТЕЛИ НЕДЕЛИ Маги ❂ 13 постов


Тишина имеет множество различных оттенков, однако за долгие годы своей жизни Ворон, казалось бы, успел изучить их все. Еще до момента Творения, когда вокруг не было никого и ничего, у него было много времени на то, чтобы проанализировать все это многообразие, пропустить его через себя, а позже, после обретения Эны, наскучить им, ведь когда ты не один, последнее, о чем станешь думать, так это о тишине.
Но сейчас все снова вернулось на круги своя: Киаран опять был один, и уши его, подобно вате, были заполнены Тишиной. Впрочем, то статичное состояние, в котором сейчас пребывал Ворон в положительном смысле значительно отличалось от периодов отчаянного безумия, накрывавших его в тот самый момент, когда безысходность достигала своей наивысшей отметки. Тогда Киаран забывал о том, что некогда носил звание демиурга, и единственное желание, которое у него оставалось, заключалось в одном только разрушении.
- Кажется, я не звал гостей, - хотя Ворон не размыкал губ, в тишине прозвучал хриплый голос, больше всего своим звучанием напоминающий карканье его младших собратьев. Птицы, всегда служившие Киарану глазами и ушами, обладали достаточно склочным нравом и крайне негативно относились к чужакам, решившим покуситься на их территорию.
Хотя абсолютно чужой гостья, потревожившая покой Ворона, для окружающего их мира не была. От женщины исходил свет, заметный даже сквозь сомкнутые веки погруженному внутрь себя Киарану, хотя истинным его источником она не являлась. Свет принадлежал Эне, божественному фениксу, сестре и возлюбленной Ворона, чью силу вместе с яйцом, в котором богиня готовилась к своему новому перерождению, украли пневматики из Третьего мира, в число которых входила и эта самая женщина.
- Хотя какой вежливости стоит ждать от представителей твоего вида, – хотя Киаран оставался молчалив и недвижим, голос, который слышала гостья, постепенно креп, словно набирался силы, отражаясь от стен. Пока еще отдаленно, но в нем уже начинал слышаться тот гнев, что владел Вороном последние пятнадцать лет.
Спустя многие века поисков ему удалось обнаружить след Эны в одном из сопредельных миров, однако вернуть сестру домой он так и не смог. Увы, и боги порою оказываются не всесильны, особенно если пытаются играть на чужом поле. Фигура Киарана взмыла над полом, мужчина раскрыл свои широко расставленные льдисто-голубые глаза и посмотрел на магичку, в свое время разрушившую его последнюю надежду. Он взмахнул рукой, и тело Лоррейн мощным потоком воздуха впечатало в ближайшую стену, или вернее то, что от нее осталось. Хотя мир, созданный Вороном, умирал, дух его был все также опасен, как и в лучшие дни. Усугубляло ситуацию еще и то, что терять ему тоже было нечего. И если раньше Киаран мог позволить себе оставаться гуманным, все прощать и быть спокойным, то сейчас больше всего на свете Ворон желал сломать девчонке хребет и снова погрузиться в тишину, которую она так нагло нарушила. И только лишь на самой границе сознания Киарана мелькнул слабый интерес, заставивший его немного помедлить с расправой:
- Так о какой же помощи ты пришла просить, эгоистичная девчонка?
по горячим следам
Мор & Октавия & Лора & Рори& Эл
-Эл! – воскликнула девушка, обрадовавшись тому, что они наконец-то встретились. Маг выглядел уставшим, но вроде бы твердо стоял на ногах. – Удалось выяснить что-нибудь ещё? – сразу же спросила она, – нам нужно как-то понять действительно ли Темный гость похитил брата Моргана.
Всегда существовала вероятность, что в Смоуке было больше одной твари, похищавшей детей. Девушка невольно вспомнила день Урожая, который в этой действительности прошел спокойно, а в её был довольно насыщен благодаря неожиданно ожившим городским легендам, которые норовили убить всех, с кем сталкивались.
– В нашем дурдоме пополнение? – осведомился Годфри и развел руками, обращаясь уже непосредственно к незнакомцу: – Добро пожаловать на фрик-шоу, прошу познакомиться с нашими монстрами, – процитировал он одну из популярных песен и кисло улыбнулся.
Было видно, что маг невероятно устал и в принципе выглядел как-то болезненно, но едва ли он планировал бросать все на произвол судьбы. Конечно, команда по спасению малолеток собралась внушительная, однако знали ребята лишь часть общей истории (если та была общей). читать далее...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Вальдемар Нойманн (Цербер)


