Танцы до рассвета со вкусом грядущей опасности | |
|
|
ВРЕМЯ И МЕСТО ДЕЙСТВИЯ: | УЧАСТНИКИ: |
|
|
| |
Танцы до рассвета со вкусом грядущей опасности
Сообщений 1 страница 4 из 4
Поделиться114.02.2026 23:21
Поделиться2Вчера 18:14
[ava]https://upforme.ru/uploads/0011/93/3d/1499/t916771.png[/ava]
Капитан бежал из каюты, как крысы бегут с тонущего корабля. Оказалось, в этой жизни было еще что-то такое, способное заставить его ретироваться. Может, усталость так сказывалась на нем: он не смог надеть свой привычный бронник из грубости и отрешенности, не смог оттолкнуть девчонку и напомнить ей о том, кто он есть. Спурий устал настолько, что чувствовал себя едва добравшимся до берега бедолагой после кораблекрушения. Вот он и позволил глупым словам и поступкам девки оставить трещину в его безупречной броне.
За пределами каюты было жарко. Пока еще погода не давала и намека на скорый холодный ветер. Даже ночью воздух оставался тяжелым — ни капельки намека на прохладу, он буквально плотной дымкой лип к телу. Спурий все равно накинул на плечи старую тунику, надеясь хотя бы тонким льном отгородиться от ночного марева. Почти моментально ткань облепила тело, как влажная парусина, не давая надежды на облегчение.
Спурий подкинул кинжал погибшего капитана. Лезвие ножа, делая пируэт в воздухе, блеснуло в ярком свете луны. Прокрутившись, кинжал точно лег в руку капитана резным черенком, покрытым позолотой. Спурий вновь подкинул оружие, ухватился за лезвие и метнул крученой подачей в мачту. С треском лезвие вошло в массивное основание. Но это не приносило успокоения. Пират злился на себя, злился на Калипсо, что посмела окончательно выбить его из колеи. Чего она вообще добивалась, капитану было невдомек. Да и он уже не решался как-либо трактовать ее действия. Слишком опасно это было. Его умом нельзя было постигнуть вздорные мысли этой изнеженной девицы.
Его лицо было мрачнее тучи и по сути не выражало ничего, кроме глубокого раздражения и изнеможения. А это значило: капитан будет пить, пока не отключится. Спурий сдавленно выдохнул сквозь зубы, осознавая, что все его личные запасы остались в каюте, куда он не очень-то желал возвращаться. По крайней мере пока.
Тот поцелуй разбередил его душу окончательно. Он не знал, не понимал, но осознавал, что хочет повторить. Именно это бесило его больше, чем ступор, охвативший его в тот момент.
Грозным взглядом Спурий окинул пустующую палубу. Он далеко не сразу заметил Джордано, сидевшего на одной из бочек. Зато сразу заметил бочку в противоположной стороне от фамильяра. Помнится, ее открыли только текущим вечером. Дай боги, вина в ней достаточно, и не придется лезть в трюм.
— Как, блять, вообще можно понять этих баб? – ядовито выплюнул пират, зачерпывая благоухающую парами алкоголя жидкость.
Не то чтобы он когда-либо особо и пытался. Раньше все общение с дамами у него заканчивалось на уровне портовых похождений. Легкий, быстрый доступ к телу, не более того. Зачем пытаться постичь душу той, кого забудешь через несколько ночей и даже имени не вспомнишь? В общем, не был он знатоком женских сердец.
Развалившись на ступенях, подальше от собственной каюты, Спурий сделал жадный глоток крепкого напитка, шумно выдохнул и вытер губы резким движением руки. Алкоголь приятно растекался по горлу, обжигал его, вытравливал из сознания все ненужные мысли. Почти сразу же пират сделал еще несколько глотков. И только после этого, уже без всякого негодования, стал спокойно осматриваться, вглядываясь в детали.
Куда ни глянь — простиралось темное небо, покрытое мириадами ярких огоньков, его иссиня-черная гладь отражалась в таком же насыщенно-черном море. Линия горизонта была едва различима, превращая все вокруг в сложное звездное пространство. Корабль, поставленный на ночь на якорь, медленно покачивался на волнах. Погони не было, горизонт был чист, потому не о чем было переживать. Не зря же Спурий снарядил в поход три самых быстроходных судна из своей флотилии. При хорошем раскладе они бы и за три недели добрались до Тавроса. Но почему-то он особо и не рассчитывал на легкий путь. Девчонка явно все мозги вынесет с требованием остановок, чтобы привести себя в порядок.
Наконец его внимание привлекло движение на палубе.
— О! Жопа пернатая! — ехидно произнес капитан, уже явно пребывая в слегка приподнятом настроении. — И откуда же ты явился на этот раз?
Спурий слегка приподнял чашку с вином вверх, явно приглашая выпить с ним.
Отредактировано Спурий (Сегодня 01:24)
Поделиться3Вчера 22:40
[ava]https://upforme.ru/uploads/0011/93/3d/1504/t952228.jpg[/ava]
Джордано сидел на бочке, поджав одну ногу, а другую согнув в колене. Неторопливо и сосредоточенно он выстругивал ножом деревянную фигурку.
