Внутри тебя хищный зверь скалится, слюною брызжет, дергается, пытаясь вырваться из оков. Схватить за шею, разорвать, ощутить солоноватый привкус крови на языке, от удовлетворения с ума сойти. Этот зверь рвется наружу, с каждым днем становясь все более явным. Очертания четкие, глаза темные, фразы дикие. Внутри тебя миллион пожаров дотла сгорают, а на них чужие жертвы в предсмертной агонии бьются, а ты на это смотришь и смеешься, громко, кадыком давишься, то и дело кажется радостью своей захлебнешься. Переплетен из медной лески, в которой запутались принципы и понятия, в которой твои желания острые иглы, что каждый раз кожу до крови раздирают, если к ним притронешься. В крови полынь и жестокость, в равном соотношении по венам плещутся. В чистой, как роса, крови. Ты хвалишься своей фамилией, своей влиятельностью упиваешься каждый день. Ты на этом все свои взгляды выстроил, даже ни разу не усомнившись в их правильности. Люди статусом ниже - мусор под ногами, люди - крайне скучные игрушки. Люди - не достойные, а ты же, в свою очередь, чуть ли не избранный. Чертов самолюбивый мерзавец. Воздух пропитывается липким чувством страха, как только ты появляешься. За тобой по пятам словно смерть с косой, за тобой на обрыв и с разбега в соленую воду. Захлебываться, тонуть. Ты зомбируешь, обезоруживаешь, волю под пальцами ломаешь. Ослепляешь. Выбора не оставляешь. Внутри ничего святого, пустота сплошная.
Внутри, кажется, и сердца то нет, выменял когда-то на это показное величие. На не имеющие под собой никакой опоры - принципы. Тебе слово против не сказать, смертный приговор своей кровью подпишешь. Заставишь страдать, что мучаясь в предсмертных судорогах, еще умолять о погибели будут.
Они сами как мотыльки на огонь, слепо, ведомые этой жаждой. Глупые. Любовь мерзкое слово - только желание, страсть, похоть. Только беспрекословное подчинение, горячее дыхание, что пропитано властью, отчаянной необходимостью обладать. До последней капли, без остатка. В тебе кажется дьявол живет с глазами бога, и на тебя бы молиться, просить о пощаде, просить о спасении...
Ты спокоен. Всегда и во всем. Проблем нет. Есть только люди, что мешают спать. Нет людей - нет проблем. Вообще никаких. Ты вызываешь улыбку и располагаешь к себе. Почти никогда не повышаешь голос, даже скорее чуть тише нормы говоришь. Всегда галантен. Всегда учтив. Всегда стремишься быть лояльным, скрывая гнев в глазах, топя его в бутылке горькой полыни или залепляя маргаритками глаза. Ты умеешь подбирать правильные слова, всегда во всем найдешь подход, подскажешь, повернешь по направлению. И никогда не попросишь ничего в замен. Но это не бескорыстие, это накопление активов, ведь когда-нибудь ты позвонишь ночью и спросишь должок. Ты жадностью наполнен, но не к металлу хрупкому оно. Ты собираешь души тех, кто неразумно предложили ее тебе. Или еще не успели, но чем-то увлекли тебя. Разворошили улей внимания.
Родиться мужчиной - умереть мужчиной, предаваясь только свои страстям, нормальное желание. Но когда вокруг тебя пропагандируется жизнь под эгидой чужих желаний, единственным способом выжить становится мрак, что скрывает тебя истинного, погружая в глубину собственного сознания и не позволяя больше ни чьей личности не иметь власти над тобой.
Его отец, будь он проклят трижды, был хорошо поставленным тираном. Бесконечные любезности в свете и строгие выговоры по ночам и нотками физического наказания, добавляющие пикантности момента. Он предпочитал, чтобы всё было только под его контролем. Четкие планы мероприятий, четкие схемы в бизнесе. Любые сбои приводили его в бешенство и удар приходился не только на семью. Но ей доставалось куда больше остальных.
Маму Эфа почти не воспринимал. Если в первые годы жизни относительно осознанной, он пытался найти в ней защиту, да почти сразу понял, насколько это бессмысленная затея. Глупая. Опасная. Защитить себя мог только сам. И научиться этому пришлось с малых лет.
Власть и деньги поднимают человека на новый психологический уровень. Но что делать, если эти две составляющие всегда были частью тебя самого? Неужели новой ступени, куда подниматься, больше нет? Если вы так думаете, то вы не знаете Эфу.
Семейный бизнес, начатый еще дедом, перешел отцу. Фарма развивалась хорошо, как ее легальная, так и не слишком сторона. Особенно не слишком. И если дед не сильно налегал на нее, проходя в большей степени по касательной, то отец выбрал совсем другой путь. Фарма перешла на уровень совсем иной. За время, пока этот ублюдок был у руля, появилось несколько частных клиник, которые занимались чем удобно, от пластики сисек до трансплантации органов. У этой медали были и другая сторона. Торговля органами и живым товаром, убийства и кровь, но отца это мало волновало. Он блистал на светских раутах, жал руки властьимущим.
Старший брат был отослан почти сразу. Наследника из него воспитать не получилось, поэтому пришлось делать ставку на среднего, Эфу. И каково удивление? Наследник из него был еще хуже, чем брат. Быть может именно поэтому отец от негодования становился лишь злее и невыносимее. Удар третий ему нанес последний ребенок - родилась дочь, в наследники которую записать не было никакой возможности. Алкоголь, удары по лицу и крик - единственное, что он помню из своего детства, защищая собой младшую сестру.
Когда отец умер, ЭФа понял лишь одно, пусть он и был тварью дрожащей, но кое что он смог ему дать - силу воли, стойкий характер и то, что мало кому достается - необычные способности, в 16 лет он узнал своего зверя. Сильного и яростного, как он сам. И с того момента всё изменилось. Он долго учился находить контакт с ним, но придя к общему знаменателю, их совместная сила стала невероятной. И с тех пор он жил в гармонии с ирбисом, ведь они стали частью друг друга.
К власти опять вернулся дед, империя пошла в гору, всё сильнее пуская корни как в теневом мире, как и на свету. В столице их фамилия стала лишь набирать вес. Эфа отучился в медицинском, постепенно постигая азы своей будущей жизни, он готов был стать наследником того, что некогда возвел его отец, но до неузнаваемости изменил и приукрасил дед.
Сейчас ему 38. Он не верит в любовь, брак и прочие социальные атрибуты. Он правит жесткой рукой и определенной справедливость. И долгое время не собирался это менять. Но судьба та еще тварь и преподносит сюрпризы.
Друг его отца проигрался. ЭФа знал его семью довольно давно, они в какой-то степени были конкурентами, но старые связи не давали повода для конфронтации. И победитель захотел получить сеть клиник, чего ЭФа просто не мог допустить. Он выкупил долг, получил в свою собственность те самые клиники, расширив свой бизнес почти в двое. А в довесок жену - Нору. И хотя это был брак по расчету, постепенно он начал видеть в ней человека, которому так же, как и ему, не чужды азарт, запах крови и бешенный ритм ночного города. Может он ошибался и брак не так уж плох? Просто до этого у него не было верного примера... |