Аnkеta: Вальдемар Нойманн (Цербер)

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Старые имена и фамилия персонажа

Ваше настоящее имя (в реальной внефорумной жизни*)

Национальность персонажа
Тезеец. Не расист да и просто пофигист.

Возраст персонажа
109 лет. Родился 11.11.1896 г.

Пол персонажа
Мужской

Фракция
К ликанам Вальдемара можно отнести с трудом. Да и на оборотня он уже не походит…
Цербер, одним словом. Хозяин: Владимир Кавендиш.

Социальный статус
Верный слуга своего Господина. Должностей много, всех не перечислить, но превалирующие: телохранитель, персональный киллер, сопровождающий, а также — в некотором смысле — удавшийся эксперимент.

Внешность персонажа
Хоть Нойманну уже больше сотни лет, в силу расовых особенностей он выглядит на двадцать четыре года и не торопится стареть, равно как и его хозяин. Что же можно сказать о человеческой шкуре искусственно созданного монстра? Это молодой мужчина среднего роста (186 см) и мезоморфного телосложения. Казалось бы, ничего особенного. Жилист, крепок в плечах, таз узкий, ноги худоваты, но зато прямые. Движения тезейца стремительны, четки, властны, он держит спину прямо, сохраняя легкость в теле. Пусть фигурой он и далек от исполина, но таки всем своим существом излучает мощь. В животном мире многие звери точно так же демонстрируют свою силу, будто бы говоря «Не подходи ко мне, я опасен». Достаточно один раз увидеть Нойманна, чтобы понять: этот парень очень хорошо натренирован, блестяще воспитан и выдрессирован невероятно умелой рукой. А судя по энергетике и ауре этого нечеловека, вы можете с железной уверенностью сказать, что он натаскан на убийства, ибо держаться столь уверенно может лишь тот, кто в состоянии перегрызть глотки всем и каждому…
Ну что ж, вернемся к описанию нашего героя… Кожа Вальдемара бледна и совершенно не поддается загару, после долгого пребывания на солнце парень обгорает, а впоследствии и краснеет, словно стремительно зреющий помидор. Черные как смоль волосы достаточно коротки, но пышны и нередко находятся во взлохмаченном состоянии (обычно по желанию самого Вальдемара), а длинная челка и вовсе имеет свойство завиваться и изгибаться во всякие неположенные стороны. Чернильные пряди оттеняют ярко-синие глаза. Цвет индиго, точно вам говорю. Возможно, не будь Нойманн продуктом генных экспериментов, он бы не был так близок своему зверю внешне в человеческом облике и не обладал бы столь необычным и каким-то резким цветом глаз.  В остальном этот молодой человек ничем не выделяется из толпы. Пальцы его ни длинны, ни коротки, — обычны; ресницы не пышны; уши не топорщатся и по размеру средние. Да и лицом не красив, а тривиален. Прямой нос, полные аккуратные губы, плавный изгиб бровей, близко посаженные глаза, и очерченная линия скул вкупе с забавной ямкой на подбородке. Весь он какой-то черно-белый из-за контраста волос и кожи, и только ярко-синие глаза пронзают холодом древних ледников.
В одежде предпочитает пастельные тона, любит черный, белый и серый цвета. По цветовой гамме его гардероб достаточно скучен, но все наряды сидят на Вальдемаре отменно. Уж чувство стиля у этого молодого человека есть. Кстати, что касается стиля — придерживается классического, но ничто не мешает одеться ему по-спортивному или в официальный костюм. Благо, на круглосуточной службе дресс-кода нет.
А теперь, когда вы познакомились с человеческой личиной Нойманна, самое время капнуть поглубже и таки узнать, каков он, зверь, созданный определенно великим гением…
Рост этого огромного создания составляет 2,8 метра в холке; длина же его тела от кончика носа до кончика хвоста составляет 5 метров. Искусственно созданный, но таки рожденный монстр куда больше похож на волка, нежели его далекие и не очень родственники — оборотни и ликаны. Густая шерсть его чернее черноты, и, порой кажется, даже поглощает свет. Четыре мощные лапы с длинными и смертоносно острыми когтями держат на себе тушу поджарого трехглавого волка с пышным хвостом. Да-да, вы не ослышались, именно трехглавого волка. И имя этому чудовищу — Цербер. К слову сказать, хоть головы его практически не отличаются друг от друга внешне, и каждая обладает одинаково острыми клыками в пасти, и челюсти их равны по мощи, но «голоса» у них все же разные.  У правой головы самый низкий и басовитый лай, центральная отличается хрипотцой и немного сипит на «высоких нотах», левая же обладает самым звонким, режущим уши голоском. Собственно, расслышать эти тонкости удалось разве что хозяину.  Каждая из трех голов обладает своим разумом, а потому они могут в одно и то же время выполнять разные задачи. Лишь когда дело доходит до атаки или боя — все они мыслят и действуют в одном ключе, и ради одной цели, не пререкаясь и не тратя время даром. Цербер, как и положено, обладает шестью глазами (по паре на каждую голову), и все они ярко-синие, будто горящие на фоне столь темной однотонной шерсти. Этот волк физически сильнее оборотня, и, несмотря на внушительные размеры, достаточно быстр и ловок, но по большей части это было достигнуто путем долгих и изнуряющих тренировок. К сожалению, несмотря на всю необычность сего диковинного зверя, маэстро так и не удалось избавить своего подопытного от малоприятной восприимчивости к серебру.

