На улице уже стемнело, когда полицейская машина подъехала к площадке возле зданий, которые использовались одной из компаний в качестве складов, и водитель заглушил мотор. С неба падал холодный ноябрьский дождь. Тяжёлые, частые капли стучали по капоту и крыше, заливали асфальт и оставляли на проезжей части крупные лужи, в которых дрожали отражения тусклых уличных фонарей.

Фары машины выхватывали из темноты покосившиеся ворота, отбрасывая дрожащие блики на ржавые петли, которые поскрипывали на ветру. Вдоль забора были разбросаны контейнеры — некоторые из них помяты, словно их передвигали в спешке, — и они частично закрывали обзор на первые этажи складских зданий.

Бриджит медленно приподняла голову, оторвав её от прохладной поверхности боковой двери, сбросила с плеч плед и внимательно огляделась. Пятнадцатиминутный сон во время поездки прошёл незаметно, но она резко пришла в себя в тот самый миг, когда мотор затих.

— Уф, мы здесь провозимся всю ночь, — выдала она, взъерошив волосы.

Они обменялись парой дежурных фраз, а после покинули автомобиль и быстро побежали в сторону ворот, чтобы укрыться как можно скорее в одном из зданий от проливного дождя. Влажный воздух пахнул в лицо запахом сырости, гнили и машинного масла, таким терпким, въедливым ароматом заброшенности.

Идея разделиться возникла спустя двадцать минут бесцельных блужданий по одному из блоков, и предложила её именно она. Мысль отдавала классическим клише из фильмов ужасов, но на этот раз обстоятельства были иными: у каждого имелось оружие, и оба отлично знали, как им пользоваться.

Выбрав правое крыло пятиэтажного кирпичного строения, занимавшего значительную часть огороженной территории, Бриджит ещё раз проверила пистолет. Выставив вперёд руки — в одной она держала фонарик, в другой оружие, — она начала осторожно продвигаться вдоль коридоров. Время от времени луч фонарика выхватывал тёмные уголки, за которыми, как ей порой чудилось, кто‑то прятался.

Нервы этим вечером были на пределе. Пару раз Бриджит даже поймала себя на мысли, что, возможно, им не стоило разделяться. Но она тут же успокоила себя: они оба были подготовленными специалистами, а она и прежде не раз действовала в одиночку. Особенно с тех пор, как осталась без напарника.

Мысли метнулись к Солсбери, который сейчас, должно быть, сидел в тёплом кабинете больницы. Бриджит подумала, что его помощь здесь была бы совсем не лишней, но тут же отбросила эти мысли, завернув за очередной поворот. Она оказалась в круглой ротонде, заставленной разным хламом.

Среди прочего барахла стояли заброшенные манекены: одни были накрыты белыми простынями, другие опирались на стены, а третьи просто валялись на полу, словно их небрежно бросили. Переступив через один такой маникен, она дернулась от скрипа стекла под ногами.
Бриджит облизнула губы, на мгновение закрыла глаза, чтобы собраться с силами, и, глубоко выдохнув, развернулась. В тот миг, когда она открыла глаза, луч фонарика выхватил из темноты фигуру живого человека.

Она невольно отшатнулась назад. рот приоткрылся от изумления. Бриджит видела перед собой бледное лицо бывшего напарника, которого считала погибшим. Здесь, в темной ротонде, среди хлама, он был похож на призрака, который явился к ней, чтобы о чем-то предупредить.

На мгновение в голове пронеслась шальная мысль: а что, если она всё‑таки заразилась и теперь видит галлюцинации? В новостях не раз сообщали, что зрительные искажения  — один из первых симптомов, а в сочетании с голосовыми галлюцинациями они служат верным признаком того, что болезнь начала воздействовать на разум.

— А… Асгейр? — звук собственного голоса показался ей чужим и далёким, будто донёсшимся со стороны.

Она не опустила пистолет и продолжала держать его наизготове, как и фонарик, даже не осознавая этого.

— Что… что происходит? Как… ты здесь оказался? — голос её дрожал. — Ты погиб… Тебя не может быть здесь.

Бриджит была напугана и её состояние можно было понять.

Подпись автора

Хронология

Бриджит действительно не понимала, что происходит. Прошлой ночью она не смогла сомкнуть глаз из‑за нервного напряжения, а днём ей удалось поспать от силы пятнадцать минут пока они с детективом добирались до заброшенных складов. И если учесть тот факт, что напарника она считала погибшим, её чувства вполне можно было понять.

Какое-то время она стояла неподвижно и смотрела на него так, словно увидела призрака, а ведь именно им он для неё и являлся. На её лице читался неподдельный испуг, а вовсе не радость от воссоединения. Его последующие слова, кроме прочего, ничуть не облегчали её положения, а напротив, они запутывали её ещё больше.

Вначале Бриджит казалось, что появление ван Нойманна — всего лишь галлюцинация, возможно, вызванная болезнью. Но спустя несколько мгновений до неё всё же дошло, что перед ней стоял не призрак, а живой человек из плоти и крови.

Когда это осознание пришло, она чуть опустила пистолет. Дуло теперь указывало на его ноги и при неосторожном движении оно могло запросто прострелить ему колено. Однако Бриджит ослабила палец, который лежал на курке. Она не стала бы стрелять в него теперь. Но оружие всё равно держала наготове: кроме них в этом здании мог находиться кто‑то ещё.

Впрочем, дело было не только в том, что их душевному разговору мог помешать кто‑то ещё. К примеру, кто‑то из заражённых  или какая‑нибудь группа не самых добродушно настроенных и, возможно, вооружённых людей, которых за прошедшие сутки наверняка сформировалось немало.

Бриджит где‑то на границе сознания ощущала исходящую от него опасность. Может быть, это было связано с тем, как он двигался, с едва заметной напряжённостью в каждом жесте, или с его голосом, в котором сквозила странная, почти неуловимая угроза. А может, причина крылась в том, о чём он говорил.

— Это правда ты? — словно до сих пор не до конца поверив в то, что такое возможно, переспросила Бриджит, сглотнув вязкую слюну.

Когда он сделал ещё один шаг по направлению к ней, она не двинулась ему на встречу, а наоборот медленно сделала шаг назад. Услышав под ногами хруст разбитого стекла, Бриджит нервно облизнула пересохшие губы.

— О чем ты говоришь, Асгейр? — смотря на него все с тем же непониманием, переспросила она. — Что ты имеешь ввиду, говоря, что избавил меня от Ричарда?

Бриджит уже знала, что провела ночь не с ним, а с человеком, до невозможности похожим на него. И после этой ночи они вновь встретились на осмотре трупа, который обнаружили с признаками ритуального убийства.

Она была сильно удивлена, когда поняла, что его действительно звали Эйден, и он правда был доктором, правда, не обычным врачом, а специалистом судебно‑медицинской экспертизы. Однако даже тот факт, что они познакомились таким необычным образом, не изменил того, что он ей нравился.

— Почему ты… как ты вообще узнал…? — у Бриджит было много вопросов, но она не могла задать их все сразу. Однако поток сознания временами звучал из её уст.

Она не понимала, как Асгейр мог узнать про неё и Эйдена. Не понимала, почему он заявил, что помог ей избавиться от Ричарда,  и почему не появился, когда объявили о его смерти, а позволил ей оплакивать его в одиночестве. Вопросов определённо было больше, чем ответов.

Подпись автора

Хронология