Вечер был слишком томным, а музыканты играли отвратительно. В воздухе стоял слабый запах воска и стеарина, исходящий от множества свечей. К нему примешивался едва уловимый аромат алкоголя и куда более весомый - множества людей в ограниченном пространстве. Фератейну это не нравилось. Он слушал, как незнакомый ему человек нервно терзает струны виолончели. Он наверняка был неплох, но толпа действовала на него удручающе. От резкого движения лопнул один из волосков в смычке и теперь болтался в такт мелодии. Кажется в  такт жемелодии выла та несчастная овца, из чьих кишок были сделаны струны.
Мысли Фератейна улетели в сторону. Он подумал о своей скрипке со стальными струнами. Это было непривычно, но он попробовал их сразу после появления. И звук ему понравился. Да, старые струны из жил были мягче и тише, но в них не было этой пронзительности, трепетности и возможности заигрывать с акцентами ещё заметнее. “Дьявольская Трель” определённо выиграла. Вероятно это зависит от настроения, и сейчас у вампира оно было довольно-таки пронзительное.
Фератейн вздохнул, скрестил руки на груди и привалился спиной к одной из полуколонн, украшавших стены, в не совсем изысканной позе. Тем не менее на него никто не смотрел. У него было незаметное настроение. Сейчас он источал не только ментальные волны, не дающие увидеть его настоящее лицо и все его особенности, но и в целом делающие его незаметным. Ему не хотелось взаимодействовать или выслушивать что-либо в свой адрес. Возможно, что пора бы опять удалиться в сторону и оставить амплуа Теодора Уинслоу позади. Больше всего Фератейн сейчас хотел уйти и побыть наедине со своей скрипкой…
Он заметил, что звуки виолончели затихли и сменились вежливыми и тёплыми аплодисментами - теми самыми, которые показывают, что люди не поняли, что произошло, но считают обязательным приобщиться к высокой культуре. На невысокой, покрытой паркетом и дорогим ковром сцене появились ещё двое музыкантов, заняв места за до этого простаивающими инструментами. Между ним и сценой прошла изящная женщина в алом платье, на миг закрыв сцену, но Фератейн даже выпрямился и опустил руки, вглядываясь в лицо девушки, занявшей место за роялем. Она была слегка порозовевшей, её глаза блестели - но отнюдь не от лёгкой духоты в зале или алкоголя. От неё исходили чистые эмоции радости и совсем лёгкий страх ошибиться, она сосредоточенно вспоминала партитуру, каждую ноту в ускоренном темпе. И да, это всё уловить было непросто, потому что Фератейн опять ощутил отталкивающую стену блока ангелики. Умная девочка…
Нельзя сказать, что это было касание судьбы, великая встреча или что-то подобное. Но Фератейну стало интересно. Опять заигрывание с опасностью? Возможно. Она могла вспомнить, она могла его разоблачить - или нет. Её пальц порхали над клавиатурой рояля, как две изящные птицы, касания казались почти незаметными - но звук был чистый и верный. Для человека она играла очень неплохо, а ещё создала верный ритмический рисунок, вовлекая нервного виолончелиста и скрипачку, заставляя их добиться звука заметно лучше. На второй композиции к ним присоединилась арфа. Гости слушали с величественным интересом, но он не был поддельным. Просто было не то место, чтобы шумно выражать восторги.
Фератейн дождался перерыва ещё через полчаса. Люди в салоне негромко переговаривались. В тишине опять отчётливее стали переговоры, часть отошла к столам. Фератейн же обошёл мягкие стулья и прямым ходом направился на сцену. Он опёрся локтями на рояль, склоняясь к девушке, и, убедившись, что завладел её вниманием, улыбнулся, не разжимая губ, и прокомментировал:
– Это было великолепное выступление. Вы превзошли мои ожидания, мисс Батлер, – он выдержал паузу и улыбнулся только немного шире. – Вы помните меня? Я Теодор Уинслоу. Недавно у нас случилось удручающее совместное приключение на ночных улицах.

Подпись автора

[html]<style>a.rose-signature {width:70px;height:170px;bottom: 5px;right: -30px;position: absolute!important;background: url(https://forumstatic.ru/files/001c/80/b1/91103.png) no-repeat center / 100%;z-index: 5;border-bottom: none!important;filter:brightness(1.3);will-change: filter;transition: filter .3s ease-in-out;}
a.rose-signature:hover {filter:brightness(1.5)}
a.rose-signature::before {content: none!important;} </style>
<a href='https://lepidus.ru/viewtopic.php?id=6633#p276002' title='хронология' class='rose-signature' target='_blank'></a>[/html]