Характер персонажа
Безукоризненно предан, послушен, верен, разорвет каждого, на кого укажет перст Господина. Это, так сказать, суть всех слуг и «псов» вампиров, посему не стоит мозолить эту тему долго, она вам и так ясна. Но что-то же кроется за маской безропотно подчиняющегося недооборотня? Конечно же. Хоть Вальдемара тренировали и воспитывали почти всю его жизнь, но индивидуальность и свободомыслие его остались в целости и сохранности. К слову сказать, «дрессуре» наш герой поддавался не так уж и легко в силу своего скверного и чертовски упрямого характера. Он легко раздражается, вспыхивает гневом, словно обмакнутая в бензин спичка, и долгое время после стычки или спора сохраняет обиду. Более того, Цербер обожает мстить и ничто его не раззадоривает так, как расплата по счетам. Но, если ему скажут «к ноге», то он, безусловно, не тронет оппонента, напрямую не тронет, но косвенно постарается уж как-нибудь навредить. Бывало уже такое и не раз.
Переубедить Вальдемара в чем бы то ни было тоже очень сложно и по силам это единицам, ибо он может не соглашаться с вами из элементарной вредности, а уж дар скептицизма и сволочизма превратит дискуссию в самый настоящий срач и закидывание стены горохом.
В прочем, не считая своенравности и синдрома заразы, Нойманн очень даже приятный и веселый парень. Он не лишен чувства юмора и, будучи в хорошем настроении, с радостью вам оное продемонстрирует. Как и любой проказник от природы, он любит подшучивать и добро издеваться над окружающими. В детстве, например, он то и дело подкалывал нянечек и смотрителей, но это уже другая история.
Несносен, скрытен, бесконечно справедлив, ироничен и саркастичен, глумлив, жесток и безгранично прямолинеен. Если Нойманну не нравится какой-то субъект, он постарается донести оное до того словом, делом или взглядом, а может, и презрительным фырканьем. Когда дело касается работы и нахождения подле Владимира на каких-либо сборищах или встречах, Цербер сохраняет непоколебимую холодность, насыщенную устными угрозами о малоприятных разбирательствах, если дело пойдет не так или поведение оппонента будет недостойным. Причем, древних вампиров наш герой не стесняется и не боится, а потому ледяные настроения чудовища сохраняются и в их присутствии. Гончей и положено быть таким.
За плотной, казалось бы, скорлупой ручного наемника таится достаточно мягкая и дружелюбная натура. Цербер старается ни к кому не привязываться, но несколько друзей у него все-таки есть, и он любит проводить с ними то немногое время, что отдается ему на отдых и свободу. Только доверенные и годами проверенные личности знают, что за маской холодного и жестокого слуги есть хоть и порядком изувеченная, но вполне себе добрая душа. Но это где-то совсем глубоко. Забота Нойманна нередко проявляется в резкой и грубой форме, но проявляется же.  И конечно же никому он открыто о своих положительных чувствах говорить не будет, но в трудный момент вступится за своего друга и, быть может, даже рискнет собой.
В прочем, Вальдемар страдает частыми перепадами настроения. Слишком частыми и резкими, что было бы самым настоящим психическим расстройством, если бы не объяснялось необычной звериной ипостасью молодого человека. Три сознания, приходящихся на одну душу и личность, нередко вступают в конфликт. Это чем-то похоже на борьбу идеалов, а на деле выглядит как обсуждение одной ситуации с разных сторон. Как таковой шизофрении у Цербера нет, но он нередко говорит вслух сам с собой, обсуждая тот или иной вопрос, причем частенько бывают споры, в которых, как может показаться, даже различаются разные голоса и тембры «церберских голов». Как бы там ни было, но есть один несомненный плюс в этом безумии — в одно и то же время Нойманн может, например, решать три разных задачи, или заниматься тремя разными делами, ибо каждое из трех его сознаний в состоянии творить что-то свое. Со стороны же это выглядит как дьявольское умение концентрироваться с резким переключением внимания вкупе с завидной быстротой мышления. В бою подобные завихрени монстра особенно полезны, ибо он может оценивать противника, нападать на него и думать о том, как же хочется покушать, одновременно. Что же касается разговоров с самим собой и с окружающими, то Цербер может говорить о себе «Я» и «Мы», подразумевая мнение одного сознания и коллективную, так сказать, точку зрения. Великое счастье, что на все три головы характер у Вальдемара один, иначе он был бы совсем невыносим.
Что же касается любви, то этот монстр никогда никого не любил, лишь довольствовался случайными связями, дабы отдохнуть и получить физическое удовольствие. Некую любовь сына к отцу Цербер испытывает к своему хозяину, но она граничит с потаенной ненавистью за сам факт создания такого вот урода с тремя головами, иначе не сказать. Вальдемар прекрасно помнит тот ужас, перемешанный с нескрываемым отвращением, на лицах ликанов и оборотней, которые видели его истинную суть. И хоть нашего героя воспитывали и учили любить и ценить себя, такого всего особенного, — все равно где-то в глубине его души скребется червячок, сотканный из презрения к самому себе и ненависти к пусть и уважаемому, но безумному экспериментатору. И червячка этого сдерживает лишь надежда на то, что подобный эксперимент больше никогда не повторится. 

