Когда Ксенос разразился тирадой в библиотеке, Лоррейн едва сдержалась, чтобы не ответить ему резко. Но вовремя прикусила нижнюю губу и промолчала, не дав словам сорваться с языка.

Возможно, она просто не хотела окончательно его разозлить: в конце концов, ей всё ещё была нужна его помощь. А может, его слова задели глубже, чем хотелось бы, и заставили задуматься: а что, если он прав? Что, если с тех пор, как произошла трагедия в Смоуке, она действительно ведёт себя так, будто ищет встречи со смертью? Эта мысль не была новой, но раньше она старательно её игнорировала.

Лоррейн долго корила себя за то, что не смогла защитить тех, кто был ей дорог. Она чувствовала вину за то, что они погибли, а она осталась жива, и даже имела возможность прожить эту жизнь так, как хотела бы, без оглядки на прошлое.

Другие, вроде Мартина, могли подумать, и, скорее всего, действительно думали, что она слишком быстро отпустила прошлое. Но правда заключалась в том, что Лоррейн старательно прятала свои чувства глубоко внутри. Она отчётливо понимала, что стоит дать им волю, то либо сойдёт с ума, либо не выдержит боли. И, похоже, мало кто по-настоящему осознавал, насколько это глубоко сидело внутри неё.

Решаясь отправиться прямиком в Преисподнюю, Лоррейн не могла быть уверена, что вернётся живой. Она не знала, что ждёт её на другой стороне, и не была уверена, выдержит ли её тело предстоящие испытания. Поводов для тревоги хватало, но думать о собственной безопасности не приходилось: важнее всего было найти то, что могло спасти жизнь Мартина. Она чувствовала за него ответственность, как старшая сестра чувствует за младшего брата.

Когда Ксенос сделал выпад и чуть прикусил её шею, Лоррейн на мгновение застыла, словно вкопанная, не понимая, как реагировать. Ощущение его губ и зубов на коже вызвало в ней странный вихрь эмоций и смутные ассоциации, но она быстро взяла себя в руки, крепко зажмурив глаза и сделав глубокий вдох. Хотела было снова сказать: «больше так не делай», но вспомнила, что он ответил ей на это в прошлый раз.

— Пошли… — открыв глаза и снова посмотрев на него, твердо сказала Лоррейн, после чего отвела взгляд в сторону и снова сосредоточилась на деле.

Они вернулись на заброшенный завод зеркал, где находился Мартин. На какое‑то время Лоррейн покинула Ксеноса, попросив его заняться приготовлениями к переходу через портал. Ей было необходимо поговорить с другом наедине, предупредить его об опасностях предстоящего путешествия и попросить позаботиться о щенке, если вдруг всё выйдет из‑под контроля и она не сможет вернуться. В этих словах и просьбах сквозило что‑то похожее на прощальный наказ, словно она заранее готовилась к худшему.

Вернувшись к Ксеносу примерно через полчаса, Лоррейн встала напротив зеркала, на котором он уже успел начертить нужный символ, который должен был открыть дверь в нужное место. Остановившись напротив зеркала, она задумчиво обвела его взглядом, а затем посмотрела на стоявшего рядом мужчину.

— Неплохая работа, — заметила она, сложив руки на груди. — В школе для сверхъестественных существ, где я училась, ты бы определенно был отличником.

В помещении повисла пауза, прежде чем Лоррейн продолжила:

— Слушай, — лицо её стало серьезным. — Если вдруг со мной что-то случиться, я хочу попросить тебя об одной услуге. Дружеской услуге. Принеси тубернаты. Для меня это очень важно. Важно, чтобы Мартин жил. Считай это моей последней просьбой, если вдруг…

Подпись автора

Хронология эпизодов