Улыбка Фератейна, на время ставшая более вежливой и ненавязчивой, опять стала шире и приобрела едва ощутимый хищный оттенок. Он ощутил отзвуки смятения в разуме девушки, но не собирался уменьшать энтропию. Скорее наоборот. Зачем?
Да потому что это весело и привносит свежесть в тоскливое однообразие. Иногда он подумывал просто перестать скрывать своё лицо - просто чтобы посмотреть когда кто-нибудь наконец заметит.
Но не здесь и не сейчас. К сожалению, ангелика могла помешать этому блоку, поэтому не стоило улыбаться слишком широко.
– Я слышал вашу игру, а потом ваша похвала стоит куда больше, чем восторги толпы, – он не отстранился от рояля, на который опирался локтями в весьма фривольной позе, а только пригнулся ещё ниже, немного понизил голос и добавил. – Очень немногие из них знают цену музыки не только как… развлечения.
На этом он выпрямился и положил на полировку рояля ладони, возвращая социально приемлемую дистанцию.
– И я рад, что вовремя оказался на той улице. Вы выглядите великолепно. Хорошо, когда приключения оказываются… просто интересными воспоминаниями.
Ещё одна улыбка, потом Фератейн наконец разорвал зрительный контакт и перевёл взгляд на девушку со скрипкой, сидящей неподалёку на одном из стульев и разминающей левую кисть. В воздухе плыл гул голосов и запах дорогого табака, размывая аромат свечей. Он приблизился к ней и вежливо поклонился.
– Позволите на одну композицию?..
Девушка явно слегка смутилась и даже испугалась, но не испытала гнева по поводу столь бесцеремонного покушения на свой инструмент. Он протянула Фератейну скрипку и смычок. Тот взял их, не выпуская из внимания Джослин и ощущая её задумчивое внимание за своей спиной. Пара быстрых пассажей выявили отличия: не так глубоко сидят струны, лак более гладкий, гриф чуть тоньше. Немного более глухой звук и меньше теплоты, а атака нужна сильнее. Но это были приемлемые мелочи. Фератейн одобрительно кивнул девушке, пообещал, что не обидит скрипку, и вернулся к Джослин.
– Я не думаю, что вы сильно устали. Как насчёт первой части “Сонаты номер один ре минор”?
Он не стал ждать ответа, поднял скрипку и начал играть без аккомпанемента, приглашая девушку подхватить мелодию.

Подпись автора

[html]<style>a.rose-signature {width:70px;height:170px;bottom: 5px;right: -30px;position: absolute!important;background: url(https://forumstatic.ru/files/001c/80/b1/91103.png) no-repeat center / 100%;z-index: 5;border-bottom: none!important;filter:brightness(1.3);will-change: filter;transition: filter .3s ease-in-out;}
a.rose-signature:hover {filter:brightness(1.5)}
a.rose-signature::before {content: none!important;} </style>
<a href='https://lepidus.ru/viewtopic.php?id=6633#p276002' title='хронология' class='rose-signature' target='_blank'></a>[/html]

Впервые за долгое время Фератейн получал истинное удовольствие. Мелодия лилась столь легко, несмотря на свою сложность, словно они играли её вместе уже много раз. Мисс Батлер идеально поймала ритм и настроение, она идеально попадала не только в ноты, но и в их звучность, длительность, громкость. Фератейну даже не пришлось подстраиваться - синергия была полной, всё получалось само. Он не прекращал едва заметно улыбаться пока они играли вместе, даже на самых сложных пассажах.
Но он не желал особого внимания к своей персоне и упустил из вида тот факт, что его спонтанное появление на сцене обязательно вызовет реакцию не только мисс Батлер, но и публики.
Он досадливо выслушивал довольно избитые комплименты своей персоне, вежливо кивая и стараясь вернуть свою незаметность и неинтересность. К его досаде мисс Батлер успела ускользнуть. Он обернулся обратно к зрителям и максимально вежливым способом прервал речь хозяйки вечера.
– Спасибо, госпожа Розетта, – он улыбнулся и едва заметно склонил голову в поклоне, – но это был дуэт, а не соло. Талант мисс Батлер достоин большего внимания.
– О, поверьте, внимание ей будет обеспечено, – с на удивление искренней улыбкой ответила мадам Розетта.
Фератейн кивнул и отступил в сторону, надеясь, что его оставят в покое.
Вам интересно, да. Но вы не подойдёте ко мне. Есть темы интереснее. Вы не увидите ничего необычного. Тут пусто. Сдается в аренду. Вакансий нет. Обратитесь к клерку после обеда.
Убедившись, что гости потеряли интерес, Фератейн выскользнул в дверь вслед за девушкой. Он всерьёз опасался, что там может быть лестница, ведущая вниз, проход в коридор или любая иная возможность для побега. Но там нашёлся только балкон. Девушка стояла около каменного парапета, её поза была очень напряжённой, а эмоции - встревоженными. Фератейн едва заметно улыбнулся и приблизился.
– Извините за такое вторжение в вашу жизнь.
Он прошёл мимо и облокотился локтями на парапет, глядя в наступившую ночь. Было прохладно, почти свежо, а ранние осенние дожди насытили воздух влажностью. Она усиливала пока ещё слабый запах увядающей листвы, терпко наполняющий полумрак. Где-то в кустах под балконом мягко журчали припозднившиеся сверчки.
– Но я просто не мог удержаться. Вы потрясающе играете, – он развернулся и фривольно опёрся локтями на парапет, но уже за спиной, чтобы было удобнее смотреть в глаза девушке. – Вполне возможно, что встреча с вами - лучшее событие, случившееся со мной с момента моего прибытия в этот город, если вы простите мне столь дерзкое высказывание.
В его глазах плясали настоящие черти, но каким-то образом Фератейн умудрялся удерживаться от хамства, от наглости и чрезмерной фамильярности, хотя и вёл себя довольно раскованно. Секунду он любовался тем, как осенняя ночь превращает кожу мисс Батлер в фарфор, а потом опередил её и добавил:
– Я уже говорил, что не причиню вам вреда, – в этот раз его тон стал заметно мягче и тише. – Эти слова всё ещё в силе.