Биография персонажа
Рожден был Вальдемар Нойманн, тезеец по крови, больше века назад в пасмурный ноябрьский денек. Не суждено было этому чаду познать материнскую любовь и ласку, послушать наставления отца и просто быть ребенком с самым что ни на есть нормальным детством. А все потому, что еще даже до зачатия нашего героя высшими силами было решено сделать из него нечто совершенно новое и опасное. А ведь все могло бы быть иначе — тяжелая доля пала бы на плечи какого-нибудь другого еще не рожденного создания и тем самым очистила бы душу будущего чудовища… Эстер — смышленая девушка, веселая и яркая, будто солнечный зайчик — будучи дочерью своего отца, главы рода оборотней, только-только вышла замуж за признанного родителями сильного, величавого и доброго сердцем Филиппа Нэймана. Конечно же, светящаяся счастьем новоявленная жена и не знала, что выбор одного из Древних пал на нее, что ее выбрали из многих претенденток, что именно ей была предоставлена великая честь выносить и родить уникального, по предположениям экспериментаторов, ребенка. Эксперимент начался сразу же после заключения брака. Пища, вода (даже лекарства) — всё, что девушка ела дома (а она очень любила домашнюю кухню), было напичкано специально подобранными и созданными учеными витаминами и сыворотками. За молодой семьей неустанно следили, контролировали каждый их шаг, да что уж там, ни одна интимная сцена не была обделена вниманием третьей стороны. Спустя два месяца небезрадостной семейной жизни Эстер забеременела. Тогда-то и начался ад. Инсценировав смерть девушки в автокатастрофе, при которой от тела остались «рожки да ножки», ее выкрали и заперли в четырех стенах. Теперь эксперимент набрал полные обороты. Жертву связывали, лишая возможности двигаться, подключали к многочисленным аппаратам, вводили через шприцы и капельницы огромное количество специальных лекарств и генетически модифицированных растворов, даже подвергали некоему облучению. Ровно те же опыты, только в большем количестве и разнообразии, проводились и отдельно над плодом. Первое время леди Нэйман слишком громко и много кричала, а потому ее подвергли операции, после которой она уже не могла даже шептать, и только и делала, что давилась слезами, сипя. Эстер понимала, что вампиры во главе с Владимиром Кавендишем заинтересованы в ее ребенке и долгое время старалась покончить с собой, но это ей никак не удавалось. Убить ребенка не получалось тоже, хотя она всеми силами пыталась это сделать. С нескрываемой радостью будущей матери объявили, что у нее будет мальчик, и что она может собой гордиться, ибо по предварительным анализам дитя не похоже по геному ни на один из существующих видов. Для Эстер же это была абсолютно удручающая информация, вводящая в еще большее отчаяние…
И вот настал тот ноябрьский пасмурный денек. Роды были тяжелыми, но, как любая сильная и волевая женщина, наша пленница справилась. Ей только сказали, что мальчик здоров и крепок, а после усыпили как старую, хворую и ненужную собаку. Она выполнила свою задачу. Ребенок и правда был крепышом, и, что показалось хоть и удивительным, но ценным, — не имеет ни одной внешней аномалии. Новорожденный, по словам помощников, унаследовал способность к оборотничеству от своих родителей — истинных оборотней, так что Владимиру оставалось только ждать и воспитывать очередное творение, чем он, кстати, занимался самостоятельно. Ну, по большей части. Мальчику было дано имя Вальдемар — аналог имени Владимира на кровной родине новорожденного, а фамилия Нойманн, столь похожая на фамилию родителей, означала «новый человек». Что уж и говорить, Вальд с пеленок был особенным ребенком. Он быстро научился читать и считать, да и письму обучился без проблем. Что же до разговоров — тут Владимиру пришлось приставить к мальцу психологов и прочих наблюдателей, ибо ребенок то и дело разговаривал сам с собой, причем, достаточно осмысленно, здравомысляще, так сказать. Позже странная манера говорить будто бы за разных людей перешла и в разговоры с окружающими. Мальчишка мог за минуту высказать кучу противоречащих друг другу мнений разными интонациями, попутно споря с самим собой. К удивлению Владимира, психологи совершенно точно заявили, что с психикой у парнишки все нормально, и объяснить данную аномалию они никак не могут. Как бы там ни было, а проскальзывающее в речи чада «мы» смущало Древнего все больше. Но все это были мелочи в сравнении с диким интересом по отношению к звериной ипостаси «приемыша».  Оно стоило того, чтобы ждать. На момент первого обращения Вальду было почти что четырнадцать лет, он блестяще усваивал весь школьный материал, имел успехи в освоении боевых искусств и неплохо разбирался в оружии, питая особенную любовь к метательным ножам. Знаменательный день омрачился клинической смертью «оживленного эксперимента». Схваченное болезненной судорогой тело паренька корчилось на полу, голова запрокидывалась и изворачивалась, казалось, еще одно резкое движение — и шея переломится как тростинка. Смотрители, да и сам Владимир не спешили подойти и помочь, не заметив, что изначально все пошло не так. Конечности продолжали беспорядочно заламываться даже тогда, когда тело начало менять форму. Рот мальчишки открылся, из него струйкой стекала слюна, широко распахнутые остекленевшие глаза, обычно ярко-синие, подернулись словно бы белесой пеленой. Он дрожал и жалобно стонал в перерывах между криками и воплями боли, когда руки и ноги его, превращаясь в мощные лапы, покрылись шерстью и из ногтей вырвались когти. Он взвыл, когда на свет божий появился хвост, а позвонки раздвигались, удлиняя тело, и уж было успокоился после этого на несколько секунд, переводя дух, как вдруг все его тело охватила очередная агония, лапы скребли пол, а из приоткрытого рта, обращающегося в пасть, уже не срывалось ничего, кроме душераздирающего рыка. Наверняка Кавендиш и его помощники были, мягко говоря, удивлены, когда плечи волкоподобного существа раздвинулись и из них вырвались еще две головы. Волчьи головы оскалились от раздирающей их боли и, единожды вздрогнув, замерли, запрокинувшись. Как выяснилось позднее — сердце Вальдемара не выдержало боли обращения и предпочло остановиться и не мучиться, и если бы не сноровка и навыки людей Древнего, — быть юному Церберу мертвым. К всеобщей радости его спасли. Тогда-то и начались продолжительные исследования и обследования, и наконец-таки была найдена причина странной манеры подопытного вести разговоры. Был ли доволен Владимир результатами своего эксперимента? Спросите это у него. Но стоило пробудиться животной сущности Нойманна, как ему стало уделяться в два раза больше внимания, чем прежде, начались новые тренировки, — из мальчика, прежде ограничиваясь воспитанием и внушением своего места, начали делать бойца, а не только верного слугу. Дабы очередное обращение не стало для паренька фатальным, для него создали специальную