После прощаний с Валенштайном Ева всегда ощущала нечто сродни легкой грусти – никогда нельзя было сказать, когда они увидятся в следующий раз (хотя, учитывая их работу, «когда» стоило заменять на «если», но девушка предпочитала даже не думать о таком). Иногда она ловила себя на мысли, что было бы славно обнять бывшего напарника на прощание, и тогда же вспоминала, что не помнила, когда в последний раз вообще кого-то обнимала. Вероятно, это был отец после того, как ее нашли, и ничем хорошим эти объятья не закончились. Потом она просто не рисковала.

И вот, с чувством этой самой грусти, Лердес уселась в машину. Она уехала после Валенштайна, так как задержалась, чтобы подождать еще один кофе. Впоследствии он оказался очень кстати, учитывая, что Ева простояла в пробке возле главной больницы добрых три (!!!) часа. Из-за чего бы ни образовался затор, это было отвратительно.

– Лучше бы жила в Смоуке, – буркнула себе под нос Ева, постукивая пальцем по рулю. Надо думать, в маленьком городке ты не добираешься до работы несколько часов. К слову, в участке ее потеряли, а потому телефон зазвонил, выводя имя напарника на экран. Ева только принялась объяснять, что задерживается по объективным причинам, как заметила регулировщика движения, машущего ей остановиться.

– Мисс, Брайан и Джернинкс в зоне карантина. Боюсь, Вам придется развернуться, – сказал мужчина.

Ева, удивленно вскинув брови, медленно отняла телефон от уха. Во-первых, она впервые за несколько лет видела, чтобы кто-то вручную регулировал движение. Во-вторых…

– Мой на другом конце города. И работа тоже! – почти не сдерживая возмущение, отозвалась она.

–Я понимаю, мисс, но это приказ администрации города. Мы не можем выпустить Вас, пока не опустят защитный купол, – равнодушно произнес мужчина фразу, которую, очевидно, повторял уже не первый десяток раз. Однако, увидев, как глаза Лердес забегали по его лицу в поисках решения ее новообразовавшихся проблем, он слегка смягчился: – Мне правда очень жаль.

– Лердес! Какого хрена у тебя там происходит?! – раздался из трубки раздраженный мужской голос, и только тогда она вспомнила, что разговаривала по телефону с коллегой.

Притормозив в первом же возможном месте, Ева перехватила телефон поудобнее и пересказала напарнику то, что услышала. Тогда же к разговору подключился капитан участка, который, по всей видимости, был осведомлен о ситуации чуть лучше остальных.

– Говорят, в главной больнице вспыхнула какая-то зараза, пока без подробностей, – сказал он. – Поезжай в ближайший участок, пусть тебя временно оформят там.

– Но…

– Карантин, Лердес, вряд ли отменят к вечеру или хотя бы к концу недели.

И он был прав. И Ева даже понимала, что он прав, просто признавать это не хотелось. Ни в Брайане, ни в Джернинксе не жил ни один из ее знакомых, а полицейское управление вряд ли расщедрится на оплату жилья, и это беспокоило.

Закончив разговор, девушка еще некоторое время сидела в машине, тряся ногой и покусывая губу, а потом все-таки открыла приложение с картой, чтобы посмотреть расположение ближайшего к ней полицейского участка. Тот, к слову, оказался ей знаком: несколько раз они с Харрисом заезжали туда по долгу службы, когда патрулировали улицы.

Что-то подсказывало, что придется вернуться к старой работе.

Входила в здание полиции Ева ни то в раздражении, ни то в растерянности. Она всю дорогу убеждала себя в том, что это ненадолго, но чувство, что ее неизвестно насколько оставили без дома, еды и работы, оказывалось сильнее.

– Здравствуйте! Я детектив Лердес, мне сказали… – с порога начала девушка, но ее прервал знакомый голос. Перестав искать в кармане жетон детектива, Ева подняла голову. – Вэл! – воскликнула она с облегчением, которого не могла себе объяснить.

Подойдя к стойке Мегги, Ева кивнула ей, а после снова взглянула на Харриса.

– Меня остановили недалеко от больницы. Говорят, в там кто-то заразный, – она пожала плечами. – Насколько я поняла, эту часть города оградили магическим барьером, чтобы никто не вышел и не зашел.

– Это что же там за зараза такая… – задумчиво протянула Мегги.