Подпись автора

[html]<style>a.rose-signature {width:70px;height:170px;bottom: 5px;right: -30px;position: absolute!important;background: url(https://forumstatic.ru/files/001c/80/b1/91103.png) no-repeat center / 100%;z-index: 5;border-bottom: none!important;filter:brightness(1.3);will-change: filter;transition: filter .3s ease-in-out;}
a.rose-signature:hover {filter:brightness(1.5)}
a.rose-signature::before {content: none!important;} </style>
<a href='https://lepidus.ru/viewtopic.php?id=6633#p276002' title='хронология' class='rose-signature' target='_blank'></a>[/html]

На долю секунды Фератейн широко улыбнулся, но тут же опять скромно сжал губы и слегка отвернулся, словно смутившись собственной реакции.
– Через сотни лет?.. – с явной иронией, очень крепко смешанной с задумчивостью, ответил он. – Возможно. Если мне повезёт.
Он повернулся к парапету лицом и опёрся на него, глядя уже не на девушку, а вглубь ночи. Гроза приближалась, вспышки уже отбрасывали едва заметные мгновенные блики света, на мгновение словно сдирая с мира цвета и очерчивая силуэты деревьев едва заметным серебром. Ворчание грома было очень далёким, но неимоверно богатым в своих обертонах для музыклаьных ушей.
– Музыка… – после немного затянувшейся паузы произнёс Фератейн, не оглядываясь и словно пребывая где-то ещё.
Он ощущал лёгкое смятение девушки и не собирался давать ей обрести твёрдую почву под ногами. Но отвечал сейчас совершенно искренне.
– Многие называют театр зеркалом жизни. Или любуются картинами и скульптурами, считая их эстетику единственной достойной. Запоминая именно её. Но только музыка является настоящим продолжением души - и для композитора, и для музыканта, и для того, кто её слушает. Откликается то или иное, мажор или минор, барочные трели или монументальность нынешней эпохи? Это всё может рассказать о человеке куда больше, чем он сам хотел бы.
Слова Фератейна были мягкими и лились очень естественно, задумчиво и почему-то с лёгкой горечью.
– Именно музыка может изобличить всю глубину или мелочность души. Иногда даже показать её распад или исцеление, – пальцы на левой руке Фератейна едва заметно двигались, словно он мысленно рефлекторно наигрывал какую-то мелодию. – И я слышу, как вы играете. В вас, мисс Батлер, нет этой зажатости в духе “о, только бы не ошибиться”. Нет и перекрывающей исполнение эмоции “послушайте, как я хорош!”. Нет… Вы растворяетесь в музыке, вы изливаете в ней свою душу. И ваша душа по-настоящему красива. Может ли это услышать, почувствовать и оценить старый музыкант?
Он обернулся и сдержанно улыбнулся.
– Может. И я давно не слышал столь же выразительной игры, как у вас.
Он внезапно поперхнулся, осознав свою оплошность.
– Старый музыкант, ха! Я с раннего детства связан с музыкой, от этого ощущение, что прошла целая вечность. И да, я начинал даже не как учитель. Выступал в дешёвых салунах, – он улыбнулся, склонился к девушке, почти неощутимо коснулся кончиками пальцев тыльной стороны её ладони, лежащей на каменном бортике парапета, и прошептал. – Только не рассказывайте никому, это тайна.
Словно во имя театральности момента молния вспыхнула ближе, высветив на миг их профили. Раскаты приближались, разбиваясь на отдельные аккорды.
– Я ответил на ваш вопрос?

Подпись автора

[html]<style>a.rose-signature {width:70px;height:170px;bottom: 5px;right: -30px;position: absolute!important;background: url(https://forumstatic.ru/files/001c/80/b1/91103.png) no-repeat center / 100%;z-index: 5;border-bottom: none!important;filter:brightness(1.3);will-change: filter;transition: filter .3s ease-in-out;}
a.rose-signature:hover {filter:brightness(1.5)}
a.rose-signature::before {content: none!important;} </style>
<a href='https://lepidus.ru/viewtopic.php?id=6633#p276002' title='хронология' class='rose-signature' target='_blank'></a>[/html]