обезболивающую сыворотку, которая вводилась с помощью шприца в вену. Немалые силы были пущены на то, чтобы научить мальчика контролировать свои эмоции. Случайные превращения, вызванные яркими чувствами, могли убить его. Благодаря долгим ежедневным занятиям Вальдемар научился обращаться лишь тогда, когда того хочет сам, когда готов, когда принял лекарство, — уж слишком щепетильно к этому вопросу отнеслись вампиры, не желая потерять столь ценный экземпляр. Без проволочек, конечно, не обходилось, но люди Владимира всегда успевали вколоть сыворотку вовремя. С подростка не спускали глаз. Его научили пользоваться огнестрельным оружием, обучили навыкам рукопашного и ближнего боя, на восемнадцатый день рождения подарили набор лучших на то время метательных ножей. И это все не считая нескончаемых «дрессировок» и натаскиваний его на убийства и бои в волчьей форме. Оказалось, что иметь три головы — выгодно в любой ситуации: и убиваешь быстрее, и следить можешь за разными фронтами, не говоря уже о том, что каждой головой Нойманн мог думать о своем.
Долгие десятилетия были потрачены на то, чтобы огранить алмаз и сделать из него бриллиант, чтобы сделать из беспомощного и хилого волчонка достойного, сильного и самостоятельного волка-одиночку. Ни ликаны, ни оборотни не признавали Цербера. Лишь единицы из первых принимали его таким, какой он есть, и даже жалели. Но жалость Вальду была не нужна, он мог без зазрений совести уничтожить того, кто его жалел.
Дабы лишний раз не травить организм сывороткой, он по нескольку дней пребывал в облике волка, спал в гостиной на самом большом и красивом диване, а потом выслушивал ругань Владимира на тему «псинной нечистоплотности», что было, между прочим, абсолютной неправдой. Ну линяет, и что такого? Ну иногда грызет мебель, ибо больше нечего грызть, а зубы так и чесались, — подумаешь! Вывод один — вампиры мелочные.
В двадцать четыре года Нойманн получил высшее юридическое образование, но и после сего знаменательного события не забывал заниматься самообразованием и то и дело подтачивал свое мастерство во владении пистолетом и ножами. Позже открыл для себя красоту игры на гитаре, но так уж случилось, что волку нашему медведь на ухо наступил и парню постарались как можно более мягко объяснить, что музыка — немножко не его стезя. Хозяина надо слушаться, особенно когда хозяину что-то действует на нервы. Так и канул в лету нераскрывшийся музыкальный гений. Зато математика и прочие технические науки, в особенности, логика давались Церберу с завидной легкостью. А когда он к тридцати годам заинтересовался усовершенствованием обезболивающей сыворотки, то поучаствовал в создании аналога — таблетки, которая ничем не отличалась от жидкого варианта, разве что действовать начинала через пять минут после принятия.
До тридцати пяти лет Вальдемар жил почти что в четырех стенах, не считая походов на учебу, прогулок с Владимиром и по магазинам. И, что вполне очевидно, настал тот день, когда он взбунтовался. Ну, как взбунтовался… Просто молча сбежал. Тут как раз к случаю пришлась какая-то очередная перепалка с Кавендишем. Одному богу известно, что повидал и натворил Цербер за те месяцы, что его не было дома, но вернулся он совершенно другим. Стал скрытнее, но преданней, жестче, и в то же время непреклонней в некоторых вопросах и темах. Он и прежде сопровождал Владимира на различные встречи, но теперь это стало почти что обязательным, ибо молодому человеку