Тусклый свет луны едва достигал того укромного места, где он устроился. Это было не случайно: пиратам ни в коем случае не следовало знать, что попугай их бравого капитана способен превращаться в человека. Потому Джордано особенно ценил эти редкие минуты, когда можно было вновь ощутить себя просто человеком, без тайн и масок, без необходимости скрывать свою истинную сущность. В такие мгновения он с особой остротой вспоминал, каково это быть обычным, жить простой, незамысловатой жизнью, далёкой от той, которой он жил последние сто лет.
Кусок дерева очень быстро принял формы фигурки девушки, черты которой он хорошо помнил. Это была богиня Радона, известная как богиня надежды, которая подарила ему «вторую» жизнь, дав возможность искупить грехи прожитых дней.
Он как раз аккуратно выводил узоры кончиком ножа на одеждах фигурки, когда услышал голос капитана. Подняв голову, Джордано прислушался к словам и поморщился, покачав головой.
Прежде чем отправить его к Спурию, богиня сказала, что он должен пойти по пути искупления, а магическому помощнику надлежит помочь ему ступить на эту непростую дорожку. И хотя за прошедшие недели они неплохо поладили, говорить о том, что капитан способен исправиться, пока было слишком рано.
Порой Джордано казалось, что Спурий и вовсе неисправим — как и все предыдущие подопечные, что попадались ему. Но в моменты откровений в капитане проскальзывало нечто такое, что возвращало магическому помощнику надежду. Он даже начал привыкать к Спурию, хотя отчётливо понимал, что если тот выберет неверный путь, то очень скоро им придется расстаться.
Джордано устало выдохнул. Минувшим вечером в Иссине случилась серьёзная заварушка, в которой довелось поучаствовать и ему. И хотя в прошлом он был богоборцем, насилие отчего‑то всегда было ему не по душе. Убивая людей, он испытывал странную, гнетущую тоску.
Потому в бою он действовал осмотрительно: старался не лишать жизни, а лишь обезвреживать противников так, чтобы те падали и теряли способность сражаться, но оставались живы. Задача была непростой: требовалось точно рассчитывать силу удара. Со стороны его манера ведения боя могла показаться странной, словно он не сражался всерьёз, а исполнял некий замысловатый танец со своими противниками, ловко уворачиваясь и нанося точные, выверенные удары.
В какой‑то момент Джордано ощутил постороннее присутствие. Словно на корабле находился кто‑то ещё — невидимый, но внимательно следящий за всеми, кто был на борту. Убрав статуэтку за пазуху и надёжно спрятав её в складках широких одежд, он решил пройтись по палубе.
И в этот миг его окликнул капитан.
— Не такая уж нынче и пернатая у меня жопа! — отозвался Джордано, направляясь к нему. — Вот, решил прогуляться, пока выдалась такая возможность.
Он не стал сразу делиться с Спурием странным ощущением, будто за ними кто‑то наблюдает. Сейчас это казалось неуместным.
— За что пьём? За то, что вернули девушку на борт корабля? — Джордано остановился у одной из бочек и небрежно облокотился на неё локтем. — Ты рад?
Отредактировано Джордано (Вчера 22:40)
Поделиться4Сегодня 01:16
[ava]https://upforme.ru/uploads/0011/93/3d/1499/t916771.png[/ava]
— Возможно, и не такая уж пернатая. Но сути не меняет, — без всякого удовольствия согласился капитан, вновь отхлёбывая крепкий напиток.
Вино было дешёвым, но крепким — настолько, что человека, непривыкшего к такому пойлу, могло запросто унести и с пары глотков. Спурий прикрыл глаза, дабы прочувствовать момент, как алкоголь медленно растекается по телу. Он грубо срыгнул — желудок взбунтовался от кислятины, да и не перед кем было соблюдать приличия. Спурий не спешил с ответом, давая спутнику сделать свои выводы. Хотя его мрачная рожа, кривившаяся от кислого пойла, была довольно красноречива.
— Рад ли я? — саркастично и театрально отозвался пират. — О, морскому дьяволу известно, как я рад!
Спурий взмахнул руками перед собой и одной изобразил то, что намеревался сделать ни раз за этот вечер. Рука сжала пустоту, а из кружки, больше чем наполовину полной, выплеснулось вино, орошая льняную ткань рубиновыми брызгами. Шипящий выдох донёсся со стороны пирата, он закатил глаза и наконец опустил руки, что остервенело сжимали воздух.
— Так бы и придушил её раз сотню, — он нервно отпил.
Пока что он не был готов делиться деталями беседы, если таковой можно было назвать произошедшее. Его язык не был ещё достаточно развязан. Да и вообще капитан не был болтуном — едва ли из него легко можно было вытащить то, что действительно было у него на душе. Хотя сейчас он был достаточно откровенен с фамильяром.
— Но спокойнее осознавать тот факт, что я не стану живым мертвецом по тупости этой… — Спурий в очередной раз скривился и сплюнул на пол, словно съел что-то нехорошее.
Определённо, он не смог назвать Калипсо тем словом, что крутилось на кончике языка. Какая-то часть внутри взбунтовалась, напоминая тот светлый образ. Лёгкий и воздушный. Когда она перевязывала его рану, когда дрожала в его руках после истерики, когда заставила его дрожать, как мальчишку, всего лишь одним кротким поцелуем.
— Сука. Я не понимаю её, — отчаяние вырвало из него эти слова. Спурий вновь скривился и провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть след того прикосновения губ.
Отредактировано Спурий (Сегодня 01:24)