– Не знаю, но явно ничего хорошего, – хмуро отозвалась Ева. – Сначала Бонно, теперь это… А вдруг это связано? Тогда что, можно менять машину на гроб? Я имею в виду… Вы читали репортажи оттуда? Это же мрак.

Подпись автора

★★★
отрывки метра моей киноленты

Ева знала, что пару десятков лет назад люди уже пережили пандемию. Казалось бы, из-за паниковать теперь? Вот только для нее это было в новинку, потому что в прошлый раз она была ребенком, за которого любую ситуацию могли разрулить родители, а теперь нужно было беспокоиться о многих вещах разом и, к слову, о родителях в том числе. Сейчас, стоя рядом с Валенштайном, Ева ощущала, что не одна, и это придавало уверенности в том, что ситуация не такая уж патовая, а вот ее отец остался по другую сторону «занавеса» без никого.

– Папа остался снаружи, – нахмурилась Лердес, будто пропустив мимо ушей замечание Вэла по поводу Арканума. Стивена Маркса как раз выписали из больницы неделю назад… даже непонятно, к счастью ли. Говорила ему Ева обзавестись отношениями, но нет же! После ее матери единственные отношения, в которых он предпочитал состоять, это рабочие.

Бросив взгляд на жетон и телефон в руке, Ева подняла голову.

– Думаю, на этот раз нам тоже придется патрулировать улицы, – ответила она Валенштайну. А что еще, собственно, было делать? Даже если введут карантин и на улице нельзя будет появляться, кто-то обязан следить за порядком, а учитывая, что полицейские находятся в вечных разъездах, остается лишь гадать, какое их количество застряло с этой стороны.

Кивнув Мегги, Лердес последовала за своим видимо-снова-напарником в переговорную. Начальник отделения говорил отрывисто, быстро, по делу и выглядел слегка взвинченным. Остальные полицейские то и дело переглядывались, словно оценивая обстановку, а потом удрученно поджимали губы – большое помещение, где их собрали, не было заполнено даже на половину, а это значило, что, скорее всего, все будут выполнять ту работу, которая станет поступать в моменте.

– Я не патрулирую улицы… года полтора? Ты правда думаешь, что я позабыла твои бесценные уроки, лейтенант Харрис, за такое короткое время? – изогнув бровь, также тихо ответила вопросом на вопрос Ева. – Надеюсь, ты тоже еще не забыл, что я люблю слушать слащавую попсу в машине, – добавила она с легкой улыбкой, чтобы поддразнить его.

В этот момент начальник упомянул Черных альбатросов, и мужчина сбоку от Евы, не сдержавшись, выругался. Девушка и сама невольно свела брови к переносице: только террористов им не хватало. С другой стороны, вероятно, так их будет проще поймать.

Когда начальник попросил записать его номер, а после отметиться у Мегги и дождаться обновленного расписания своей работы, Ева ухватила Валенштайна за рукав куртки и утащила в коридор до того, как все собравшиеся столпились бы у дверей.

– Мегги, поставьте нас дежурить с Вэлом, пожалуйста! – на ходу попросила женщину Ева. Та сначала взглянула на Харриса и только после его подтверждения принялась печатать что-то на компьютере.

– У границ купола и так полно копов с обеих сторон. Сейчас важно следить за тем, чтобы не было скоплений народа на площадях и в ТЦ, а также разбоев в… да везде, – после нескольких минут активного клацанья по клавиатуре сказала Мегги. – Поедете к границе Брайна и Джернинкса, там, знаете, эти закутки, где полно маленьких магазинчиков… Потом…

Хмурясь, она замолчала, вновь уткнувшись в экран, а затем выдала новоявленным патрульным по паре листов: один для подписи, другой – с маршрутами и часами патрулирования улиц. К этому времени за спиной у Харриса уже образовалась очередь из коллег, и Ева мысленно сказала себе спасибо за оперативность.

Им удалось оказаться на парковке уже через двадцать минут после собрания.

– Вэл, – окликнула мужчину Ева, когда открыла дверь машины, и глянула на него поверх крыши. – Ты спрашивал, как я… У меня снова участились панические атаки, когда я в толпе. Наверное, перенервничала из-за папы. Так что имей это в виду.

Лердес была не из тех, кто не извлекает уроков из своих ошибок, и она до сих пор прекрасно помнила, как из-за ее молчания Валенштайн оказался в больнице с пулевым ранением. Повторения подобного инцидента не хотелось ни при каком раскладе, а уж в условиях непонятной болячки – тем более. Девушка собиралась добавить что-то еще, но тут рация в машине ожила.