было интересно узнать и увидеть больше Древних, больше ликанов, больше… Он не слишком-то и тайно поднял историю своего рождения-создания и, к некоему удивлению пары помощников хозяина, совершенно не держал зла за совершенное. Прочитал документы, послушал рассказы и ушел с совершенно спокойной физиономией. Сравнивая себя с прочими «псами», он понимал, что он нечто большее. Он как козырь в рукаве. Его не показывали на боях, с ним не участвовали в охотах. Кстати говоря, посещая бои, Цербер то и дело презрительно морщился. Ликаны — лишь вещи. Если один из них умрет в бою — его хозяин создаст нового, более сильного, а про неудачника и слабака забудет. Но Нойманн не причислял себя к ликанам. Да, он был зависим от хозяина, был связан с ним и сделал бы ради него что угодно, даже дал бы все три головы на отсечение, но он чувствовал себя свободным. Он чувствовал, что находится рядом и выполняет приказы, потому что именно ему этого хочется, а не потому, что он обязан это делать из-за какой-то связи или еще чего. Он чувствовал себя вольным выбирать и всегда делал выбор в пользу Господина, вот что отличало его от ликанов, как он думал. На оборотней же Вальд смотрел с некой тоской, и удивлялся, насколько в нем самом больше волка и разума. Своим волчьим телом он воистину гордился, а трех голов слишком быстро перестал стесняться. Как можно стесняться того, что может элементарно убить?..
То и дело окунаясь с головой в любовные похождения, проигрывая и выигрывая кучи денег в покер, просиживая вечерами штанины в барах и пабах, Цербер безропотно следовал за своим хозяином, загрызал тех, на кого тот указывал, следил за теми, за кем ему наказывал следить, пытал тех, кого приказывал пытать, даже трахал иногда тех, на кого указывал хозяйский перст. И ведь не имел ничего против. Но на все у него было свое мнение. Если оно совпадало с мнением Владимира — хорошо, не совпадало — ну и хрен с ним, все равно сделает.
Что же касается убийств — здесь Цербер был настоящим душегубом. Смерть жертвы зависела от его настроения. Он мог пожалеть и убить быстро, а мог достаточно долгое время пытать и не давать умереть до решающего момента. Пыток Вальд знал бесконечное множество и даже изучил тонкости четвертования. Сохраняя холодность в любом из убийств, он просто исполнял приказ. Да даже если он стирал с лица земли того, кто был ему ненавистен, — все равно оставался невозмутимым и даже равнодушным. Но стоит признать, ему нравилось, когда его боялись, и нравилось чувствовать себя сильнее оппонента. Хоть какое-то удовольствие надо же получать, верно?
Дабы быть материально независимым от Владимира, в двадцать пять лет Нойманн стал совладетелем достаточно популярного бара в центре Нового города, а к сорока пяти стал акционером нескольких крупных торговых фирм, и даже был инвестором. Неплохое прикрытие для основного занятия. Тем более что со многими конкурентами и даже коллегами он встречался в той, потусторонней, жизни.
К превеликому счастью Цербера видели далеко немногие. Несмотря на то, что этому созданию уже больше века, — те, кто встречался с ним лично либо не выжили, либо подписали определенную бумагу о неразглашении, являясь помощниками Кавендиша. Публичной демонстрации талантов сего монстра не было. Хотя слухами земля таки полнится. Но, как и ожидалась, слухам и сказкам о трехглавом огромном волке никто из здравомыслящих персон не верит. И правильно делает. Меньше знаешь — легче спишь.

Способности
— Регенерация высокого уровня. Некоторые мелкие царапины могут затягиваться прям на глазах за считанную минуту, на исцеление и полное заживление серьезных ран могут уходить часы. На заживление ран, причиненных серебром, требуется в два, а то и в три раза больше времени.
— Высокая скорость. В два раза быстрее волка.
— Повышенная выносливость.
— Высокая скорость мышления. Возможность одновременной концентрации на трех разных задачах и целях.
— По физической силе превосходит оборотня и ликана.
— Шкура несколько толще и, так сказать, прочнее, чем у оборотня.
— Ночное зрение. Острый слух, охотничий нюх и т.п. и т.д.

Навыки и особенности
Навыки:
1. Стрельба из пистолетов и револьверов. Обожает модель SP 47/8.
2. Метание ножей.
3. Рукопашный и ближний бой.
4. Мастерски рвет, дерет и просто убивает своими пастями, лапами и когтями.
5. Профессионально играет на нервах, ибо даром игры на музыкальных инструментах не наделен.
6. Хорошо разбирается в экономике и юриспруденции.

Хочется заметить, что слюна Цербера не заразна, так что он не может сделать кого бы то ни было подобным себе.
Часто разговаривает сам с собой, рассуждает и спорит вслух, высказывая совершенно противоположные точки зрения. При разговоре может употреблять «я» и «мы», высказываясь от лица, соответственно, одного и трех сознаний.
Татуировок и украшений не приемлет.
Любит ромашковый и мятный чай, портвейн, коньяк и брют. На дух не переваривает кофе.
Может продастся за шоколад или хорошенькую свиную или телячью отбивную средней прожарки + овощной салатик.
Большое внимание уделяет запахам, доверяет обонянию, сам пользуется одеколоном, и часто делает мнение о субъекте, исходя из источаемого им аромата. Между прочим, в состав одеколона Цербера входит некое вещество, которое сбивает его необычный запах, придавая стандартный ликанский аромат.
Занимается легкой атлетикой каждое воскресенье, и большую часть свободного времени отводит на тренировки.
Не брезгует и чтением.
Охоч до покера (техасский холдем), может не выходить из-за игрового стола долгие часы, но стоит хозяину сказать «ша» — тут же соберет фишки и свалит, что бы ни говорили и как бы ни укоряли соигроки.
Никогда не пожалеет времени на флирт с красивой дамой, не говоря уже и о большем.

Как вы нас нашли?
Приглашение на Live Your Life.

Связь с вами
Ася — 629566108.

Игровой стаж?
Есть малясь.

+3

2

Карточка Вашего персонажа готова. Скопируйте код и перенесите карточку в тему "карточки персонажей" в соответствие с инструкцией. Вы также можете создать дневник своего персонажа в теме дневники персонажей. Заполните подпись и можете играть подпись. Добро пожаловать в Валенштайн, приятной игры!

http://savepic.org/2379706.png

Код:
[align=center][img]http://savepic.org/2379706.png[/img][/align]
Подпись автора

Ты пришел и говоришь: Авалон, мне нужна справедливость, мне нужен пост. Но ты просишь без уважения, ты не предлагаешь дружбу, ты даже не назвал меня крестным админом.

Хронология

0


Вы здесь » Любовники Смерти » Удаленные анкеты » Аnkеta: Вальдемар Нойманн (Цербер)