– Похоже, у нас уже ограбление, – констатировала Ева. Плюхнувшись на сиденье, она пробежалась глазами по маршруту патрулирования. – Перекресток Сорок пятого проспекта и Фортхай-сквер – это наше… Доедешь без навигатора? Я просто вообще не ориентируюсь в этой части.

Подпись автора

★★★
отрывки метра моей киноленты

В ответ на попытку ее подбодрить Ева улыбнулась уголком рта. Она ценила желание Вэла развеять витавшую вокруг нее тревогу, но получилось у него не ахти: девушка прекрасно понимала, что может случиться так, что ему придется рассчитывать только на себя, и это только угнетало. К тому же, опыт наталкивал на мысли, что в условиях карантина и болезни отца (читайте: отсутствия твердой и предсказуемой почвы под ногами) все только станет хуже.

Думая о том, что с психологом оттягивать уже некуда, Ева закрыла дверь машины, и голос Валенштайна тут же отвлек ее от личной драмы. Настал черед думать о долге, и Лердес переключилась на работу с небывалой удалью.

– Вэл… – начала она, уже зная, что за кучей ненужных слов напарника скрывается что-то серьезное.

«Что по указанному адресу?» – хотела спросить Ева, но Харрис, будто угадав ее мысли, уже дал ответ на этот вопрос.

– Оу, – только и смогла выдать Ева. Ее рука автоматически потянулась к кобуре, ремнями оплетавшей ее плечи под курткой. – Я в полной боевой готовности, лейтенант.

Правда, после новости об оружейном магазине она видимо притихла, перекатывая в голове то же, что и Валенштайн: если преступникам удалось добраться до оружия, едва ли они выбирали пистолеты, а это значило, рассчитывать придется больше на умение быстро реагировать, а не на выданное оружие.

– Мы уже сталкивались с вооруженными людьми, – когда они подъезжали к месту, уверенно сказала Ева. – Вряд ли тут кто-то особенный, но… будем осторожны, хорошо? В больнице сейчас почти так же опасно.

Встретившись с Валенштайном взглядом, когда тот припарковался, Лердес выскочила из машины первой и огляделась. На чем бы ни приехали грабители, никаких машин поблизости не было, а это означало, что те, кто внутри, – лишь часть группы. (Ну, или что придурки решили, что убегут от полиции на своих двоих.)

Ева крепко обхватила пистолет обеими ладонями и медленно направилась к магазину – отличить его от прочих здесь было несложно, ведь только у его витрин были разбиты все стекла по обе стороны от двери. Учитывая месторасположение переулка, тут всегда должно было быть тихо, но сейчас гробовая тишина настораживала.

– Может, они уже ушли? – едва слышно спросила Ева, обернувшись к Вэлу.

Впрочем, проверить магазин нужно было в любом случае. Замерев на мгновение у двери, Ева резко рванула ее на себя и, подняв пистолет выше, вошла внутрь. Сердце, как всегда бывало в таких случаях, будто начало биться тише, чтобы не мешать, но мешать было нечему – внутри тоже все безмолвствовало.

Витрины в магазине также были разбиты, на полу, шевелимые слабым ветром, валялись бумаги. Цепкий взгляд Лердес обратил внимание на то, что, несмотря на слякоть за окном, внутри следов от обуви не было.

Зато из-под прилавка медленно выплывало кровавое пятно.

Указав на него Валенштайну, Ева прошла чуть вперед и тут же увидела распростертого на полу худощавого мужчину. Сначала девушка решила, что он мертв, но, как только присела рядом, тот тихо застонал.

– Держитесь, сэр, помощь уже близко, – проговорила Ева, попутно доставая телефон, чтобы набрать номер службы спасения.

И едва она успела продиктовать диспетчеру адрес, как по полу прокатилось что-то металлическое. Что это было, Ева рассмотреть не успела, но уже в следующую секунду это нечто с громким хлопком взорвалось, распространяя по помещению плотную завесу дыма.

– Пригнись! – скомандовала Ева, увидев чью-то тень, – как раз вовремя, чтобы у Валенштайна была возможность укрыться от последовавших за этим выстрелов.

Подпись автора

★★★
отрывки метра моей киноленты